Россия XV-XIX веков глазами иностранцев icon

Россия XV-XIX веков глазами иностранцев



НазваниеРоссия XV-XIX веков глазами иностранцев
Дата конвертации14.07.2012
Размер363,93 Kb.
ТипРеферат
Россия XV-XIX веков глазами иностранцев


МИНИСТЕРСТВО ВЫСШЕГО И СРЕДНЕГО ОБРАЗОВАНИЯ РФОМСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ИНСТИТУТ СЕРВИСАКАФЕДРА СОЦИАЛЬНО-ГУМАНИТАРНЫХ ДИСЦИПЛИН РЕФЕРАТ на тему: РОССИЯ XV – XIX ВЕКОВ ГЛАЗАМИ ИНОСТРАНЦЕВ Выполнила студентка группы 52 ТК Степанова Н.А. Руководитель Вотинова И.К. ОМСК 1998 г. АННОТАЦИЯ В данной работе предложен анализ различных высказываний иностранныхгостей о Русском государстве XV – XIX веков. Приведены цитаты из различныхзаписок и дневников иностранцев, посетивших Россию в качестве послов,торговцев или просто путешественников. Рассматриваются следующие вопросы: 1. Какова территория России глазами иностранцев. 2. Какой представляется государственная власть в России иностранцам. 3. Какими видят русских воинов иностранцы, их положительные и отрицательные качества. 4. Какая система управления существует, по мнению иностранцев, в России. 5. Климатические условия в России, их оценка иностранными гостями. 6. Природные богатства России, описываемые иностранцами. 7. Население России глазами иностранцев. 8. Описания городов русских, составленные иностранными путешественниками по России. 9. Торговые отношения России с другими странами. 10. Обычаи, обряды, традиции русских, оставившие у иностранных гостей большое впечатление. Сделаны выводы о том, какой видят Россию XV – XIX веков иностранцы, атакже какое значение имеют сегодня их высказывания для русского человека. СОДЕРЖАНИЕ Введение 4 1. Территория государства Российского 5 2. Государственная власть в России 6 3. Русское войско 8 4. Управление государства российского 12 5. Положение и климатические условия России 15 6. Природные богатства России 16 7. Население страны 18 8. Москва и другие города России 20 9. Торговля в России 28 10. Культура и религия 31 Заключение 36 Библиографический список 38 ВВЕДЕНИЕ В данной работе предлагается рассмотреть проблему: какой виделииностранцы Россию XV – XIX веков, их размышления и выводы, а также какоеэто имело значение для русского человека. До нас дошли знаменитые «Записки о Московии» Герберштейна, где онописывает обычаи русского человека, дает некоторые сведения о войске и т.д. Другие путешественники, как, например, К. де Бруин, оставили намописания русских городов центральной части страны и Сибири, где такжепобывали иностранцы. Приводятся заметки иностранцев о внутреннем устройствеРоссии, о ее народе, об экономическом положении страны. Немногие изиностранных гостей знали русский язык, что, естественно, приводило кнекоторым сложностям в изучении ими русского государства. Но, тем не менее,иностранцы посещали Россию, она не оставалась без их внимания. Записки, воспоминания, дневники путешествий иностранцев, посетившихРоссию в XV – XIX веках, составляют целую библиотеку. На протяжении всегостолетия в стране находились тысячи людей из всех стран мира. Это быликупцы, ремесленники, инженеры, военные, ученые, специалисты по отдельнымотраслям знаний, дипломаты, туристы, разведчики, авантюристы и простоискатели счастья. Политика и культура, экономика и быт, религия и нравы –все отразилось в записках и мемуарах, докладах и тайных реляциях. Огромнаястрана явилась темой бесчисленных сочинений. Мемуары, записки иностранцев о России XV – XIX веков оченьразнообразны и по содержанию – фактология, направленность, – и по жанру –форма, методика подачи материала. Но в этом разнообразии предметногоописания и плюрализма мнений их значение и ценность. Восполняя, дополняя, аподчас даже оспаривая друг друга, записки дают возможность увидеть тотобраз России XV – XIX веков, который складывается у иностранцев, очевидцевпроисходящего. В реферате проведена работа с несколькими источниками. Очень многописал о России С. Герберштейн. Он хорошо знал русский язык, что оченьважно, у него не было языкового барьера при общении, и круг его общения неограничивался. Следовательно, сведения его можно считать болеедостоверными, чем у иностранцев, не знавших русского языка. Он оставил намсвои «Записки о Московии», где мы можем подробно узнать о культуре иобычаях русского народа. Очень много Герберштейн писал о религии, оцерковных обрядах и о роли религии в жизни общества. Кроме того, в«Записках о Московии» изложена краткая история России, начиная с князяВладимира. Не оставляет Герберштейн без внимания такие темы как война ирусское войско, население России, торговля в России. Пишет он также и огородах русских. Кроме Герберштейна, о городах России писали очень многие иностранныепутешественники и дипломаты. Их сочинения, переведенные на русский язык,собраны в таких литературных источниках, как «Записки о России XVI – началаXVII веков» Д. Горсея, «Россия 1-ой половины XIX века глазами иностранцев»,«Россия XVIII века глазами иностранцев», «Проезжая по Московии» Г. П.Скрынникова. Очень много описаний местностей, людей и обычаев в этихместностях в литературных источниках «Россия 1-ой половины XIX века глазамииностранцев», «Россия XVIII века глазами иностранцев». Это – сборникизаписок, дневников путешественников, побывавших и на севере России, и наюге, и в Сибири, и, конечно же, в Москве. Все иностранцы описывали Москву,столицу России, и каждый добавлял туда что-либо свое, отмечая в ней что-либо особенное, показавшееся ему наиболее интересным. Но не только о городах писали иностранцы. Они писали и огосударственном устройстве страны, о власти в России и о масштабах этойвласти. Эти сведения можно почерпнуть у О. В. Ключевского в его «Сказанияхиностранцев о Московском государстве», где множество иностранных пословвысказывают свои точки зрения на вопросы государственности и излагают своепонимание происходящего. Эта тема встречается и в памфлетах А. де Кюстина. В книге «Русское общество 30-х годов XIX века. Люди и идеи. Мемуарысовременников» можно увидеть, как вышеперечисленные проблемы решаются вобществе 30-х годов XIX века и как этот процесс оценивают иностранцы. Цитаты из перечисленных источников со ссылками можно найти в разделахданной работы. Практически все записки иностранцев о России, использованные в этомреферате, позволяют взглянуть на историю государства со стороны, лучшепонять ее смысл и увидеть некоторые ее стороны, не замечаемые русскимиисториками. ТЕРРИТОРИЯ ГОСУДАРСТВА РОССИЙСКОГО Герберштейн первый дает довольно точное определение главного народа,живущего в северо-восточной Европе за Польшей, и довольно подробнообозначает пределы занимаемой им области. Русскими, говорит он, называютсявообще все народы, говорящие по-славянски и исповедующие христианскую верупо обряду греческому. Они так размножились, что вытеснили все живущие междуними чужие племена или распространили между ними свои обычаи./1, с. 211/Позднее писатели сообщают нам об окраинах Московского государства известия,которые позволяют в общих чертах следить за постепенным егораспространением на юго-восток. Интересны заметки о краях, мало изведанныхи потому неизвестных иностранцу. Так, например, территория за Обью, названная Лукоморьем, описываетсяследующим образом: «В Лукомории, горной и лесной стране, лежащей за Обьюподле Ледовитого океана, есть город Серпонов, где живет народ серпоновцы, сгрустинцами и серпоновцами ведут немой торг черные люди, лишенные дараслова человеческого, которые приходят от озера китайского с разнымитоварами, преимущественно с жемчугом и драгоценными камнями. В Лукоморииживут другие дикие люди с одним очень странным и баснословным свойством:рассказывают, что каждый год в ноябре они умирают или засыпают, а наследующую весну, в апреле, оживают, подобно лягушкам или ласточкам.Грустинцы и серпоновцы торгуют и с ними, но особенным образом...»./7, с.101/ Автор «записок о Московии», Герберштейн, относясь к ним с недоверием,не опровергает их совсем. Писатели в XVII веке пытаются по возможностиобъяснить эти баснословные рассказы. Примером этого может служить Олеарий.Рассказы о людях с собачьими головами, покрытых шерстью и т. п., по егомнению, произошли оттого, что жители берегов Ледовитого океана носятособенного рода верхнюю одежду из звериных шкур, обращенных шерстью наружу.Она закрывает тело с головы до ног и имеет один разрез около шеи. Рукавицыпришиваются к рукам, так что, когда в зимнее время дикарь наденет этуодежду, у него видно только лицо из отверстия около шеи. /7, с. 103/ ГОСУДАРСТВЕННАЯ ВЛАСТЬ В РОССИИ Далеко от столицы, с первых шагов на почве Московского государства,наблюдательный иностранец начинал уже чувствовать вокруг себя, на людях,которых он встречал, могущественно действовавшее обаяние этой власти.Поэтому иностранец, приезжавший в Москву, и без особенной наблюдательности,только присматриваясь и прислушиваясь к тому, что происходило и говорилосьвокруг него, мог понять значение и размеры власти московского государя. Поописанию иностранцев, этот государь стоит неизмеримо высоко над всемиподданными и властью своею над ними превосходит всех монархов на свете. Этавласть одинаково простирается как на духовных, так и на светских людей.Иностранцы дивятся благоговейной покорности, с которой подданные относятсяк московскому государю. Слушая рассказы московских послов, венскийархиепископ приходил в умиление от такого послушания подданных государю«яко Богу». «Что касается величины русского двора, то должно заметить, чтогосударь, правящий сим государством, есть монарх неограниченный над всемисвоими народами; что он делает все по своему усмотрению, может располагатьимуществом и жизнью своих подданных, с низшими до самых высших, и, наконец,что всего удивительнее, что власть его простирается даже на дела духовные,устроение и изменение богослужения по своей воле», – пишет К. де Бруин./7,с. 115/ Ясно и скоро, даже не изучая обычаев, поняли иностранцы значениемосковских вельмож, их характер и отношение к государю. Поссевин делитсяотсутствием всякого аристократического гонора в этих вельможах,рассказывая, как большие послы московские, приехав на Кивярову гору длязаключения мира с Польшей, привезли с собой товары и бесцеремонно открылилавки для торговли с польскими купцами./7, с. 118/ Неудивительно, что люди, привыкшие к другим порядкам, побывав примосковском дворе, уносили с собой тяжелое воспоминание о стране, в которойвсе рабствует, кроме ее властелина./7, с. 119/ О составе двора государева иностранцы в XVI веке сообщает немногоподробностей. Иовию русские послы говорили, что двор государя составляютважнейшие князья и военные сановники./7, с. 121/ Подле царя всегданаходится окольничий, принадлежавший к числу высших советников государя,тот окольничий, по словам Герберштейна, занимал должность претора илисудьи, назначенного от государя./1, с. 129/ Из других придворных сановниковв конце XVI века упоминаются: конюший боярин, смотревший за царскимилошадьми, – первый сановник при дворе; потом дворецкий, казначей,контролер, кравчий, главный постельничий и три фурьера. Известие в XVII веке описывает с большими подробностями лестницучинов, сосредоточившихся при дворе около особы государя. Иностранцы описывают довольно в резких чертах власть московскогогосударя и его отношение к окружающим; в заключение наиболее спокойные изних приходят к нелестной дилемме: трудно решить, говорят они, дикость длянарода требовать такого самовластного государя, или от самовластия государянарод так одичал и огрубел. Некоторые сравнивают государя с турецкимсултаном./3, с. 56/ Но как ни резки черты, в которых изображают иностранцы отношениеверховной власти к ее окружению, мы не может назвать их преувеличенными.Так же не преувеличены рассказы иностранцев о времени Ивана Грозного. Не зная истины, скрытых мотивов борьбы за власть, истоки которойуходят в далекое прошлое, иностранцы заметили, однако же, последниеступени, которые прошли в продолжение этой борьбы за власть московскихгосударей, начав усиливаться. РУССКОЕ ВОЙСКО Главное учреждение, которое ведало (до второй половины XVI века) дела,относившиеся к войску, был Разряд, или Разрядный приказ. Здесь хранилисьсписки всех служивых людей; в эти списки вносились имена всех дворян илидетей боярских, достигших определенного возраста. О сборе служивых людейимеется известие от конца XVI века. Начальники четвертей в случае войныпосылали повестки к областным правителям и дьякам, чтобы все дети боярскиек известному дню собирались на какую-то границу, туда-то. Там отбирали их имена писцы, назначенные Разрядом. Не явившиеся всрок, подвергались штрафу и строгому наказанию./3, с. 107/Гербейштейн говорит, что на это время прерывался обычный ход замещенияочередных должностей, и все служивые люди должны были идти в поход.Служивым людям редко дается покой, говорит тот же иностранец./1, с. 139/ О числе войска имеем различные показания. Те из иностранных писателей,которые не были сами в России, сообщают огромные цифры. Кампезне,перечисляя княжества, составлявшие собственное московское государствоговорит, что в одном московском княжестве считается до 30000 бояр и дворян,служивших всадниками и всегда готовых к войне. Так как приведенныепоказания заимствованы прямо или непосредственно из рассказов русских, тоэти, без сомнения, преувеличенные цифры легко объясняются понятным желаниемрассказчиков выставить в выгодном свете военные силы своего отчества. В первой половине XVII века конница по-прежнему преобладала вмосковском войске, а во второй половине то же века, по показанию Мейербергаи Рейтенфильса пехота превышала численностью конницу и составляла лучшуючасть русского войска./3, с. 111/ В Москве караулы держали стрельцы. Кроме них, Невиль упоминает оботряде, который составлялся из московских горожан и в мирное времяупотреблялся для той же цели./3, с. 114/ Стрельцы имели характер пешеговойска, остальная пехота собиралась только в военное время. У Мейерберга находим неопределенные известия о солдатах: он говорит,что в случае нужды царь мог собрать какое угодно число пеших ратников,которые сбегаются на звук барабана в надежде поживиться во время походабогатою добычей; в отличие от стрельцов, их называют солдатами; онираспределяются на полки, под командой иностранных офицеров./3, с. 112/ Нахорошее жалование привлекало иностранцев на русскую службу, и в XVII векечисло иностранных офицеров в русском войске увеличивалось в значительнойстепени. Рейтанские и солдатские полки набирались из охочих людей, безпоместных или мало поместных дворян, из детей боярских, а также из крестьянпо всему государству. Ими командовали преимущественно иностранцы.Рейтенфильс уверяет, что эти полки могли равняться с лучшими войскамиЕвропы./3, с. 112/ Петрей оставил описание осмотра, который производился собравшимисясоратниками перед выступлением в поход: воеводы собираются вместе и садятсяв избе у окон или в шатрах и вызывают к себе один полк за другим. При нихстоит дьяк со списком в руках, по которому он вызывает по имени каждогоратника; ратник должен выступить вперед и показаться воеводам. Если какого-то ратника не оказалось на месте, дьяк ставил в списке против его имениотметку для дальнейших распоряжений. Неявка не службу преследоваласьстрого. Смотр повторялся и во время похода каждую неделю./3, с. 116/ Михалон говорит, что московитяне каждую весну получают из нагайскойорды по несколько тысяч лошадей годных для войны, платя за это одеждой идругими дешевыми вещами. Седла делались так, что всадники без затруднениямогли поворачиваться на них и стрелять во все стороны. Шпоры были унемногих, большая часть употребляли нагайки, которые вешали на мизинцеправой руки; поводья и узы были двойные, с отверстием в конце, которые онинадевали на палец правой руки, чтобы можно было, не выпуская его,пользоваться луком./3, с. 124/ Одежда и их телесное убранство были у всех одинаковы; кафтаны ониносили длинные, без складок, с очень узкими рукавами, почти на венгерскийлад; сапоги они носили красные и очень короткие, так что они не доходили доколен, а подошвы были подбиты у них железными гвоздиками. Рубашки почти увсех были разукрашены у шеи разными цветами; застегивают их либо ожерельем,либо серебряными цветами, к которым для украшения добавляют жемчуг. Ониподпоясываются не по животу, а по бедрам, и даже опускают пояс до паха,чтобы живот выдавался больше. Гербейштен говорит, что великий князь Василий имеет литейщиков изнемцев и итальянцев, которые, кроме пушек, льют железные ядра, подобныетем, какие употребляются на Западе, но что русские не умеют употреблятьпушки в сражении, потому что главное у них – быстрота движений./1, с. 151/ Но в конце XVI века Гваньини уже говорит, что русские в его временаочень часто и очень искусно действовали пушками, выучившись этому у каких-то беглых итальянцев, немцев и литовцев./3, с. 119/ Полагают, говорит Флетчер, что ни один из христианских государей неимеет такого хорошего запаса военных снарядов, как русский царь, чемуотчасти может служить доказательством оружейная палата в Москве./3, с. 121/ Относительно продовольствия войска во время похода Флетчер говорит,что царь никому ничего не отпускает, кроме иногда некоторого количествахлеба, и то на деньги служивых же людей; поэтому каждый, идя в поход,должен иметь при себе провианта на четыре месяца, а в случае недостаткаможет приказать перевести его к себе в лагерь из своего имения. Русскомувойску, прибавляет тот же иностранец, много помогает то, что каждый русскийв отношении жилища и пищи с детства готовится быть воином./3, с. 122/ Иностранцы с удивлением говорят о терпении и неприхотливости простогомосковского ратника во время лагерной жизни. Довольствовались оченьскудными средствами, имея лук и чеснок, московский ратник легко обходилсябез остальных приправ. Пришедший в местность, где этого нет, этот жительснегов, этот темный и пренебрегаемый сармат, по выражению Климента,разводит себе небольшой огонь, наливает воды в горшок, кладет туда ложкумуки или крупы, добавляет соли и, сварив, довольствуется этим наравне сприслугой; последняя, впрочем, когда господин в нужде, голодает дня по дваи по три./3, с. 128/ Нередко месяца по два терпят такую нужду всадник илошадь и, однако же, сохраняет прежнюю силу и бодрость. Гербейштейн говорит в своих записках: «Пожалуй, кое-кому покажетсяудивительным, что они содержат себя и своих людей на столь скудноежалование и при том столь долгое время. Поэтому стоит сказать об ихбережливости и воздержанности»./1, с. 159/ Петрей описывает порядок наступления московских полков из лагеря, изчего можно отчасти видеть их ратный строй, каким был он в начале XVII века:за передовыми полком идет большой, со множеством трубачей и литаврщиков,которые бьют в литавры и трубят в трубы./7, с. 127/ Эта музыка наводила тоску на иностранцев; по словам Корба, она скореемогла навеять уныние, нежели возбудить воинственное одушевление. «Если бы русский ратник, говорит Флетчер, с такою же твердостьюисполнял те или другие предприятия, с какой он переносит нужду и труд, имстолько же был приспособлен и навычен к войне, сколько равнодушен к своемупомещению и к пище, то далеко превзошел бы наших солдат, тогда как теперьмного уступает им в храбрости и в самом исполнении военныхобязанностей»./3, с. 129/ Такой нелестный переход делает иностранец от удивления передсуровостью и терпением, которым московский ратник переносил неудобство илишения всякого рода, к его военному. Контарини замечает, что у московскогогосударя довольно разных людей, большею частью они никуда не годны./3, с.134/ Некоторые иностранцы удивляются физической силе московских ратников;Гванини советует осторожно схватываться с ними в сражении, чтоб не попастьк ним в руки, из которых, благодаря их необыкновенно крепким мускулам,трудно вырваться. Московитянин, говорит Гванини, один без всякого оружиясмело выходит на дикого медведя и, схватив его за уши, таскает до тех пор,пока тот в изнеможении не повалится на землю./3, с. 141/ Михалон говорит, что московитяне превосходят литовцев деятельностью ихрабростью; у них не было так же недостатка в преданности к своему делу вособенности к самопожертвованию. По сознанию самих иностранцев московское государство, благодаря своейартиллерии, какая бы она не была, стояла в военном отношении гораздо вышевосточных своих соседей. Вот как описывает военную тактику русских Гербершейн: «При первомстолкновении они нападают на врага весьма храбро, но долго не выдерживают,как бы придерживаясь правила «бегите или побежим мы». Города они редкозахватывают штурмом и после сильного натиска; у них более в обычаепринуждать людей к сдаче продолжительной осадой, голодом или изменой. Готовясь вступить в сражение, они возлагают более надежды начисленность, на то, сколь большим войском они нападут на врага (а не насилу воинов и на возможно лучшее построение войска); они удачнее сражаютсяв дальнем бою, чем в ближнем, а потому стараются обойти врага и напасть нанего с тыла»./1, с. 161/ В мирное время жалование служивым людям выдавалось в Москве и вобластных городах, по свидетельству Петрея в два срока: на пасху и наМихайлов день. УПРАВЛЕНИЕ ГОСУДАРСТВА РОССИЙСКОГО Одной из целей управления в России было управление служивых людей засчет не служивого народонаселения и соответственно, управление отличалосьнекоторыми особенностями, исходившими из этой цели. Гербейштейн ставит «профектуры» рядом с поместьями, как средства,служащие для одной и той же цели. На образованного западного европейца,внимательно всматривавшегося в устройство Московского государства, немогло, конечно, произвести выгодного впечатления это смешение совершенноразличных занятий и целей, какое представляло им гражданское управлениепосредством военных людей. Таковы же были органы и центрального управления,сосредоточившиеся в думе и в приказах столицы. В устройстве управленияМосковского государства в XV-ХVII веках мы видим важное движение: тогдапроизошли две перемены: появление и развитие приказной системы и в новомзначении дьяков. Явились новые более сложные органы и более пригодные кделу деятели. Еще в начале XVI века при дворе считали значение боярина тождественнымсо значением советника, и первое слово заменили последним. Однако впоследствии отношение к боярам несколько изменились.Герберштейн следующим образом отзывается об отношении бояр-советников квеликому князю: «Никто из них, как бы велико ни было его значение, не смеетни в чем противоречить государю»./1, с. 164/ Иностранцы ясно дают понять, что боярская дума имела толькосовещательное значение, что дела часто решались до обсуждения их в думе ибез ее утверждения приводились в исполнение. Думные бояре, по отзывуПоссевина, были недалеки познаниями: некоторые не умели ни читать, ниписать./3, с. 147/ Под думой, как высшим правительственным местом, стояли приказы,ведавшие отдельные отрасли государственного управления.Вообще трудно составить себе не только по иностранным, но и поотечественным известиям ясное понятие об устройстве и ходе управленияпосредством приказов именно потому, что ведомства не были точноразграничены и определены по известным началам. По описанию Флетчера,Разрядный приказ управлял делами, относящимися к войску, ведал земли идоходы на жалования ратным людям, получавшим его; Поместный вел списокпоместий, розданных служилым людям; Казанский вел дела царств Казанского иАстраханского с городами по Волге./3, с. 150/ Областные правители и дьяки назначались по царскому указу, и через год(по Герберштейну через два) обыкновенно сменялись./1, с. 170/ Более ранний путешественник говорит, что московский государь имелобыкновение ежегодно объезжать разные области своих владений. Москва была под прямым ведением царской Думы, члены которой визвестных судебных местах выслушивали все важные дела городских жителей. Одной из важнейших отраслей ведомства боярской думы, приказов иобластных правителей было правосудие. Герберштейн приводит в своем сочинении небольшой отрывок из судебникаИоанна III о судных пошлинах. Флетчер говорит, что единственный закон вМосковии есть изустный, т.е. воля государя и судей./3, с. 151/ Все иностранцы, рассказывая о московском судопроизводстве, резкоотзываются о жестоком обращении и о суровости форм, в которые облекался суддаже в незначительных делах. «Тяжелые преступления наказываются здесь сожжением, – пишет один изиностранных гостей, – кроме того, отсекают топором голову на плахе, иныхвешают, других зарывают живых в землю по самые плечи. Но, несмотря нажестокость свою, эти казни совершаются там тихо и без шуму, что если ониисполняются в одном конце города, то о них и не знают жители другого конца.Преступников, не заслуживших смертной казни, наказывают кнутом. Наказаниебатогами назначаются за преступления не столь значительные. Но самоемучительное наказание состоит в том, что преступнику выбривают маковкуголовы и каплют на нее по капле холодной водой»./7, с. 130/ По свидетельству Герберштейна, чаще всего употреблялось повешание;другие, более жестокие казни, употреблялись редко, разве за какие-нибудьнеобыкновенные преступления. За воровство или даже за убийство редкоприговаривались к смертной казни./1, с. 174/ Герберштейн и Флетчер говорят, что летом московитяне, занятые войной,редко казнили преступников, но большею частью отлагали исполнение смертныхприговоров до зимы, когда преступников вешали или убивали ударами в головуи пускали под лед. Святотатцев, по свидетельству Петрея, сажали на кол./7,с. 134/ Вообще иностранцы заметили, что к смертной казни в Москве прибегалиредко; Олеарий замечает, что за воровство совсем никогда не казнят смертьюв Московском государстве; гораздо охотнее употребляли батоги и кнут./3, с.152/ Иностранцы с ужасом говорят о жестокости этих наказаний и равнодушии,с каким относились к ним московитяне. Часто употреблялся и кнут, которыйиностранцы описывают как самое жестокое и варварское наказание. Надо бытьмосковитянином, замечает Штраус, чтобы выдержать четвертую долю такогонаказания и остаться живым. Часто наказание кнутом оканчивалось смертьюнаказанного. За воровство людей ссылали в Сибирь. К должникам применялись несколько другие меры наказания. По словам К.де Бруина, когда должник не может рассчитаться с заимодавцем, то продаютвсе его имущество и вырученными деньгами удовлетворяют заимодавца. Наконец,если и этого будет недостаточно, то самого должника с женою и детьми отдаютзаимодавцу в услужение./7, с. 140/ Вот что пишет о московском суде Михалон: «Право суда у московитян надвсеми подданными баронов и дворян, как в гражданских, так и в уголовныхделах, принадлежит не частному лицу, а назначенному для этого общественномучиновнику»./7, с. 139/ Иностранцы говорят о «врожденной» наклонности московитян ксутяжничеству и ябедничеству, но с особенной горечью отзываются они опродажности самого суда. Судьи, по свидетельству Герберштейна, открытобрали взятки, несмотря на строгость государя к неправде. По словам Флетчера, все это показывает жалкое состояние несчастногонарода, который должен признавать источником своих законов и блюстителямиправосудия тех, против несправедливости которых ему необходимо было быиметь значительное количество хороших и строгих законов./3, с. 153/ Много высказываний иностранцев и о крепостном праве в России. Они несчитают это явление нормальным и отчасти помогают, но помогают пленнымшведам, которых продавали с торгов: они их покупали, а при приезде домой –отпускали. Что касается характера управления в Московском государстве, то мынаходим у иностранцев в XVI веке различные отзывы об этом предмете. По отзыву Флетчера, московская система областного управления была бынедурна для такого обширного государства, по своему удобству дляпредупреждения нововведений, если бы ее не портила недобросовестностьправительственных лиц. Областные правители чужды народу по своим интересами не пользуются ни его доверием, ни любовью./3, с. 154/ Далее иностранцы указывают на недостаток единодушия и общностиинтересов не только между управителями и управляемыми, но и вообще междуслуживыми людьми и простым народом. В заключение английский наблюдатель дивится, как московские цари,прочно утвердившись на престоле, могут довольствоваться прежнимнеудовлетворительным порядком вещей в своем государстве. В областях были особые земские и съезжие избы, устроенные по образуцентральных приказов. Наказания за лихоимство в суде, отличавшиеся особенной суровостью, немогли иметь успеха. Взятки не истреблялись, хитрецы придумывали способобходить закон. Эти известия не позволяют считать преувеличенными отзывыиностранцев о продажности суда в Московском государстве, о том, что судьиоткрыто торговали своими приговорами, что не было преступления, которое немогло бы при помощи денег ускользнуть от наказания. ПОЛОЖЕНИЕ И КЛИМАТИЧЕСКИЕ УСЛОВИЯ РОССИИ Экономическая жизнь Московского государства занимает в известияхиностранцев незначительное место, но зато эти известия более достоверные,чем другие известия иностранцев. Факты внешней материальной жизни доступнееточному наблюдению; обсуждение их составляет меньше простора симпатиям иантипатиям, сильно сдерживает привычку мерить явления чужой жизни своимидомашними понятиями. Московия, по описанию иностранцев, представляла вид совершеннойравнины, покрытой обширными лесами и пересекаемой по всем направлениямбольшими реками, обильными рыбой; можно сказать, что вся Московия ни чтоиное, как сплошной лес, за исключением тех местностей, где его выжгли дляобращения в поле, годное к обработке. Страна эта имеет огромное протяжениев длину и ширину./7, с. 142/ Московия казалась западным европейцам другой частью света, повыражению Компензе, не по одному отдаленному своему положению на границахАзии и Европы, не по одному своему дикому, пустынному виду, но и по многимособенностям своей природы, своего климата, отличавшегося резкимипротивоположностями в явлениях зимы и лета./3, с. 158/ Западные путешественники с удивлением рассказывают о чудесах, которыетворит там мороз. ПРИРОДНЫЕ БОГАТСТВА РОССИИ Большая часть земель, на которой трудилось оседлое московскоенаселение, далеко не принадлежало к самым плодородным местностям Восточно-европейской равнины. Однако очень много использовалось целины, поэтомусуждения различны. Мейерберг решается сказать, что едва ли есть в мире страна, которойМосковия могла бы позавидовать как в доброкачественности воздуха, так и вплодородии полей. О почве Московского государства, замечает Олеарий, можносказать вообще, что она производит больше хлеба и корма для скота, чемстолько потребляет страна./3, с. 161/ Описание Герберштейна дает нам возможность сравнить количество почвы изависящее от этого развитие земледелия в разных краях Московскогогосударства. По его словам, почва собственно в Московской области неотличается особенным плодородием; хлеб и обыкновенные овощи Московскаяобласть производит в достаточном количестве, но ей недостает хорошихсадовых плодов./1, с. 180/ Почва Владимирской и Нижегородской областей былаплодороднее. По описанию Флетчера, плодородные места между Вологдой и Москвою далеена юг, до крымской границы, между Рязанью и Новгородом, между Москвою иСмоленском. Главным продуктом такой преимущественно землевладельческой страны,какой было Московское государство, составлял, разумеется, хлеб. С землевладением тесно связывалось скотоводство; оно доставляло важныепродукты для заграничной торговли – кожа и сало; оно особенно развито, пословам Флетчера, в областях Смоленской, Ярославской, Углицкой, Вологодской,Городецкой./3, с. 164/ Герберштейн почти во всех областях Московскогогосударства указывает на добывание мехов, меда, воска и рыбы. Однако иногда проявляется недостаток хлеба: пермяки, по свидетельствуФлетчера, иногда пекли себе хлеб из корня и коры соснового дерева./3, с.164/ По словам Иовия, природа за недостаток драгоценных металлов щедровознаградила Московию редкими мехами, высоко ценившимися за границей. Лес доставлял и строевой материал – необыкновенно высокие сосны,превосходный дуб и клен, но самыми главными после мехов произведениямиМосковской земли, которые доставлял лес, были мед и воск. По словам Иовия иКомпензе, вся страна изобиловала плодовитыми пчелами, которые клалиотличный мед не в искусственных крестьянских ульях, а в дуплах деревьев,без всякого присмотра. Солеварение преимущественно развито было в северных областях.Герберштейн оставил краткое известие о способе добывания здесь соли. Герберштейн указывает на добывание железа в Серпухове, а при Флетчеремного добывали его в Карелии, Каргополе и Устюге. Путешественники XVII века оставили несколько известий о садоводстве иогородничестве в России. Герберштейн не видит в Москве ни хорошей вишни, ниорехов, и, судя по климату, даже не считал страну способной производитьхорошие садовые плоды. Почти все путешественники XVII века находилипротивное, указывая на успешное разведение в Московии садовых и огородныхрастений. Олеарий видел такие белые и прозрачные яблоки, что если смотретьсквозь них на солнце, без труда можно пересчитать в них зерна./3, с. 167/ Олеарий говорит, что красивые садовые цветы и травы появились в Москвенедавно, здесь даже считали их смешной забавой. О салате в Москве также неимели прежде понятия и даже смеялись над иностранцами, что они едят траву,как животные. НАСЕЛЕНИЕ СТРАНЫ В одной, большей половине Московской земли преобладали лес и болота, ав другой – открытая степь. Это заметили все иностранцы, бывшие в Московии ивнимательно наблюдавшие ее состояние. У Флетчера и других иностранцев имеются прямые указания на скудностьнаселения по обширным окраинам государства, и мы видим, как близко к центруподходили эти окраины. Земли по Днепру в настоящее время, говорит Компензе, очень малонаселены по причине частых набегов татар./3, с. 168/ Поссевин также говорит, ссылаясь на очевидцев, что край к северу отМосквы до Волги вообще имеет сравнительно более густое население благодарятому, что сюда не доходят татарские набеги./3, с. 169/ Английский посол Рондольф и другие англичане, неоднократно ездившие поСеверной Двине, говорят, что здесь по берегам только этой реки встречалисьзначительные селения; вообще большая часть этого края, по их словам, былавовсе необитаема, покрыта лесами, среди которых попадались луга и пашни.Герберштейн полагал, что на огромных пространствах от Перми до Иртыша, вземлях тюменских татар, не более 10000 жителей. И войны, и нападения степных кочевников, без сомнения, сильно мешалиумножению населения, особенно по окраинам государства. Но была и другаяпричина – колонизация. Флетчер говорит также, что для удержания жителей Перми, Печоры иСибири в повиновении царь поселил в этих областях столько же русских,сколько там туземцев. У Герберштейна встречаем любопытные слова, бросающие некоторый свет ина результаты колонизации: описывая Белозерскую область, он говорит, чтотуземцы имеют свой язык, но теперь почти все говорят по-русски./1, с. 188/ Медленно, но безостановочно шло заселение пустынных пространств насеверо-востоке; поселенцам надо было выдержать упорную борьбу с природой,но, по крайней мере, здесь не предстояло такой же борьбы с людьми.Колонизация южных и юго-восточных степей представляла большие затруднения ишла еще медленнее. Герберштейн упоминает о монахах и пустынниках, приносившиххристианство к диким, но не отличившимся особенной воинственностью севернымнародам. В первой половине XVI века русские поселения не шли дальше и южнееТулы. В начале XVII века Маржерет говорит, что южные степи населяют более иболее, что русские построили там много городов и крепостей./7 с. 147/ Иностранные известия проливают некоторый свет на жизнь кочевниковэтого края и на отношения, в которые становилось к ним государство, чтобыподчинить их своему влиянию. Движение государства в степях, отдаленных от водных путей, шло,разумеется, медленнее, чем по берегам больших рек. В этих местах, говоритАвриль, землю стали обрабатывать с недавнего времени. Государство, а за ним и русское население все более утверждалось вприволжских степях. Самый употребительный язык там был русский. МОСКВА И ДРУГИЕ ГОРОДА РОССИИ Между тем как с распространением Московского государства и народастроились новые городки в пустынных отдаленных местах, иностранные известияпоказывают, в каком незавидном положении находился народ в старых областяхгосударства. Почти все иностранцы, писавшие о Московском государстве, дают намболее или менее подробные сведения о его столице. По словам Герберштейна,город Москва лежит далеко на восток, если не в Азии, то, по крайней мере,на краю Европы. Город широко раскидывался в основном по ровной местности, несдерживаясь никакими пределами, ни рвом, ни стенами, ни какими-то другимиукреплениями. По словам К. де Бруина, теперь (XVII век) Москва гораздо больше иобширнее того, чем она была когда-нибудь прежде, и что в ней никогда небыло такого множества каменных зданий, которое находится ныне и котороеувеличивается почти ежедневно. Ее называют Моско, Мусков и Москва. Среди города стояла крепость, омываемая с одной стороны рекой Москвой,а с другой – Неглинной. Крепость была очень велика. По известиям конца XVI века, к главной крепости, называющейся Большимгородом, примыкал Китай-город, также обнесенный стенами, в которых Поссевинвидел новые лавки, расположенные улицами, по родам товаров. Барбаро иКонтарини говорят, что все здания в Москве были деревянные. К. де Бруин замечает интересную подробность: «Относительно зданий,ничто мне не показалось здесь так удивительным, как постройка домов,которые продаются на торгу совершенно готовые, так же как и покои, иотдельные комнаты. Дома эти строятся из бревен или древесных стволов,сложенных и сплоченных вместе так, что их можно разобрать, перенести почастям куда угодно и потом опять сложить в очень короткое время»./7, с.150/ С конца XV века столица начала украшаться каменными зданиями. Дома были не очень велики и внутри довольно просторными, отделялисьдруг от друга длинными заборами и плетнями, за которыми жители держали весьдомашний скарб, что, говорит Поссевин, дает вид наших сельских домиков./3,с. 170/ Наиболее полное описание Москвы в XVII веке у Олеария и Таннера.Авриль замечает, что вид на Москву издали есть одно из прекрасных зрелищ,когда-либо им виденных, по величине и великолепию города. Но очарованиеисчезало, как скоро путешественник въезжал в сам город: ему представлялисьздесь неправильные и непонятные улицы, маленькие церкви, и множествоневзрачных, бедных домиков; город, по замечанию Олеария, казавшийся издаливеликолепным Иерусалимом, внутри являлся бедным Вифлеемом. /7, с. 152/ По словам Климента, улиц было очень много, но расположены онибеспорядочно. Неопрятность улиц заставляла иногда принимать меры, которыеочень удивляли иностранцев; во время крестных ходов впереди духовенства иобразов шло до 130 человек – с метлами, которые расчищали улицы и посыпалиих песком. Дома казались иностранцам низкими и некрасивыми, строилисьобыкновенно в два жилья, из сосновых или еловых брусьев. Только у вельмож,некоторых богатых купцов и немцев были каменные дома. Украшением улиц ивсего города были церкви. Каменные церкви были все круглые, пятиглавые сширокими куполами, покрытые жестью. Иностранцев изумляли множество церквейв Москве; весь город был наполнен ими, говорит Тапнер./7, с. 153/ По свидетельству Олеария, на каждые пять домов приходилось по церкви.Впрочем, церкви были небольшие. Не меньше изумляло иностранцев и обширность пространства, на которомраскинулась Москва. Рейтенфельс и Авриль приводят приблизительное числожителей в Москве: около 600 тысяч. Кроме русских, в Москве очень много жилогреков, персиян, немцев, турок и татар, но поляков не было, так как их нетерпели не только в столице, но и в пределах государства. По описанию Олеария, город состоял из пяти главных частей; три из нихимели вид особых городов, огибавших один другой: это были Китай-город сКремлем, Белгород и Земляной город. Вне Кремля в отделении Китай-города, внимание иностранцев прежде всегоостанавливала на себе церковь Святой Троицы (Василий Блаженный), которуюмосковские немцы называли обыкновенно Иерусалимом; она удивляла иностранцеворигинальностью своей архитектуры, и некоторые называют ее очень изящной.Прямо перед Кремлем находился обширный купеческий рынок, главный в городе,со множеством лавок. На Красной площади стояло до двухсот извозчиков смаленькими санями или тележками в одну лошадь. Площадь с утра до вечеракипела народом; более всего было на ней, замечает Олеарий, холопей ипраздно шатающихся./3, с. 171/ Иностранцы второй половины XVII векаговорят, что почти все здания в Китай городе были каменные; между нимиособенно отличались размерами и красотой Посольский двор, зданиятипографии, Греческий двор, а также Гостиный двор и дома вельмож. Описание московского Кремля мы находим у К. де Бруина: «Москваразделяется на четыре части, из которых первую составляет замок, иликрепость, называемый Кремль-город, лежащий на берегу Москвы-реки, идущей сзападной стороны и впадающей в реку Оку. Замок этот, или Кремль, опоясанвысокой каменною стеною, снабженной многими башнями. Посреди большой площади, окруженной различными зданиями, возноситсябашня, или колокольня, Иван Великий, подле которой находится громадныйколокол, упавший с колокольни во время пожара в 1701 году и разбившийся отпадения. С высоты Ивановской колокольни открывается самый лучший вид нагород, со множеством каменных церквей, которыми он наделен»./7, с. 161/ Далее идет описание Китай-города: «Эта часть обнесена высокою каменноюстеною, называемою Красная стена, потому что некогда она была действительнокрасного цвета. Церковь Св. Троицы, построенная одним итальянским зодчим исоставляющая дону из главных церквей города, находится среди этих стен какраз против Кремля. Здесь же происходит и главное торжище, всегда полноенарода; также находятся большею частью лучшие господские дома, гостиныйдвор с купеческими товарами и замечательнейшие лавки, расположенные поотдельным улицам, смотря по роду товаров. Третья часть этого города называется Белый город, или Белая стена. Этачасть с Китай-городом совершенно охватывает Кремль до самой Москвы-реки иимеет также свою стену. Небольшая речка Неглинная протекает через этучасть, имея с одной стороны (на одном берегу) Арсенал, а с другой – большойкабак, или дом, в котором продается водка»./7, с. 162/ Четвертая часть, находящаяся внутри земляного вала, называетсяСкородомом. Она огибала Белый город с востока, севера и запада; через неепротекала река Яуза. Скородом был самой большой частью города, но затоуступал двум описанным выше частям и в красоте зданий, и в зажиточностинаселения. Он был густо застроен бедными деревянными домиками, в которыхжили мелкие ремесленники и другие посадские люди. К четырем выше описанным частям примыкали еще две части, расположенныеотдельно: Стрелецкая и Немецкая. Основанием Стрелецкой слободы послужила слобода Налейки (Наливки),построенная великим князем Василием Ивановичем для иностранных солдат. Немецкая слобода отделялась от Скородома небольшим полем и состояла издеревянных домиков немецкой архитектуры. В ней жили иностранцы. Чтобы неподвергаться насмешкам и оскорблениям со стороны москвичей, иноземцы, пословам Олеария, стали одеваться по-русски. Олеарий говорит, что там былобольше тысячи семей. Иностранные писатели говорят единогласно, что в Москве ни к какиминостранцам не относились с таким отвращением и недоверием, как ккатоликам. Многие из иностранцев принимали в Москве православную веру. У иностранных писателей имеются различные заметки о повседневной жизниэтого города. Московитяне, замечает Невиль, любят ходить пешком и ходяточень быстро. Но это замечание могло относиться только к людям из простогонарода: служилый человек считал неприличным для своего звания являться наулицу пешком. Сильно поражало иностранцев появление царицына поезда в городе. Когда,говорит Маржерет, царица прогуливается, за ее каретою следует несколькоженщин, которые сидят на лошади верхом как мужчины./7, с. 171/ В полдень, в обеденное время, движение стихало, лавки закрывались.Нет, говорит Олеарий, московитянина, какого бы ни был он состояния, которыйне спал бы после обеда./3, с. 173/ Много некрасивых явлений замечалиностранец днем на московской улице; особенно поражало его постоянноеупотребление бранных слов, хотя это было запрещено царским указом. Длинная ночь, при плохом устройстве городской полиции, давало широкийпростор для промысла лихим людям. Ни один домохозяин, говорит Олеарий, нерешается высунуть голову из окна, а тем более выйти из дома на помощьчеловеку, подвергнувшемуся нападению ночных разбойников, боясь, чтопоследние сделают с ним то же. Ночные убийства, воровство и пожары – вотобычные явления московской жизни, отмеченные иностранцами. Иностранцы в России посещали не только столицу, они побывали и вдругих городах, в том числе в Новгороде. Иностранцы говорят об огромныхбогатствах независимого Новгорода, бывших следствием его обширной торговли.Англичане, не без основания, называли его лучшим городом государства. По словам Иовия, Новгород славился бесчисленным множеством зданий.Англичане доносили, что, уступая Москве в достоинстве, он значительнопревосходил ее обширность. Герберштейн замечает, что жители его отличались прежде большоймягкостью нравов и прямотой характера, но что с тех пор, как поселились внем более грубые и криводушные жители из московских областей, нравы городасильно испортились./1, с. 201/ В конце XVI века иностранцам стал хорошо известен Псков. Герберштейнзамечает, что Псков – единственный город в государстве, который весьокружен стенами. По описанию Вундерера, город был очень многолюден иделился на четыре части. Здесь жило много иностранных купцов иремесленников. По словам Герберштейна, псковитяне отличались преждеобходительностью, торговые дела вели добросовестно, без хитрости и обмана;но со времени поселения между ними московитян нравы в Пскове, как и вНовгороде, изменились к худшему./1, с. 202/ К менее значительным по величине городам причисляются Вологда иЯрославль; последний Флетчер называет самым красивым по местоположению. Посетив Вологду, К. де Бруин дает некоторое описание русских церквей.Он восхищен внешним их обликом: «… у большей части главы покрыты жестью, спозолоченными крестами, что производит прекрасное впечатление, когда солнцеиграет на этих главах и крестах»./7, с. 165/ В XVII веке на двух противоположных окраинах Московского государстваважное торговое значение имели два города: один новый – Архангельск, другойстарый – Астрахань. Архангельск, по описанию Олеария, построен при устье Двины. Городневелик, но знаменит обширной торговлей; ежегодно голландские, английские игамбургские корабли приходят туда с разными товарами. Этот город описывается иностранцами как довольно богатый в отношениитоваров широкого потребления и получающий хороший доход от таможенныхпошлин. Иностранцев удивляет некоторое неудобство в дорогах: «Когда дорогисделаются удобными для езды по снегу на санях, и лед окрепнет до того, чтоможно переезжать по нем реки»./7, с. 172/ К. де Бруин, побывавший вАрхангельске в 1701 году, пишет о повсеместном использовании дерева припостройках зданий и улиц: «Кремль окружен бревенчатой стеною,простирающеюся одной частью до самой реки. Что до зданий, все дома этого города построены из дерева, или, лучшесказать, из бревен, необыкновенно на вид толстых, что кажется чрезвычайностранным снаружи для зрителя. Однако же есть и хорошие дома внутри,снабженные порядочными покоями, в особенности принадлежащие иностраннымкупцам. Стены в этих зданиях гладкие, обшитые красиво тоненькими дощечками,и бревна в них служат отчасти лишь поддержкою строения. Гладкая сторонавсегда находится потому внутри, а неровная – вне. В каждой комнатеобыкновенно одна печь, затопляемая снаружи. Печи эти большею частию оченьбольшие и устроены таким образом, что они не только не безобразят,напротив, составляют украшение комнаты, так как они изящно сделаны. Купцызаморские, как обыкновенно называют иностранных христиан, проживающиездесь, содержат в домах своих такую чистоту и опрятность, какую находим мыу наших значительнейших людей, и комнаты их наполнены картинами и рухлядьюочень хорошею. Улицы здесь покрыты ломаными бревнами и так опасны для проходящих поним, что постоянно находишься в опасности упасть. Вдобавок в городенаходятся беспорядочно разбросанные развалины домов и бревна после пожара.Но снег, выпадающий зимой, уравнивает и сглаживает все»./7, с. 168/ К. де Бруин пишет также о власти в городе, о ее распределении,сравнивая с прошлым веком. Если раньше в городе было единогласие, товпоследствии власть военная и гражданская разделилась. Также иностранец описывает таможню, что, конечно, немаловажно дляиностранных гостей: «Сюда ежедневно приезжает главный таможенный смотрителько времени прибытия товаров для охранения доходов, извлекаемых Его царскимВеличеством из торговли, а также для закупки вещей, приобретенных для двораего»./7, с. 168/ Когда-то на Севере России было очень много и животных, и птиц, которыесегодня стали редкостью. Все богатство края не может не оставить яркоговпечатления у иностранных гостей. В заметках К. де Бруина мы встречаемтакие строки: «Что до предметов жизненной необходимости, то они находятсяздесь в изобилии. Там много живности, и чрезвычайно дешевой… Много там иуток, и между прочим одна порода их, называемая гагарой, имеющая весьмабыстрый полет и залетающая весьма высоко. Реки там богаты рыбой. Излишнебыло бы говорить о лососи, которая, как всякому известно, высылается отсюдасоленая и копченая к нам и в чужие страны. Мясо также изобильно… Здесьвсякий имеет индеек в своем дворе»./7, с. 170/ Об алкогольных напитках К. де Бруин пишет, проводя параллель с другимистранами: «Сюда привозят вино и водку из Франции морем, но последняя оченьдорога по причине большой пошлины, которою она обложена. Но в этой странегонится своя водка из хлеба, которая очень хороша и цены умеренной.Иностранцы не пьют, кроме последней, никакой другой водки»./7, с. 174/ Также приводятся примеры товаров, экспортируемых за границу. Из Россиивывозили в другие страны поташ, вайду, юфту, пеньку, сало, лосиную кожу имногие другие виды пушных товаров. Путешествие по Северу России было несколько утомительно зимой. Нужнобыло заранее приобретать сани. Сани покрывались оленьими шкурами и, со словК. де Бруина, лежа на такой постели, не чувствуешь ни малейшего холода./7,с. 175/ Теперь обратимся к южной части России. Астрахань, по описанию Олеария,расположена на песчаном острове Долгом, при главном рукаве Волги. Штраусназывает Астрахань одним из лучших городов Московии, как по величине, так ипо красоте./3, с. 176/ Автор записок «Путешествие в Московию» отмечает особенности базара вэтом городе: «После обеда татарам торговать не дозволяется, так как времяэто предоставлено для торгу только русским, к чему, впрочем, допускаются иармяне. Но индийцы совершают свои торговые сделки в помещении своегокараван-сарая»./1, с. 208/ Особенности города описывает он так: «Большая часть улиц в немдовольно тесны, хотя и удобны для сообщения в сухую погоду, но онисовершенно непроходимы в дождливое время, потому что почва земли тамчрезвычайно жирная и пропитана солью, от чего она становится даже беловатоюво время засухи»./1, с. 212/ Очень хвалит иностранный гость рыбу в Астрахани. Самыми лучшими онсчитает белугу, которая попадается иногда сажени в две длиной, и стерлядь. Не остались без внимания и прекрасные сады астраханцев: «Там есть дынивкуса удивительного, лучше персидских и всяких других. Виноградники своирусские растят до высоты человека, затем подрезают их так, чтобы выше ониуже не росли… Но вино выделывается из того винограда, который растет всадах или в упомянутых выше виноградниках, исключительно принадлежащихцарю. Вина эти красные и на вкус приятные»./1, с. 214/ Вот как пишет иностранный гость о системе орошения земель: «Жителиделают большие колодцы в своих садах и проводят в них подземные каналы.Воду из этих колодцев добывают при помощи большого колеса, на котороепривязывают ведра, и выливают ее в деревянные желоба, посредством которыхона, проходит по всему саду. Один верблюд приводит в движение все подобныеколеса, находящиеся в том или другом саду»./1, с. 216/ Не оставлены без внимания и города Сибири, которые также посещалииностранные гости. Одно из самых ярких впечатлений о Сибири оставляют, пожалуй, сибирскиезимы. Вот отрывок описания зимы П.С. Палласа, побывавшего в этих краях в1772 году: «Ужасный северо-западный ветер 19-го числа прекратил сиюжестокую погоду, а после настали продолжительные с запада ненастья, коиснег от часу умножали. Таким образам, зима стояла умеренно и одинаково,только в конце февраля несколько сильных было морозов, которые после втеплые солнечные дни переменились, отчего по сторонам песчаных здешних горснегу много стаяло, и верхи довольно оголились»./7, с. 180/ Красноярск отмечается автором как центр торговли с Китаем: «Российскиетовары в Красноярске обыкновенно дороже продаются, нежели в Иркутске, акитайские – посредственною ценою»./7, с. 181/ Поражает иностранца и низкий уровень жизни как в Красноярске, так и вРоссии: «Вокруг Красноярска чем более урожая, тем жизнь дешевле, … хотя вблагополучной сей империи нет ни одного уезда, где б на дороговизнужаловаться можно было, однако ни в которой части сего государства земныепродукты так дешевле не находятся, как здесь»./7, с. 184/ По сравнению с иностранными государствами, в России, в частности вСибири, в XVIII веке не существовало земельных ограничений, что, конечно,удивляло иностранцев: «Но если урожай уменьшится, то довольно для мужика постепи и по нагорью для заведения новой пашни места найдется»./3, с. 181/ О нераскрытых возможностях, о перспективах Сибири автор статьи«Путешествие по разным провинциям Российского государства» пишет следующее:«Да и не неудобно то учинить, чтоб в немногие столетия желанного концадостигнуть в такой стране, где, сверх изобилия, во всех потребностях дляпростого мужика здоровый и беспрестанными ветрами расчищенный горныйвоздух, чистая, по камню текущая вода и прибыльнейшие берега имеются»./7,с. 187/ Восхищен П.С. Паллас и лесом сибирским, и наличием дичи в лесах: «Вовсяком лесе Красноярск, как и большая часть Сибири, имеет великое изобилие.Зимою Красноярск дичиной и разными звериными шкурами весьма доволен»./7, с.187/ А рыбой Красноярск небогат. Путешествуя вдоль реки Ангары, автор отмечает и особенности здешнейприроды, которые необычны для него: «Но оголившиеся морские берегаудовольствовали меня неожиданною новостию, которая состояла в однойсомнительной в море растущей бодяге, которая от всех нынче известных бодяготлична и нарочистой величины бывает. Ее здесь случаем собирают под именемморской губы, и в Иркутске у серебряников для очищения и глажения простыхрезных медных томпаковых и серебряных сосудов в употреблении»./7, с. 189/ Необычна для иностранца и продолжительность зимы русской: «Обыкновеннона Байкале лед бывает с сентября, но в этом месяце он весьма редкозамерзает, а в январе наибольше держится даже до последних чиселапреля»./7, с. 191/ Ловля рыбы здесь также нова для иностранца: существует «особый родрыбных заводей, коими подымающуюся к камышам рыбу весною ловят… Такимобразом, рыба, пришед к плетню, пробирается по нем в глубину и, дошед досих углов, входит в отверстие, надеясь пройти насквозь, однако и назад неможет, потому что проход так, как у верши, внутрь сужен и опущен»./1, с.192/ Что касается вообще до характера городов в Московском государстве, тоиностранцы замечали, что количество населения в них гораздо меньше, нежелиможно было бы предполагать, судя по количеству зданий. В Московскомгосударстве, как стране преимущественно землевладельческой, где в такойстепени преобладала первоначальная промышленность и так слабо развиторемесло, очень немногие города подходили под понятие города в европейскомсмысле; остальные вообще только тем отличались от окрестных селений, чтобыли огорожены и имели большие размеры; но большинство населения ихпромышляло теми же занятиями, как и окрестные сельские жители. Иностранцыговорят, что только в Москве можно было найти несколько опытных мастеров поразным ремеслам, да и те были большей частью немцы. Гваньини говорит, чтокогда жизненные припасы дорожали, труд мастеров еще более падал в цене, такчто усиленной работою они едва могли зарабатывать себе хлеба на день./3, с.184/ Большая часть новых городов и городков Московского государствавозникала не вследствие экономических потребностей страны, но вследствиегосударственных соображений, по распоряжениям правительства. ТОРГОВЛЯ В РОССИИ Страна поставляла на рынок продукты земледелия, меха и вообще сырье,нуждалась же в продуктах непервоначальной, мануфактурной промышленности,предметах роскоши и культуры. Важнейшими торговыми пунктами были Новгород,Псков, Архангельск, Вологда, Ярославль, Астрахань. Москва имела значениепреимущественно как центр внутреннего торгового движения. Цены товаров (мяса, рыбы и т.д.), свозившихся в Москву, казалисьиностранцам необыкновенно дешевыми. По Волге шло самое оживленное торговое движение. Здесь была самаямноголюдная, по словам Герберштейна, ярмарка в целом государстве. Торговляздесь была исключительно меновая: вещи меняли преимущественно на меха.Ярославль славился своей торговлей кожами, салом и хлебом. Первое место в торговле мехами и другими произведениями Северазанимались холмогоры. О меховой промышленности находим некоторые любопытныеподробности у иностранцев XVI века, преимущественно у Герберштейна. Иовиюобъясняли прежнюю дешевизну мехов тем, что жители отдаленного севера попростоте своей прежде часто меняли их на самые дешевые вещи московскимкупцам. Очень большое значение для торговли имела зима со своими снегами ильдами. Кроме оленей, для перевозки тяжестей на севере употребляли, посвидетельству Герберштейна, больших собак, запрягая их в сани. Иностранцы сообщают несколько известий о состоянии средств сообщения вМосковском государстве. Сообщение между Москвой и пограничными городамипроизводилось посредством ямов. Ямские дворы становились на расстоянии 6,10 даже 12 миль один от другого. Ямщик выезжал летом на небольшой телеге,запряженной одной лошадью, а зимой – на небольших санях. Ездили оченьбыстро, особенно зимой; такая быстрота, говорит Герберштейн, тем болееудивительна, что лошади здесь очень малы и содержатся гораздо хуже, чем унас./1, с. 224/ Из слов Олеария видно, что кроме ямщиков извозом занимались и простыекрестьяне. Иностранные путешественники сильно жалуются на бесчисленныезатруднения, с которыми соединено было путешествие по Московскомугосударству. Многие из этих затруднений происходили от редкого населениястраны: постоялые дворы попадались редко; в селах не всегда можно былодостать хлеба за деньги. Дженкинсом советует всякому, предпринимающему поездку по России,непременно иметь при себе топор, огниво с трутом, котел и пищу на всюдорогу./3, с. 185/ Путешественнику грозила опасность от хищных зверей, атакже разбойников, которые промышляли по большим дорогам. Стремясь завязатьполитические отношения с западноевропейскими государствами, московскоеправительство вместе с тем старалось завести с ними и длительные торговыеотношения. В торговле Москвы с Востоком важным пунктом торговли была Астрахань.По английским известиям из Бухарии привозили в Астрахань и Москву пряныекоренья, мускус, серую амбру, ревень, хлопчатобумажные материалы, шелк,краски, также меха, которые они скупали в Сибири; драгоценные камнипривозились в Москву с Востока в таком количестве, что иностранцы изЗападной Европы дивились низким ценам, по которым они продавались в Москве.По словам Коллинса, русские привозили из Китая через Сибирь чай и баньян. Компания лондонских купцов, составившаяся для торговли с Россией,деятельно провела завязавшиеся отношения с отдаленной Московией и стараласьнадежными средствами обеспечить успех своего дела. Она имела своих агентовв России, которые должны были там провести анализ рынка. Англия снабжалаРоссию через компанию не только своими, но и ч




Нажми чтобы узнать.

Похожие:

Россия XV-XIX веков глазами иностранцев iconРусская история глазами иностранцев

Россия XV-XIX веков глазами иностранцев iconМосква в XV веке глазами иностранцев

Россия XV-XIX веков глазами иностранцев iconXviii-xix веков Автор: профессор Е. А. Вишленкова Форма занятий
Курс: «Конструирование «русского»: визуальные технологии порождения национального чувства в культуре XVIII-XIX веков
Россия XV-XIX веков глазами иностранцев iconАрхитектурный ансамбль XVII-XIX веков Екатерининская пустынь
Дорога в Суханово проходит мимо малоизвестного архитектурного ансамбля XVII xix веков бывшей Екатерининской пустыни
Россия XV-XIX веков глазами иностранцев iconАрхитектурный ансамбль XVII-XIX веков Екатеринская пустынь
Дорога в Суханово проходит мимо малоизвестного архитектурного ансамбля XVII xix веков бывшей Екатеринской пустыни
Россия XV-XIX веков глазами иностранцев iconРоссия в конце XIX века
Целью дальнейшей работы является изучить прошлый период развития России на рубеже XIX и XX веков, понять необходимость желания обществом...
Россия XV-XIX веков глазами иностранцев iconРоссия в конце XIX века
Целью дальнейшей работы является изучить прошлый период развития России на рубеже XIX и XX веков, понять необходимость желания обществом...
Россия XV-XIX веков глазами иностранцев iconНаука и культура первой половины XIX в
Всю историю российской культуры XIX века можно поделить на первую половину века (предреформенная Россия) и вторую половину века(...
Россия XV-XIX веков глазами иностранцев iconРоссия в конце 19 века
Целью дальнейшей работы является изучить прошлый период развитияРоссии на рубеже XIX и XX веков, понять необходимость желания обществомтого...
Россия XV-XIX веков глазами иностранцев iconМодернистские течения в русской лирике рубежа ХIХ-ХХ веков
Своеобразие социально-исторической и культурной жизни России на рубеже XIX-XX веков. Особенности воззрения на мир, искусство, человека,...
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©rushkolnik.ru 2000-2015
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы