Грамматические особенности языка В. Шекспира (на материале трагедии “Гамлет”) Москва 2000 Содержание. Введение Глава I. 1) Становление и развитие национального английского языка в ранненовоанглийский период ) Язык и стиль В. Шекспира Глава II. Морфологические особенности языка В icon

Грамматические особенности языка В. Шекспира (на материале трагедии “Гамлет”) Москва 2000 Содержание. Введение Глава I. 1) Становление и развитие национального английского языка в ранненовоанглийский период ) Язык и стиль В. Шекспира Глава II. Морфологические особенности языка В



НазваниеГрамматические особенности языка В. Шекспира (на материале трагедии “Гамлет”) Москва 2000 Содержание. Введение Глава I. 1) Становление и развитие национального английского языка в ранненовоанглийский период ) Язык и стиль В. Шекспира Глава II. Морфологические особенности языка В
Дата конвертации17.07.2012
Размер274,22 Kb.
ТипРеферат
Грамматические особенности языка В. Шекспира (на материале трагедии Гамлет)


МОСКОВСКИЙ ПЕДАГОГИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТТема: Грамматические особенности языка В. Шекспира (на материале трагедии “Гамлет”) Москва 2000 Содержание. Введение………………………………………………………………………2 Глава I. 1) Становление и развитие национального английского языка в ранненовоанглийский период…………………………………5 2) Язык и стиль В. Шекспира………………………………………7 Глава II. Морфологические особенности языка В. Шекспира. 1) Переход слова из одной грамматической категории в другую……………..10 2) Глагол. а) Личные окончания глагола…………………………………11 б) Сильные глаголы и их формы……………………………..14 в) Категория длительного вида………………………………15 г) Система форм перфекта……………………………………17 д) Способы передачи сослагательного наклонения…………18 3) Прилагательное. а) Употребление составных прилагательных………………..22 б) Особенности формирования степеней сравнения прилагательных………………………23 4) Местоимение. а) Употребление местоимений "thou, thy, thine, thee, thyself"………………………………25 б) Употребление местоимения "you" наряду с "thou" и специфические оттенки последнего………………………26 5) Предлоги. Особенности употребления предлогов………………………28 Глава III. Синтаксические особенности языка В. Шекспира. 1) Нарушение твердого порядка слов при построении предложения………………………………..30 2) „Эллипс” как характерная черта стиля В. Шекспира……….34 3) Особенности употребления вспомогательного глагола "do"………………………………35 4) Особенности формирования отрицательных предложений…………………………………38 Выводы………………………………………………………………………..41 Библиография…………………………………………………………………44 Введение. Эпоха Вильяма Шекспира в языковом отношении входит в периодранненовоанглийского языка, охватывающий вторую половину XV века и первуюполовину XVIII века. Английский язык этого периода представляет собойдальнейшее и вполне закономерное развитие системы английского языкапредшествующего периода. Основные изменения, происшедшие в это время, касаются фонетическогостроя английского языка. Генри Свит назвал этот период периодом „утраченныхокончаний”, так как в безударных окончаниях исчез нейтральный гласный звук[ ]. Отпадение конечного [ ] связано с существенными переменами в областиграмматического строя; с его исчезновением инфинитив многих глаголовперестал отличаться по звуковому составу от существительных в формеединственного числа, например: answer „ответ” и „отвечать”, love „любовь” и„любить” и так далее. Однако самым значительным фонетическим изменением этой эпохи,наложившим особый отпечаток на всю систему гласных новоанглийского языка,является Великий Сдвиг Гласных (the Great Vowel Shift), начавшийся в XVвеке. Сущность этого сдвига состояла в том, что все долгие гласныесузились, а самые узкие гласные [i:] и [u:] дифтонгизировались:[i: > ai], [u: > au]. В течение ранненовоанглийского периода система согласных такжепретерпела ряд изменений, из которых следует назвать озвончение глухихщелевых [f], [s] и [o] в неударных слогах, вокализацию согласного [r],упрощение групп согласных, образование новых щипящих и аффрикат. Что касается грамматического строя английского языка, то, начиная с XVвека, происходит установление единого способа выражения множественногочисла имен существительных наряду с сохранением пережиточных форммножественного числа. В этот период развивается форма притяжательногопадежа ’s и происходят изменения в системе местоимений. Также в это времяуже отсутствует согласование прилагательных с существительными в числе, тоесть язык характеризуется общей неизменяемостью прилагательных, кромесохранившегося от древнеанглийских времен изменения по степеням сравнения. Что касается глагола, то здесь мы наблюдаем почти полное разрушениесистемы глаголов с чередованием, утративших благодаря сложным фонетическимизменениям этого периода свой системный характер и сохранившихся какэлемент старого качества до наших дней. В это время также произошел переходряда глаголов с чередованием в группу глаголов с суффиксацией. Кроме того,новым в морфологической системе английского языка явилось интенсивноеразвитие аналитических форм глагола и неличных форм глагола. В области словообразования следует отметить значительное наполнениесловарного состава языка новыми словами, образованными различнымисредствами словообразования, широко использующимися в этот период, а такжеширокое развитие нового, весьма продуктивного способа образования новыхслов: так называемого корневого способа словообразования, вследствиеотмирания различных формообразующих элементов, характерных для той или инойчасти речи. Однако в ранненовоанглийский период современный английский язык лишьформировался, и в пределах признанной языковой нормы сохранялась донекоторой степени возможность отклонений и разновидностей, и господствовалабульшая свобода, чем в позднейшие времена. Тем не менее, эпоха Шекспира, которую английские историки обычноназывают Елизаветинской, по имени королевы Елизаветы I (годы правления 1558– 1603), не была временем абсолютной языковой неустойчивости и хаоса, какее иногда любили изображать ученые XIX века. Это был лишь период болеесвободно сосуществующих вариантов и многих еще функциональных архаизмов.Близость разговорного и литературного книжного языка породила товпечатление „свободы” английского языка того времени, которое сложилось умногих филологов. Э. Эббот пишет: „Английский язык Елизаветинской эпохи напервый взгляд очень сильно отличается от современного тем, что в первомлюбые неправильности как в образовании слов, так и в предложениях, вполнедопустимы. Во-первых, почти каждая часть речи может быть употреблена в ролилюбой другой части речи. Во-вторых, мы встречаемся с чрезвычайнымразнообразием кажущихся грамматических неточностей. При более внимательноманализе, однако, эти аномалии, кажущиеся беспорядочными и необъяснимыми,распределяются по определенным рубрикам. Надо помнить, что елизаветинскийпериод был переходным этапом в истории английского языка”. Черты, типичные для языка ранненовоанглийского периода, выражены уШекспира особенно ярко. Эти черты и будут рассмотрены в данной работе напримерах из величайшей трагедии Вильяма Шекспира „Гамлет”. Глава I. 1) Становление и развитие национального английского языка в ранненовоанглийский период. Особенность ранненовоанглийского периода заключается, прежде всего, втом, что это был период становления и дальнейшего развития нормынационального английского языка. Это обусловлено тем, что в конце XV века вАнглии полным ходом шел процесс складывания английской нации. На этоуказывает наличие общенародного языка, общность территории, образованиевнутреннего рынка, а также выработка особого психического складаанглийского народа, черты которого можно найти и в бессмертныхпроизведениях Вильяма Шекспира. Основой национального английского языка явился среднеанглийскийлондонский диалект. Это связано с тем, что экономическая и общественно-политическая жизнь страны в этот период концентрируется в Лондоне.Непрерывно растет приток населения в Лондон, здесь собирались люди из самыхразличных областей страны, говорившие на разных диалектах. Особую роль вэтот период приобретает восточно-мидлендский диалект (East Midland),распространенный к северу от Лондона. Область распространения восточно-мидлендского диалекта была наиболееразвитой в экономическом и культурном отношении. В то же время этот диалектбыл наиболее удобным как средство общения, он являлся как бы связующимзвеном между диалектами севера и юга. Уже в XIV веке отмечалось, чтодиалект средней полосы понятен и северянам, и южанам. Создаваемый в результате смешения на основе восточно-мидлендскогодиалекта лондонский диалект распространяется затем по всей стране,приобретая престиж столичного говора, языка, которому подражают. В ранненовоанглийский период в связи с образованием нации, развитиемнациональной культуры вырабатывается более сознательное отношение кродному, национальному языку, он начинает подвергаться сознательнойобработке. В это же время возрастает интерес к английскому языку, так какон перестает быть „домашним”, бытовым языком, становится языкомлитературным. В связи с этим большое значение в отношении распространениялондонского диалекта и превращения его в национальный язык имел переход в1439 году школьного преподавания с французского языка на английский. Этообеспечило усвоение норм национального языка различными группами населения,которые прошли обучение в школе. Кроме того, огромный вклад в дело становления национальногоанглийского языка имело книгопечатание, введенное в Англии в 1477 годууроженцем Кента Уильямом Кэкстоном (1422 – 1491). Для того чтобы печататькниги, необходимо было унифицировать как английскую орфографию, так иразличные грамматические явления – создать своего рода норму языка. Этуработу У. Кэкстон и проделал в меру своих сил и знаний. Формирование национального литературного языка и его дальнейшееразвитие приводят к постепенному вытеснению диалектов литературным языком,который, вытесняя их, сам подвергается их влиянию. Таким образом, социальные сдвиги, совершенно преобразившие лицо Англиив XVI веке, создали предпосылки для большого общественного и культурногоподъема, на основе которого возникла новая национальная литература.Вследствие этого в Англии появляется целая плеяда драматургов, величайшимиз которых, безусловно, является Вильям Шекспир. 2) Язык и стиль В. Шекспира. Вильям Шекспир (1564 – 1616) является величайшим драматургом,мыслителем, поэтом и, бесспорно, одной из самых загадочных фигур влитературе. Творчество Шекспира высокогуманно и человечно, грандиозно помасштабам. Кажется, весь земной шар, все человечество втянуто в действиеего пьес. Жизнь предстает перед нами в бесконечном и неодолимом движениивперед, в беспрестанном изменении и обновлении. В этом главная причинапопулярности и бессмертия шекспировских произведений. Однако при написании данной работы Шекспир интересовал нас преждевсего как величайший мастер слова. Именно Шекспиром в английскийлитературный язык множество слов было введено впервые. Великий драматургшироко распахнул двери перед живой речью своей эпохи. Наряду сзаимствованиями из этой речи Шекспир нередко сам создавал новые слова. Составление слов является типичной чертой словотворчества Шекспира.Сюда относятся в первую очередь составные прилагательные, которые такхарактерны для стиля Шекспира, и к которым мы еще вернемся в данной работе. Но замечательно не то, что Шекспир ввел в свои произведения многоновых слов. Замечательно, что большое количество их удержалось в английскомлитературном языке. Причина не только в том влиянии, которое оказал Шекспири со сцены, и через многочисленные издания его произведений, но и в самомподходе Шекспира к задаче расширения словаря. Касаясь множества областейжизни, Шекспир почти не трогал узких терминов, понятных лишь знатокам, атакже почти не коснулся английских диалектов, так как писал для лондонскойпублики. Кроме того, Шекспир никогда не сводил индивидуализацию речи своихгероев к копированию каких-либо мелких особенностей. Исключение составляютлишь несколько второстепенных персонажей. Так, например, вычурныелингвистические ухищрения Озрика в „Гамлете” были прежде всего типичны дляэвфуистичных джентельменов. Шекспир не копировал языковой действительности.Но он широко использовал ее для выражения мыслей и чувств, а такжехарактерных и вместе с тем всегда типичных особенностей своих персонажей. Оценивая слова, введенные или созданные Шекспиром, нужно помнить, чтоШекспир писал для пестрой толпы „театра широкой публики” (public theatre),партер которого заполнялся народным зрителем, преимущественноподмастерьями. Этому пестрому зрителю должно было быть знакомо большинствоупотребляемых Шекспиром слов. В подавляющем большинстве случаев, если новоесозданное Шекспиром слово и не было знакомо зрителю по форме, оно былоизвестно ему по своему корню. Слова, введенные или созданные Шекспиром,зиждились на широкой основе и поэтому легко привились к стволу английскоголитературного языка. Если в области языка Шекспир, по выражению егокомментаторов „проделал работу целого народа”, то добиться этого он могисключительно потому, что работа целого народа нашла в его творчественаиболее полное свое выражение. Однако богатство языка Шекспира заключается не столько в количествеслов, сколько в огромном количестве значений и оттенков, в которых Шекспирупотребляет слово. Язык Шекспира резко выделяется своим семантическимбогатством. Корень этого богатства заключается в том, что Шекспир широкочерпал значения и оттенки значений слов из народного языка своей эпохи. А вто время современный английский литературный язык еще созидался, и значенияслов еще не были ограничены определениями толковых словарей. Шекспир не былсознательным нарушителем установленных норм, так как эти нормы в окружающейего языковой действительности были еще далеко не установлены. Овладение семантикой языка позволило Шекспиру широко применять „игруслов” или каламбур. Семантике Шекспира принадлежит также своеобразнаячерта, генетически восходящая к каламбуру, но ничего общего с каламбуромуже не имеющая. Она заключается в том, что Шекспир нередко употребляет однослово в двух или нескольких значениях одновременно. При разговоре о языке Шекспира следует упомянуть и случаи передвиженияслова из одной грамматической функции в другую. Среди своих современниковШекспир и здесь стоит на первом месте. Превращая, например, существительноев глагол, Шекспир как бы „овеществляет” глагол и добивается тойконкретности и вместе с тем сжатости, которая вообще характерна для егостиля. Насыщенность образностью является особенно типичной чертой стиляШекспира. „Каждое слово у него картина”, - сказал о Шекспире поэт ТомасГрей. Великий драматург прежде всего стремился к компактности, к тому,чтобы каждое слово выражало, по возможности, целую мысль, эмоцию или образ. Для сжатого стиля Шекспира также типичны эллиптические формы, которыене затемняют смысла, а лишь придают синтаксису своеобразный колорит. Таким образом, язык Шекспира не только обладает особой колоритностью исамобытностью, но и отражает все особенности языка своей эпохи, так каквзаимодействие художественно-литературного языка и языка разговорного былотипичной чертой XVI века. В результате тщательного анализа различныхписьменных документов как литературного, так и нелитературного характера,Г. Уальд приходит к заключению, что „следует всячески подчеркнуть теснейшуюсвязь между разговорным литературным языком и языком английской литературы.Язык, на котором Шекспир говорил, был тем языком, на котором он писал”. Глава II. Морфологические особенности языка Шекспира. 1) Переход слова из одной грамматической категории в другую. В английском языке одно слово может быть и существительным, иприлагательным, и глаголом. В этом отношении особенно выделяется эпохаШекспира. То было время, когда огромному количеству слов были приданы новыеграмматические функции. Среди своих современников Шекспир и здесь стоит напервом месте. Образность языка Шекспира обусловлена, в том числе именнотем, что у него слово особенно легко переходит из одной грамматическойкатегории в другую. Так, например, от любого существительного или прилагательного можетбыть образован глагол (обычно в активном значении), что было вообщехарактерно для авторов эпохи Елизаветы: “And ’gins to pale his uneffectualfire...” (I, 5). От прилагательного "pale" Шекспир образует глагол to"pale" (делать бледным). От существительного "night" Шекспир образует причастную форму "nighted(benighted)": “Good Hamlet, cast thy nighted colour off”(I, 2), что означает "thy night-like colour". Прилагательные свободно употребляются у Шекспира как наречия: “I do know, when the blood burns, how prodigal the soul lends thetongue vows.” (I, 3) “And you, my sinews, grow not instant old.” (I, 5) Кроме того, прилагательные часто употребляются как существительные,даже в единственном числе: “... ’twas caviare to the general...” (II, 2)(„… эта пьеса была икрой для толпы…”). Непереходные глаголы у Шекспира приобретают иногда переходноезначение. Например, "to toil" (трудиться) может значить „изнурять себятрудом”: “Why this same strict and observant watch so nightly toils the subjectof the land?” (I, 1) („Зачем еженощное стояние на страже изнуряет подданных страны?”) В редких случаях переходные глаголы употреблялись в непереходномзначении, например, глагол "to lack (to be needed)": “… and what so poor a man as Hamlet is may do to express his love andfriending to you, God willing, shall not lack.” (I, 5) Глагол. а) Личные окончания глагола. Что касается глагола, то у Шекспира он еще не утратил способностьпередавать значение лица. Типичные окончания второго лица единственногочисла "-st" и "-est": I know – thou knowest; I have – thou hast; I do – thou doest (dost); I should – thou shouldst; I would – thou wouldst. “I prithee, when thou seest that act afoot…” (III, 2) “So is it, if thou knew’st our purposes.” (IV, 3) “Thou still hast been the father of good news.” (II, 2) “O Jephthah, judge of Israel, what a treasure hadst thou!” (II, 2) “If thou dost marry…” (III, 1) “Thus didest thou.” (IV, 7) “And duller shouldst thou be than the fat weed that roots itself inease on Lethe wharf, wouldst thou not stir in this.” (I, 5) “Well said, old mole! canst work i’ the earth so fast?” (I, 5) “… thou may’st not coldly set our sovereign process.” (IV, 3) “What have I done that thou darest wag thy tongue in noise so rudeagainst me?” (III, 4) При этом один и тот же персонаж при обращении к одному и тому жесобеседнику употребляет иногда местоимение "you" с соответствующей формойглагола, иногда местоимение "thou" с соответствующей формой глагола на "-st": “Dost thou hear me, old friend; can you play "The Murder of Gonzado?”(II, 2) “Sense sure you have, else could you not have motion; … If thou canstmutine in a matron’s bones…” (III, 4) Таким образом, различие между этими двумя формами не соответствуеткакому-либо вполне определенному различию в отношениях между людьми. Яснотолько то, что употребление форм на "-st" возможно лишь при известнойстепени близости между ними. Однако такая степень близости, которая делаетвозможным употребление форм на "-st", в то же время совсем не исключает иупотребление форм без окончания. По-видимому, между этими двумя вариантамисуществует какое-то различие стилистического характера, которое, однако,для современного исследователя трудно уловимо. Таким образом, категория числа во втором лице глагола находится в этотпериод в процессе исчезновения, но еще не исчезла окончательно, так как визвестных условиях возможность выражения различия между единственным имножественным числом во втором лице глагола все еще сохраняется. Формавторого лица единственного числа на "-st", связанная с личным местоимением"thou", в течение XVII века постепенно вытесняется из обычноголитературного языка. Глагол "to be" как супплетивный имеет во втором лице следующие формы: I am – thou art; I was – thou wast; I were – thou wert; I will – thou wilt; I shall – thou shalt. “If thou art privy to the country fate…” (I, 1) “Thou art a scholar…” (I, 1) “Or, if thou wilt needs marry, marry a fool.” (III, 1) “What wilt thou do?” (III, 4) “… thou shalt escape calumny.” (III, 1) “And thou shalt live in this fair world behind.” (III, 2) Еще одной формой, сохранившей у Шекспира способность морфологическипередавать значение лица, была форма третьего лица единственного числа.Однако здесь происходит важное изменение, связанное с тем, что в XV-XVIвеках, наряду с окончанием "-(e)th", в третьем лице настоящего времениизъявительного наклонения появляется окончание "-(e)s", которое всреднеанглийский период было характерной особенностью северного диалекта.Его происхождение остается спорным. Возможно, оно проникло в форму третьеголица из формы второго лица единственного числа, которое в северном диалектеоканчивалась на "-s" (а не на "-st"). Весьма вероятно также, что в егораспространении на третье лицо сказалось влияние формы третьего лица "is"от глагола "be". В XV веке форма третьего лица на "-s" стала проникатьчерез посредство центральных диалектов в национальный язык. Но в течениенекоторого времени обе формы - с окончаниями "-(e)th" и "-(e)s" -функционируют параллельно и могут встречаться в одном и том же тексте почтирядом. Так, Иванова И.П. и Чахоян Л.П. в „Истории английского языка” приводятследующий пример: в прологе к сцене мышеловки в „Гамлете” в издании 1603года мы встречаем “then the Queene commeth and findes him dead.” В произведениях Шекспира форма на "-(e)s" встречается наряду с формойна "-(e)th", по-видимому, без каких-либо стилистических различий. Об этомможно судить, например, по следующему отрывку из первой сцены первогодействия „Гамлета”: Marcellus: O! Farewell, honest soldier. Who hath relieved you? Francisco: Bernardo has my place. (I, 1) Однако форма на "-(e)s" уже вытесняет форму на "-(e)th".Так, в первомдействии "Гамлета" форма на "-(e)s" встречается в три раза чаще, чем формана "-(e)th" (74 раза и 25 соответственно). При этом окончание "-(e)th"употребляется в основном с глаголами "to have" и "to do" (16 и 7 разсоответственно), которые чаще всего употребляются как вспомогательные: “With martial stalk hath he gone by our watch.” (I, 1) “And now so soil nor cautel doth besmirch the virtue of his will.” (I, 3) Глаголы "to have" и "to do" с окончанием "-(e)s" употребляются лишьдва и три раза соответственно: “Bernardo has my place.” (I, 1) “What, has this thing appear’d again to-night?” (I, 1) “… whose sore task does not divide the Sunday from the week.” (I, 1) “For nature crescent does not grow done in thews and bulk.” (I, 3) “What does this mean, my lord?” (I, 4) Со смысловыми глаголами Шекспир использует форму на "-(e)s": “Haratio says ’tis but our fantasy.” (I, 1) “This bodes some strange eruption to our state.” (I, 1) “At least the whisper goes so.” (I, 1) “It shows a will most incorrect to heaven.” (I, 2) “The air bites shrewdly.” (I, 4) В первом действии встречаются лишь два смысловых глагола, с которымиШекспир употребляет окончание "-(e)th": “The bird of dawning singeth all night long.” (I, 1) “But I have that within which passeth show.” (I, 2) б) Сильные глаголы и их формы. В новоанглийский период существовали три формы сильных глаголов: 1)инфинитив; 2) форма прошедшего времени; 3) причастие второе. В эпоху Шекспира во многих глаголах еще господствовала неустойчивостьв гласных. Так, например, наряду с "wrote" встречалась форма прошедшеговремени "writ"; наряду с "rode – rid"; наряду с "sang – sung"; наряду с"began – begun": “Nor what he spake (= spoke) … was not like madness.” (III, 1) Кроме того, в шекспировское время, а иногда и в более поздние времена,встречаются также случаи, когда причастие второе совпадает по форме спрошедшим временем в глаголах, у которых эти формы теперь различаются.Например, от глагола "take" причастие второе имеет иногда форму "took",тогда как в современном языке допустима только форма "taken". В „Гамлете”мы встречаемся со следующим подобным случаем: “… you must not think … that we can let our beard be shook withdanger…” (IV, 7) Особого рассмотрения заслуживает развитие окончания "-en" в причастиивтором. Это окончание во многих глаголах оказалось достаточно сильным,чтобы противостоять общей тенденции отпадения неударных окончаний. Унекоторых глаголов, которые начинали уже утрачивать окончание "-en" впричастии втором в среднеанглийский период, оно было впоследствиивосстановлено и является теперь обязательным. Так, например, обстоит дело сглаголом "fall". В среднеанглийский период "-n" в причастии этого глагола,как и многих других, могло отпадать. В новоанглийском языке единственновозможная форма этого причастия – "fallen". Эти случаи подтверждают тотпринцип, что отпасть могли только окончания, утратившие свое значение. В связи с этим, можно привести следующие примеры из „Гамлета”: “It would be spoke to.” (I, 1) “… We have here writ to Norway, uncle of young Fortinbras, - whoimpotent and bed-rid…” (I, 2) “And we did think it writ down in our duty to let you know of it.”(I,2) “But that I am forbid to tell the secrets of my prison-house…” (I, 5) “I will find where truth is hid.” (II, 2) “… the hobby – horse is forgot.” (III, 2) “… the story is extant, and writ in choice Italian.” (III, 2) “Have you forgot me?” (III, 4) “Alack, I had forgot.” (III, 4) “аman may fish with the worm that hath eat of a king.” (IV, 3) Как видно из этих примеров, Шекспир формирует причастие второе еще безпомощи окончания "-en". Однако, наряду с этим, мы встречаем форму причастиявторого "forgotten", что еще раз свидетельствует о наличии различныхсвободно сосуществующих вариантов и многих еще функциональных архаизмов: “… die two months ago, and not forgotten yet?” (III, 2) В немногих глаголах до настоящего времени наблюдается колебание междуформами причастия второго с окончанием "-en" и без него. Например, отглагола "bite" причастие "bitten" и "bit", от "bid – bidden" и "bid". Вбольшинстве этих случаев именно формы без "-en" звучат архаично. в) Категория длительного вида. Система передачи видовых значений в древнеанглийском может бытьпредставлена двумя противопоставлениями: недлительное действие / длительноеи незавершенное действие / завершенное. При этом первые члены этихпротивопоставлений выражались морфологически, а вторые - синтаксически. Всреднеанглийском возникают предпосылки для создания новой системы видовыхпротивопоставлений: противопоставление видовых форм невидовым и друг другу(что характерно для современной системы видовременных форм). Для этой новойсистемы глагольных видовых форм требовалась качественно новая формапередачи длительного действия. Эта потребность реализовалась в концесреднеанглийского периода. В XIV веке вновь начинается количественный рост описательныхконструкций, состоящих из "to be + причастие второе". Одновременнопоявляется еще один способ передачи длительного действия с помощьюсинтаксической конструкции, состоящей из глагола "b??n (wesan)" иобстоятельства, выраженного герундием с предлогом "in" или "on": h? was on huntinge – он был на охоте Эта конструкция с момента своего возникновения передавала значениедлительного действия, ограниченного во времени, то есть значение, присущеесовременному Continuous. В течение XV века предлог редуцируется в элемент "-a", которыйпроклитически добавляется к герундию. Так возникают две параллельныеконструкции, различающиеся лишь элементом "-a": is speaking, is a-coming.Внешнее совпадение этих построений привело к их слиянию, которое произошло,по-видимому, уже в XVI веке. При этом значение сохранилось от конструкции сгерундием, то есть значение длительного действия, ограниченного во времени. Элемент "a-" употреблялся вплоть до конца XVII века. Только начиная сXVII века, формы Continuous окончательно приобретают современный вид. Герундий с элементом “a-" встречается и у Шекспира: “Even in their promise, as it is a-making, you must not take fire.”(I, 3) “This is most brave, that I … must … unpack my heart with words, andfall a-cursing.” (II, 2) Возникновение Continuous как единой аналитической формы относится кранненовоанглийскому периоду. В это время глагол "to be" полностью проходитпроцесс грамматизации и превращается во вспомогательный глагол. Обе частибывших синтаксических конструкций объединяются и начинают передавать единоеграмматическое значение. Это объединение частей в единую неразложимуюграмматическую форму доказывается в частности тем, что две исходно разныесинтаксические конструкции объединились в одной морфологической форме. У Шекспира формы длительного вида встречаются несколько чаще, чем уЧосера, но все же сравнительно малочисленны: “we coted them on the way; and hither are they coming, to offer youservice.” (II, 2) “They are coming to the play; I must be idle.” (III, 2) “The king, and queen, and all are coming down.” (V, 2) “his sword which was declining on the milky head of reverend priam,seem’d i’the air to stick.” (II, 2) “My lord, as I was sewing in my closet, lord Hamlet … he comes beforeme.” (II, 1) г) Система форм перфекта. Система форм перфекта, возникшая еще в древнеанглийском, продолжаетразвиваться в новоанглийский период. У Шекспира налицо развитая системаперфектных форм: “I know the good king and queen have sent for you.” (II, 2) “He hath, my lord, of late, made many tenders of his affection to me.”(I, 3) “Ere yet the salt of most unrighteous tears had left the flushing inher galled eyes, she married.” (I, 2) “I have thought some of nature’s journeymen had made men.” (III, 2) В течение ранненовоанглийского периода происходит дальнейшееограничение употребления глагола "to be" в качестве вспомогательногоглагола аналитической формы перфекта. Отмирание конструкции с глаголом "tobe" или ограниченное ее употребление, несомненно, связано с усиливающейсярационализацией английской грамматики. К тому же, все чаще встречаетсяобразование пассивных форм от многих непереходных глаголов, а последниеобразовывались всегда с глаголом "to be". Поэтому, формы перфекта сглаголом "to be" возможны только от таких глаголов, которые по своемузначению не могут иметь пассивной формы. Впрочем, в быстрой разговорнойречи в третьем лице единственного числа перфекта обе формы совпадают взвуковом отношении: как "is", так и "has" сокращаются до [z]. Однако у Шекспира иногда встречаются формы перфекта от глаголовдвижения с вспомогательным глаголом "to be": “My hour is almost come.” (I, 5) “The ambassadors from Norway, my lord, are joyfully return’d.” (II, 2) “The actors are come hither, my lord.” (II, 2) “Where is he gone?” (IV, 1) “Her brother is in secret come from France.” (IV, 5) “Hamlet return’d shall know you are come home.” (IV, 7) “… you from England, are here arrived.” (V, 2) В дальнейшем такие формы постепенно выходят из употребления. д) Способы передачи сослагательного наклонения. Система наклонений развивается в новоанглийский период в сторонууточнения средств выражения отдельных модальных оттенков и, в связи с этим,в сторону роста аналитических форм. Возникновение аналитических формсослагательного наклонения связано с утратой некоторыми модальнымиглаголами собственного лексического значения в сочетании с инфинитивом.Процессу морфологизации, то есть перехода в аналитические формысослагательного наклонения, в ранненовоанглийском подверглись сочетания"might + infinitive", "should + infinitive", "would + infinitive" ичастично "may + infinitive": “I might not this believe without the sensible and true avouch of mineown eyes.” (I, 1) “Why should we in our peevish opposition take it to heart?” (I, 2) “I would not hear your enemy say so.” (I, 2) “What may this mean, that thou … revisit’st thus the glimpses of themoon..?” (I, 4) В эпоху Шекспира в условных периодах употребляются как формысинтетического конъюнктива, унаследованные от древнеанглийского периода,так и формы аналитического кондиционалиса. Синтетический конъюнктиввстречается, например, в следующих предложениях: “… a moiety competent was gaged by our king; which had return’d to theinheritance of Fortinbras, had he been vanquisher.” (I, 1) “… but yet I could accuse me of such things that it were better mymother had not borne me.” (III, 1) “’Twere good you let him know.” (III, 4) “It had been so with us had we been there.” (IV, 1) “’Twere good she were spoken with.” (IV, 5) Как мы видим из этих примеров, в ряде случаев в течениеранненовоанглийского периода возможно употребление форм синтетическогоконъюнктива в главном предложении условного периода. Шекспиром широко употреблялось сослагательное наклонение, котороевыражало предположение, условие, желание. Однако по форме оно нередко былотождественно с инфинитивом и ничто, кроме контекста (в случае прошедшеговремени), не указывало на сослагательное наклонение: “… if again this apparition come…” (I, 1) “… I think it be no other but e’en so.” (I, 1) “if there be any good thing to be done…” (I, 1) “Though yet of Hamlet our dear brother’s death the memory be green…”(I, 2) “If it assume my noble father’s person, I’ll speak to it.” (I, 2) “Be thou a spirit of health or goblin damn’d, bring with thee airsfrom heaven or blasts from hell, be thy intents wicked or charitable, thoucomest in such a questionable shape, that I will speak to thee…” (I, 4) “But if’t be he I mean, he’s very wild.” (II, 1) “Though this be madness, yet there is method in't.” (II, 2) “Take this from this, if this be otherwise.” (II, 2) “… if he love her not, and be not from his reason fall’n thereon, letme be no assistant for a state…” (II, 2) “If it live in your memory, begin at this line.” (II, 2) “For murder, though it have no tongue, will speak with most miraculousorgan.” (II, 2) “I do wish that your good beauties be the happy cause of Hamlet'swildness.” (III, 1) “That if you be honest and fair, your honesty should admit nodiscourse to your beauty.” (III, 1) “Pray can I not, though inclination be as sharp as will.” (III, 3) “What is a man, if his chief good and market of his time be but tosleep and feed?” (IV, 4) “If he by chance escape your venom’d stuck, our purpose may holdthere.” (IV, 7) “if his fitness speaks, mine is ready; now or whensoever, provided Ibe so able as now.” (V, 1) Формы синтетического конъюнктива употребляются также (в первом итретьем лице) для выражения призыва или пожелания: “Well, sit we down.” (I, 1) “Break we our watch up.” (I, 1) “Come, go we to the king.” (II, 1) “Couch we awhile, and mark.” (V, 1) В других случаях в этом значении употребляются сочетания со служебнымглаголом "let": “let us once again assail your ears…” (I, 1) “let us hear Bernardo speak of it.” (I, 1) “Let us impart what we have seen to-night unto young Hamlet.” (I, 1) “For God’s love, let me hear.” (I, 2) “Let the doors be shut upon him, that he may play the fool no wherebut in’s own house.” (III, 1) “Let his queen mother all alone entreat him to show his grief.” (III,1) “And let him ply his music.” (II, 1) “… let them be well used…” (II, 2) Наряду с этим у Шекспира употребляются и формы аналитическогокондиционалиса. В ранненовоанглийский период происходит закрепление новыханалитических форм сослагательного наклонения за различными типамипридаточных предложений, а также возникает определенное соотношение форм вглавном и придаточном предложении условного периода. Прежде всего следует отметить, что к концу периода сослагательноенаклонение перестает употребляться в некоторых типах придаточныхпредложений, а именно, в дополнительных, временных и уступительныхпридаточных предложениях употребляется изъявительное наклонение. Однако вXVI веке употребление сослагательного наклонения здесь является еще весьмараспространенным: “I’ll speak to it, though hell itself should gape and bid me hold mypeace.”(I, 2) “What it should be, more than his father’s death… I cannot dream of.”(II, 2) “… but, with a crafty madness, keeps aloof, when we would bring him onto some confession of his true state.” (III, 1) “I will find where truth is hid, though it were hid indeed within thecentre.” (II, 2) В ранненовоанглийский период происходит разграничение аналитическихформ сослагательного наклонения для передачи предполагаемого действия внастоящем (или будущем) и в прошедшем: в первом случае употребляетсявспомогательный глагол и инфинитив группы Indefinite, во втором -перфектный инфинитив: “I would fain prove so.” (II, 2) “… and then I prescripts gave her, that she should lock herself fromhis resort.” (II, 2) “O God! a beast, that wants discourse of reason, would have mourn’dlonger.” (I, 2) “It would have much amazed you.” (I, 2) “… so that my arrous… would have reverted to my bow again, and notwhere I had aim’d them.” (IV, 7) “I should have fatted all the region kites with this slave’s offal!”(II, 2) “You should not have believed me.” (III, 1) “It will be laid to us, whose providence should have kept short,restrain’d and out of haunt, this mad young man.” (IV, 1) “She should in ground unsanctified have lodged till the last trumpet.”(V, 1) Одновременно происходит и разграничение форм прошедшего временисослагательного наклонения (if I knew, if I had) и перфектной формы (if Ihad known). Последняя начинает использоваться как одна из формсослагательного наклонения в ранненовоанглийский период. “What would he do had he the motive and the cue for passion that Ihave?” (II, 2) “if your lordship were at leisure, I should impart a thing to you fromhis majesty.” (V, 2) “If this had not been a gentlewoman, she should have been buried outo’ Christian burial.” (V, 1) 3) Прилагательное. а) Употребление составных прилагательных. Насыщенность шекспировского стиля образностью в сочетании со сжатостьюособенно наглядна в составных прилагательных. Так, например, узнав об убийстве своего отца, Гамлет идет к Офелии ита, описывая его состояние Полонию, говорит: “his stockings foul’d, ungarter’d, and down-gyved to his ancle.” (II,1) Это означает, что чулки Гамлета спадали до щиколоток и были похожи наоковы на ногах преступника (gyves – ножные оковы). Когда Гамлета терзают сомнения, и он не знает, как отомстить за смертьотца, он называет себя “muddy-mettled rascal” (II, 2), что означает"нецельный по характеру, по природе, как металл, в который попала грязь"(слова "metal" – металл и "mettle" – нрав – в ту эпоху еще не отличались поправописанию). Кроме того, Гамлет говорит о себе “pigeon-liver’d” (II, 2), то естьчто у него голубиная печень. Согласно взглядам той эпохи храбростьопределялась свойствами печени. А Гамлет не может мстить и считает себятрусом. Лаэрт называет себя „жертвующим своей жизнью пеликаном” (“life-rendering pelican” (IV, 5)), так как он готов отдать жизнь за друзей своегоотца. А в ту эпоху было широко распространено поверье, что, пеликанразрывает свою грудь клювом и кормит своих птенцов собственной кровью. Когда Гамлет обсуждает с Горацио позорный для своей страны обычайкутить и веселиться без меры, то называет это “heavy-headed revel” (I, 4).Здесь мы наблюдаем типичное для Шекспира употребление прилагательного.Действие определяется его результатом: разгул назван тяжелоголовым, так какрезультат разгула (revel) – тяжелая голова. Также можно привести следующие примеры употребления Шекспиромсоставных прилагательных: “shrill-sounding throat” (I, 1) “fear-surprised eyes” (I, 2) “new-hatch’d … comrade” (I, 3) “seeming-virtuous queen” (I, 5) “well-took labour” (II, 2) “ever-preserved love” (II, 2) “o’er-teemed loins” (II, 2) “something-settled matter” (III, 1) “promise-crammed air” (III, 2) “heaven-kissing hill” (III, 4) “ill-breeding minds” (IV, 5) “peace-parted souls” (V, 1) “wonder-wounded hearers” (V, 1) Из данных примеров видно, что способом словообразования у Шекспираявляется словосложение. При этом любая часть речи складывается с причастиемпервым или причастием вторым, а образованное составное прилагательноеприобретает яркое и емкое значение. б) Особенности формирования степеней сравнения прилагательных. Что касается особенностей формирования степеней сравненияприлагательного, то, прежде всего следует отметить то, что морфологическиеформы сравнения и сочетания с "more, most" употребляются у Шекспира внезависимости от количества слогов: “In the most high and palmy state of Rome…” (I, 1) “Murder most foul, as in the best it is, but this most foul, strangeand unnaturale.” (I, 5) “… they have a plentiful lack of wit, together with most weak hams.”(II, 2) “And, with them, words of so sweet breath composed as made the thingsmore rich.” (III, 1) “We would not understand what was most fit.” (IV, 1) “Conscience and grace, to the profoundest pit!” (IV, 5) Ряд лингвистов рассматривает сочетания с "more" и "most" каканалитические формы на том основании, что, во-первых, они передают то жезначение, что и морфологические формы сравнения, и, во-вторых, лексическоеих значение ослаблено. Однако ослабленность эта весьма относительна; "more, most" всегдапередают бульшую степень того или иного качества, и, в сущности, значение"more" в этих сочетаниях мало, чем отличается от его значения в другихтипах сочетаний: "more time". Кроме того, ослабленность лексическогозначения сама по себе еще не создает аналитической формы. Сочетания с"most" типа "a most wise decision" очень близки по значению к сочетаниямтипа "a very wise decision"; это значение никогда не передается формойпревосходной степени (невозможно "a wisest decision"). Еще одним веским аргументом в пользу того, чтобы рассматриватьсочетания с "more, most" как свободные сочетания, является тот факт, чтоони прямо противоположны сочетаниям с "less, the least", которые никто нерассматривает как аналитические. Что же касается синонимии грамматическогозначения, передаваемого морфологическими формами сравнения и сочетаниями с"more, most", то грамматическая синонимия совершенно не является признакоманалитической формы. Кроме того, у Шекспира достаточно часто употребляются плеонастическиесочетания, то есть сочетания "more" или "most" с морфологической формойсравнения: “… come you more nearer than your particular demands will touch it.”(II, 1) “Your wisdom should show itself more richer to signify this to hisdoctor.” (III, 2) Возможность таких сочетаний также говорит против того, чтобы слова"more" и "most" были средствами образования аналитических форм степенейсравнения. Прилагательные, которые образуют в современном английском языкестепени сравнения не посредством суффиксом, а от другого корня, Шекспирупотребляет по-своему: “Where love is great, the littlest doubts are fear.” (III, 2) “… to whose huge spokes ten thousand lesser things are mortised andadjoin’d.” (III, 3) “O, throw away the worser part of it.” (III, 4) Как указывает Эббот в книге "а Shakespearian grammar", окончаниепревосходной степени "-est" иногда означает „очень”, подразумевая лишьнемного крайнюю степень чего-либо или вообще не подразумевая таковой: “аlittle ere the mightiest Julius fell.” (I, 1) 4) Местоимение. а) Употребление местоимений "thou, thy, thine, thee, thyself". В эпоху Шекспира еще широко употреблялись местоимения "thou, thy,thine, thee", возвратная форма "thyself": “Thou art a scholar.” (I, 1) “If thou hast any sound, or use of voice, speak to me.” (I, 1) “Thou comest in such a questionable shape.” (I, 4) “Frailty, thy name is woman!” (I, 2) “Give thy thoughts no tongue…” (I, 3) “And thy commandment all alone shall live…” (I, 5) “Give every man thine ear, but few thy voice…” (I, 3) Из последнего примера видно, что притяжательное местоимениеупотребляется в двух вариантах "thine" и "thy". То же самое касается иместоимений "mine" и "my". При этом "mine" и "thine" в качестве определенияупотреблялись перед словами, начинающимися с гласного звука, а "my" и"thy" – перед словами, начинающимися с согласного. Можно привести следующиепримеры с местоимениями "thine" и "thy", "mine" и "my": “Grapple them to thy soul with hoops of steel, but do not dull thypalm with entertainment…” (I, 3) “This above all: to thine own self be true.” (I, 3) “What feast is toward in thine eternal cell..?” (V, 2) “Since my dear soul was mistress of her choice…” (III, 2) “No, my lord, rather with choler.” (III, 2) “Observe mine uncle.” (III, 2) “For I mine eyes will rivet to his face…” (III, 2) Местоимение "thee" и возвратная форма "thyself" встречаются, например,в следующих предложениях: “Get thee to bed, Francisco.” (I, 1) “I pray thee, stay with us.” (I, 2) “As thou art to thyself.” (I, 1) “… if thou answerest we not to the purpose, confess thyself.” (V, 1) б) Употребление местоимения "you" наряду с "thou" и специфические оттенки последнего. В эпоху Шекспира местоимение "you" уже начало вытеснять "thou".Иванова И.П. и Чахоян Л.П. в „Истории английского языка” утверждают, что вначале ранненовоанглийского периода употребление местоимений "you" и"thou" было сходно с их употреблением в других европейских языках, то есть"you" употреблялось по отношению к старшему или социально вышестоящему, а"thou" соответственно в обращении к младшему или социально нижестоящему.Однако было бы не совсем правильно отождествлять "thou" и "you" с русскими„ты” и „вы”. Хотя "thou" еще жило полной жизнью в народных массах, в устах главныхдействующих лиц Шекспира оно часто имеет специфический оттенок и придаетфразе особый колорит. Об особых значениях местоимения "thou" упоминают иИльиш Б.А., и Э.Эббот. Так, "thou" может выражать приятельское расположение. Например,король, желая подольститься к Лаэрту, переходит с "you" на "thou". King: … You told us of some suit; what is’t, Laertes? You cannot speak of reason to the Dane, and lose your voice:what would’st thou beg, Laertes, that shall not be my offer, notthy asking? (I, 2) "Thou" иногда выражает чувство. Например, в четвертой сцене третьегоакта Гертруда обращается к Гамлету то на "thou", то на "you" и эти переходыне случайны: Queen: Hamlet, thou hast thy father much offended. Hamlet: Mother, you have my father much offended. Queen: Come, come, you answer with an idle tongue. Полоний обращается к Офелии на "you", а к Лаэрту на "thou"; очевидно,сын ему ближе, чем дочь. "Thou" может быть знаком возмущения, негодования, ненависти: “Here, thou incestuous, murderous, damned Dane.” (V, 2) Так говорит Гамлет королю, заставляя его выпить отравленный кубок, и вэтом "thou" звучит бешеная ненависть. Иногда "thou" и "you" подчеркивают социальное неравенство. Гамлетобращается к могильщику на "thou", тот отвечает ему на "you": Hamlet: I think it be thine, indeed, for thou liest in't. First Clo.: You lie out on’t, sir… (V, 1) То же самое происходит при разговоре между Горацио и матросом: First Sailor: God bless you, sir. Horatio: Let him bless thee, too. (IV, 6) 5) Предлоги. Особенности употребления предлогов. Употребление предлогов в ранненовоанглийский период продолжаетвозрастать. Например, у Шекспира широко употребляются сочетания с предлогом"of" для выражения действующего лица при страдательном залоге: “Touching this dreaded sight, twice seen of us.” (I, 1) “He’s loved of the distracted multitude.” (IV, 3) Предлог "by" употребляется у Шекспира в ряде случаев в значении„через”, „через посредство”: “We shall know by this fellow.” (III, 2) “My lord, his majesty commended him to you by young Osric.” (V, 2) В других случаях он означает „вследствие”, „благодаря”: “And thus do we of wisdom and of reach… by indirections finddirections out: so, by my former lecture and advice, shall you my son.”(II, 1) “Their defeat does by their own insinuations grow.” (V, 2) Отсюда развивается и употребление этого предлога для обозначениядействующего лица при страдательном залоге: “аmoiety competent was gaged by our king…” (I, 1) “Our last king… was… by Fortinbras of Norway… dared to the combat.”(I, 1) В результате такого развития "of" и "by" становятся синонимичными привыражении действующего лица. Впоследствии предлог "of" был полностьювытеснен из этой сферы предлогом "by". Орудие действия обычно обозначается у Шекспира сочетанием с предлогом"with", который в таких сочетаниях утрачивает свое первоначальное значение: “Do not for ever with thy vailed lids seek for thy noble father in thedust.”(I, 2) “Then weigh what loss your honour may sustain, if with too credent earyou list his songs.” (I, 3) “They clepe us drunkards, and with swinish phrase soil our addition.”(I, 4) Одной из особенностей употребления Шекспиром предлогов является то,что предлог "on" часто употребляется там, где в современном языкеиспользуется "of" в значении "about". Так, в "Гамлете" мы встречаемследующие примеры этого: “What think you on’t?” (I, 1) “… we with wisest sorrow think on him.” (I, 2) “Let me not think on’t.” (I, 2) Глава III. Синтаксические особенности языка Шекспира. 1) Нарушение твердого порядка слов при построении предложения. В ранненовоанглийском возрастает синтаксическая значимость порядкаслов. Но, хотя прямой порядок слов в повествовательном предложении являетсянормой для ранненовоанглийского, отклонения от него еще довольнозначительны. Эти отклонения могут быть двух типов: 1) инверсия главныхчленов предложения и 2) обратный порядок следования ведущего и зависимогочленов словосочетания. Иванова И.П. и Чахоян Л.П. приводят следующие случаи инверсии главныхчленов предложения в ранненовоанглийском: а) если первая позиция в предложении была заполнена наречием местаили времени: “There was he gaming.” (II, 1) “… and hither are they coming.” (II, 2) “Now could I drink hot blood.” (III, 2) “Now must your conscience my acquittance seal.” (IV, 7) “To-morrow shall I beg leave to see your kingly eyes.” (IV, 7) “There with fantastic garlands did she come.” (IV, 7) “Here lies the water.” (V, 1) Инверсия здесь факультативна, чаще всего она выступает припрономинальном подлежащим. б) после прямого дополнения, выраженного указательными местоимениями"that, this": - Who is’t who can inform me? - That can I. (I, 1) “This to me in dreadful secrecy impart they did.” (I, 2) “This in obedience hath my daughter shown me.” (II, 2) “That do I long to hear.” (II, 2) - My lord, you played once i’ the university, you say? - That did I, my lord. (III, 2) “All this can I truly deliver.” (V, 2) в) после союзных наречий: “So have I heard and do in part believe it.” (I, 1) “Yet so far hath discretion fought with nature…” (I, 2) “And therfore must his choice be circumscribed…” (I, 3) “So art thou to revenge, when thou shalt hear.” (I, 5) “Thus was I, sleeping, by a brother's hand of life, of crown, ofqueen, at once dispatch’d.” (I, 5) “Then goes he to the length of all his arm.” (II, 1) “I will tell you why; so shall my anticipation prevent yourdiscovery.” (II, 2) “… yet cannot you make it speak.” (III, 2) “And so am I revenged.” (III, 3) “And so have I a noble father lost.” (IV, 7) “Thus didest thou.” (IV, 7) “Yet have I something in me dangerous.” (V, 1) г) после ограничительных и отрицательных наречий и сочетаний: “… nor have we herein barr’d your better wisdoms” (I, 2) “… nor shall you do mine ear that violence…” (I, 2) “And never did the Cyclops’ hammers fall on Mars’s armour.” (II, 2) “Nor do we find him forward to be sounded.” (III, 1) “Never alone did the king sigh.” (III, 3) В этих случаях инверсия сохранилась и в современном языке. Отличие отсовременного употребления заключается в том, что в ранненовоанглийском вбольшинстве случаев выступает полная инверсия у глаголов в PresentIndefinite, так как вспомогательный глагол "to do" окончательно закрепилсяв эмфатических предложениях с инверсией лишь в конце XVII века. Однако при чтении шекспировского текста бросается в глаза гораздоменьшая строгость в построении фразы и диапазон вариантов заполнения первойпозиции в предложениях с инверсией намного шире: “With martial stalk hath he gone by our watch.” (I, 1) “And prologue to the omen coming on, have heaven and earth togetherdemonstrated.” (I, 1) “In that and all things will we show our duty.” (I, 2) “Most humbly do I take my leave, my lord.” (I, 3) “… for on his choice depends the safety and health of this wholestate.”(I, 3) “And with a larger tether may he walk.” (I, 3) “Something have you heard of Hamlet's transformation.” (II, 2) “Full thirty times hath Phoebus’ cart gone round…” (III, 2) “… wisely was it said.” (III, 3) В расположении второстепенных членов предложения в течениеранненовоанглийского периода встречаются следующие отклонения отфиксированного порядка слов: 1) в группе „определение + определяемое”: постановка притяжательного местоимения после прилагательного: “аtruant disposition, good my lord.” (I, 2) “But, good my brother, do not … show me the steep and thorny way to heaven.” (I, 3) 2) в группе „сказуемое + дополнении”: а) прономинальное дополнение между подлежащем и сказуемым: “… and that it us befitted to bear our hearts in grief…” (I, 2) б) прономинальное дополнение после послелога: “…in the dark groped I to find out them.” (V, 2) 3) в группе „сказуемое + обстоятельство”. Наречия неопределенного времени уже в ранненовоанглийский период занимают в основном позицию между частями аналитической глагольной формы (как и в современном английском языке), однако, возможны случаи отклонения от этого порядка следования: “… or ever I had seen that day, Haratio!” (I, 2) “… and who still hath cried…” (I, 2) “… those that are married already… shall live.” (III, 1) “Why, then the polack never will defend it.” (IV, 4) В целом следует отметить, что позднее всего получили фиксированноеположение члены предложения, выраженные местоимениями и наиболее древниминаречиями. Кроме этих наиболее общих отклонений от фиксированного порядкарасположения второстепенных членов предложения, мы можем наблюдать в текстеШекспира намного больше вариантов употребления различных частей речи. Так,например, между подлежащим и сказуемым или между частями аналитическойглагольной формы могут стоять дополнение и обстоятельство, выраженныесуществительными: “Young Fortinbras … hath in the skirts of Norway here and thereshark’d up a list of lawless resolutes.” (I, 1) “…and I this morning know where we shall find him most conveniently.”(I, 1) “And I with them the third night kept the watch.” (I, 2) “I shall the affect of this good lesson keep.” (I, 3) “’Tis in my memory lock’d.” (I, 3) “… and you yourself have of your audience been most free andbounteous.” (I, 3) “… and then I prescripts gave her, that she should lock herself fromhis resort…” (II, 2) “For I mine eyes will rivet to his face.” (III, 2) “I your commission will forthwith dispatch.” (III, 3) “Hamlet, thou hast thy father much offended.” (III, 4) “Hamlet in madness hath Polonius slain.” (IV, 1) “… we will our kingdom give…” (IV, 5) “That he which hath your noble father slain pursued my life.” (IV, 7) Таким образом, порядок следования членов предложения у Шекспира ещедостаточно свободный. 2) „Эллипс” как характерная черта стиля Шекспира. Для сжатого стиля Шекспира типичен „эллипс”, то есть пропуск явноподразумеваемых контекстом слов: “I have entreated him along.” (I, 1) = “I have entreated him to comealong.” “Why, any thing, but to the purpose.” (II, 2) = “Why, any thing, butlet it be to the purpose.” “Shall we to the court?” (II, 2) = “Shall we go to the court?” “I must to England.” (III, 4) = “I must go to England.” “Now to my mother.” (III, 2) = “Now I’ll go to my mother.” “And he to England shall along with you.” (III, 3) = “And he toEngland shall go along with you.” Там, где не возникает сомнения, чту является подлежащем, оно иногдаопускается: “Nor do we find him forward to be sounded, but, with a crafty madness,keeps aloof…” (III, 1) = “… he keeps aloof” В придаточных предложениях, соединенных некоторыми союзами, зачастуюопускаются части, повторение которых является необходимым в современноманглийском языке: “For women’s fear and love holds quantity, in neither aught, or inextremity.” (III, 2) = “… in neither is aught, or it is extremity.” “This must be known; which, being kept close, might move more grief tohide than hate to utter love.” (II, 1) = “… than hate to utter would movelove.” Этот стилистический прием характерен для разговорной речи, но даже ивне диалога он придает высказыванию интонацию живой речи, динамичность, аиногда и некоторую доверительную простоту. По меткому замечанию профессораУолтера Ролея, „это синтаксис импульсивной речи”. Нередко эллипсобъясняется не только близостью языка Шекспира к разговорной речи, но исостоянием действующего лица. Шекспир в процессе творчества как быпереносится вовнутрь создаваемых им персонажей. Понятно отсюда, чтопсихологические факторы оказываются иногда действительней формальнограмматических. Шекспир прежде всего следил за ассоциативной нитью всознании говорящего персонажа и, возможно, писал иногда „неправильней”, чемсам говорил в жизни. 3) Особенности употребления вспомогательного глагола "do". Некоторые грамматические особенности языка Шекспира связаны супотреблением глагола "do" как вспомогательного, так как с XV века глагол"do" начинает использоваться как вспомогательный глагол в составеаналитических форм Present и Past Indefinite. К этому времени система аналитических форм глагола почти сложилась, и,хотя отдельные ее элементы еще не имели четко очерченных границупотребления, материально были представлены почти все члены этой системы.Таким образом, в языке наметилась тенденция к раздельному выражению такихграмматических категорий глагола, как лицо, число (там, где онипредставлены), и время, с одной стороны, и лексического содержанияглагольной формы с другой. В осуществление этой тенденции и появляютсяаналитические формы у бывших простых форм глагола – Present и PastIndefinite. Тот факт, что именно глагол "do" стал использоваться для образованияаналитических форм Present и Past Indefinite, очевидно можно объяснитьтем, что глагол "do" был глаголом наиболее широкой семантики после глаголов"be" и "have". Поскольку последние к этому времени уже были заняты каквспомогательные глаголы, наиболее легко мог подвергнуться процессуграмматизации и, следовательно, процессу лексического опустошения именноглагол "do". Путь глагола "do", лексически полнозначного, квспомогательному был возможен еще и потому, что уже в среднеанглийскийпериод он широко употреблялся как глагол-заместитель, и, таким образом, ужесуществовала тенденция использования его как носителя глагольныхграмматических категорий лица, числа и времени без самостоятельноголексического наполнения. С XV по XVII века формы с "do" в повествовательных утвердительныхпредложениях часто употреблялись без всякого различия в значении посравнению с простыми формами глагола. Так, у Шекспира встречаются сочетания"do + infinitive" в утвердительных предложениях, не имеющих никакогоэмоционального оттенка: “If you do meet Horatio and Marcellus, the rivals of my watch, bidthem make haste.” (I, 1) “And now no soil nor cautel doth besmirch the virtue of his will.”(I, 3) “With all my love I do commend me to you.” (I, 5) “If thou dost marry, I’ll give thee this plague for thy dowry.” (III,1) “The lady doth protest too much, methinks.” (III, 2) “… in which our valiant Hamlet … did slay this Fortinbras; who… didforfeit, with his life, all those his lands … to the conqueror.” (I, 1) “… the funeral baked-meats did coldly furnish forth the marriagetables.”(I, 2) “It lifted up its head and did address itself to motion.” (I, 2) “Hadst thou thy wits, and didst persuade revenge, it could not movethus.” (IV, 5) Такие сочетания встречаются и в вопросительных, и в отрицательныхпредложениях, то есть там, где мы бы употребили их сегодня: “Do you consent we shall acquaint him with it?” (I, 1) “Do you believe his tenders, as you call them?” (I, 3) “Did he receive you well?” (III, 1) “Did these bones cost no more the breeding, but to play at loggatswith ’em?” (V, 1) “What dost thou mean by




Нажми чтобы узнать.

Похожие:

Грамматические особенности языка В. Шекспира (на материале трагедии “Гамлет”) Москва 2000 Содержание. Введение Глава I. 1) Становление и развитие национального английского языка в ранненовоанглийский период ) Язык и стиль В. Шекспира Глава II. Морфологические особенности языка В iconОбраз главного героя в трагедии В. Шекспира "Гамлет" Образ главного героя в трагедии В. Шекспира "Гамлет"
Среди пьес Вильяма Шекспира “Гамлет” одна из самых известных. Героем этой драмы вдохновлялись поэты и композиторы, философы и политические...
Грамматические особенности языка В. Шекспира (на материале трагедии “Гамлет”) Москва 2000 Содержание. Введение Глава I. 1) Становление и развитие национального английского языка в ранненовоанглийский период ) Язык и стиль В. Шекспира Глава II. Морфологические особенности языка В iconКурсовая работа на тему: Правда и вымысел в трагедии У. Шекспира «Ромео и Джульетта» Содержание Введение 3 Глава I. Творческий метод У. Шекспира 5
Эта ранняя трагедия Шекспира принадлежит первому периоду его творчества. Ее атмосфера пронизана духом жизнерадостности, насыщена...
Грамматические особенности языка В. Шекспира (на материале трагедии “Гамлет”) Москва 2000 Содержание. Введение Глава I. 1) Становление и развитие национального английского языка в ранненовоанглийский период ) Язык и стиль В. Шекспира Глава II. Морфологические особенности языка В iconКурсовая работа Грамматические особенности американского варианта английского языка Содержание Введение 3 Глава I
Охватывает предложения с мо­дальными глаголами, глаголами to be и have. В американ­ском варианте отсутствуют какие бы то ни было...
Грамматические особенности языка В. Шекспира (на материале трагедии “Гамлет”) Москва 2000 Содержание. Введение Глава I. 1) Становление и развитие национального английского языка в ранненовоанглийский период ) Язык и стиль В. Шекспира Глава II. Морфологические особенности языка В iconВопросы к экзамену по курсу «Русский язык и культура речи» Язык как знаковая система. Единицы языка. Уровни языка. Язык и речь. Функции языка. Формы существования языка
Понятие национального языка. Литературный язык как высшая форма национального языка. Отличие литературного языка от нелитературных...
Грамматические особенности языка В. Шекспира (на материале трагедии “Гамлет”) Москва 2000 Содержание. Введение Глава I. 1) Становление и развитие национального английского языка в ранненовоанглийский период ) Язык и стиль В. Шекспира Глава II. Морфологические особенности языка В icon“Образ главного героя в трагедии В. Шекспира “Гамлет” ученицы 9 “Б” класса Семененко Наталии. 2001-2002 Содержание №стр I. Введение 3 II. Гамлет – выразитель взглядов и 5 идей эпохи Возрождения III. Литературная полемика вокруг 18 образа Гамлета IV. Вывод 21 V. Список используемой литературы 24 I

Грамматические особенности языка В. Шекспира (на материале трагедии “Гамлет”) Москва 2000 Содержание. Введение Глава I. 1) Становление и развитие национального английского языка в ранненовоанглийский период ) Язык и стиль В. Шекспира Глава II. Морфологические особенности языка В iconУчебное пособие для студентов. М., 2001. Иванова И. П., Чахоян Л. П., Беляева Т. М. Практикум по истории английского языка. М., 1985
Охватывают закономерности развития языка, историю становления английской народности и английского языка, основные лингвистические...
Грамматические особенности языка В. Шекспира (на материале трагедии “Гамлет”) Москва 2000 Содержание. Введение Глава I. 1) Становление и развитие национального английского языка в ранненовоанглийский период ) Язык и стиль В. Шекспира Глава II. Морфологические особенности языка В iconВведение Глава Социолингвистическая ситуация в Новой Зеландии
Особенности употребления английского языка в Новой Зеландии
Грамматические особенности языка В. Шекспира (на материале трагедии “Гамлет”) Москва 2000 Содержание. Введение Глава I. 1) Становление и развитие национального английского языка в ранненовоанглийский период ) Язык и стиль В. Шекспира Глава II. Морфологические особенности языка В iconУрок английского языка "William Shakespeare. The greatest English poet and dramatist"
Оборудование урока: портрет Шекспира (см. Приложение), картинки и фотографии мест, связанных с жизнью великого писателя, плакаты...
Грамматические особенности языка В. Шекспира (на материале трагедии “Гамлет”) Москва 2000 Содержание. Введение Глава I. 1) Становление и развитие национального английского языка в ранненовоанглийский период ) Язык и стиль В. Шекспира Глава II. Морфологические особенности языка В iconАкадемик Н. И. Вавилов Ученицы 11б класса 411 школы Досаевой Екатерины Болонкина Е. В. Петродворец 1999 год. Содержание: Введение Глава I: Становление Глава II: Лысенковщина Глава III: Арест Глава IV: Путешествия Заключение Список литературы Ссылки Приложение Введение: Очень трудно определить границ

Грамматические особенности языка В. Шекспира (на материале трагедии “Гамлет”) Москва 2000 Содержание. Введение Глава I. 1) Становление и развитие национального английского языка в ранненовоанглийский период ) Язык и стиль В. Шекспира Глава II. Морфологические особенности языка В iconВопросы к экзамену по курсу «Русский язык и культура речи»
Понятие национального языка. Литературный язык как высшая форма национального языка. Отличие литературного языка от нелитературных...
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©rushkolnik.ru 2000-2015
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы