«Проблема языковой картины мира в современной лингвистике на примере прилагательных цвета в английском и русском языках» icon

«Проблема языковой картины мира в современной лингвистике на примере прилагательных цвета в английском и русском языках»



Название«Проблема языковой картины мира в современной лингвистике на примере прилагательных цвета в английском и русском языках»
страница1/4
Дата конвертации27.06.2012
Размер0,54 Mb.
ТипДокументы
скачать >>>
  1   2   3   4

Федеральное агентство по образованию и науке РФ


ГОУ ВПО «ТАТАРСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ГУМАНИТАРНО-ПЕДАГОГИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ»


ФАКУЛЬТЕТ ИНОСТРАННЫХ ЯЗЫКОВ


Кафедра английского языка и методики его преподавания


«Проблема языковой картины мира в современной лингвистике на примере прилагательных цвета в английском и русском языках»


Выпускная квалификационная работа

Студента 080301

Красноярцев Денис Александрович


Научный руководитель

Старший преподаватель кафедры

английского языка и методики

его преподавания Закирова Л. Р.


Казань 2009

Оглавление


Введение………………………………………………………………3


Глава I Языковая картина мира в концепциях разных авторов………………………………………………………….…….6

    1. Языковая картина мира в концепции Л. Вайсгербера………….6

    2. Гипотеза лингвистической относительности Сепира-Уорфа…11

    3. Представления о языковой картине мира академика Ю.Д.Апресяна…………………………………………………….15

Выводы по главе I……………………………………..……………20


Глава II Прилагательные цвета как материал для исследования языковой картины мира…………………………………………………………………..24

2.1 Прототипы цветообозначений в разных языках…………………24

2.2 Формирование состава группы прилагательных цвета в английском языке……………………………………………………29

2.3 Реконструкция языковой картины мира……………………….35


Выводы по главе II…………………………………..…………….37

Заключение……………………………………………….………...41

Список использованной литературы…………………………....45


ВВЕДЕНИЕ


Изначально понимание языка носило достаточно узкий характер. Так, вплоть до 70-х годов 20 века развивалось такое направление, как структурная лингвистика, изучавшая «язык ради языка». В рамках структурной лингвистики язык понимался как обособленная система, не связанная с формами общественного сознания. С развитием теоретической мысли, лингвистической науки понятия языка расширяется, устанавливаются связи языка с мышлением, научным сознанием, культурой и т. п. Иными словами язык стал изучаться в тесной связи с человеком.

Акцентирование человеческого фактора привело к появлению в науке о языке понятия, представляющего языковую модель объективного мира – языковая картина мира.

Актуальность данной работы обусловлена тем, что понимание языковой картины мира носителей иностранного языка имеет очень важное значение в связи с возросшей необходимостью изучения межкультурной коммуникации в целях понимания культурных различий народов, их мировоззрения, менталитета. Однако изучением языковой картины мира, в особенности английской, занимаются немногие лингвисты, что обуславливает актуальность данной работы.

Предметом исследования настоящей работы являются английские и русские прилагательные цвета.

Цель данной работы – исследование языковой картины мира на примере прилагательных цвета

Для достижения поставленной цели предстояло решить ряд частных задач:

  1. сопоставить и проанализировать трактовки понятия «языковая картина мира», предлагаемые разными исследователями.

  2. определить методы исследования национальных языковых картин мира.

  3. проследить влияние ассоциативных связей выявление референциональных точек отсчета цветообозначений в разных языках.

  4. рассмотреть формирование состава группы прилагательных цвета английского языка.

  5. проанализировать полученные списки с точки зрения частоты использования автором тех или иных цветообозначений .

  6. выявить и сравнить особенности английской и русской языковой картины мира на основе полученных данных.


Материалом исследования послужили, послужили прилагательные цвета русского и английского языков.

Основными методами исследования являются: анализ компонентного исследования. В работе также использованы элементы статистической обработки матерала.

Практическая значимость работы:

  1. уточнение состава и свойств английских прилагательных цвета позволит более эффективно работать с этой группой лексики на практических занятиях по английскому языку;

  2. результаты работы могут быть использованы в курсе преподавания и изучения таких дисциплин как лексикология и стилистик английского языка, сравнительная типология языков.

Теоретическая значимость работы:

  1. исследование значений прилагательных цвета исходя из науки и истории языка.

  2. Реконструкция понятия языковой картины мира



Результаты работы могут быть использованы студентами филологами, занимающимися изучением языковой картины мира.

Структура работы. Настоящая дипломная работа состоит из введения, двух глав, заключения, списка литературы.

В I главе дается обзор научной литературы по вопросу трактовок понятия «языковая картина мира» различными исследователями.

Во II главе на материале прилагательных цвета исследуются русская и английская языковые картины мира.

В заключении содержатся выводы по проведенному исследованию.


Глава I. Языковая картина мира в концепциях разных авторов

Языковая картина мира (далее – ЯКМ) – исторически сложившаяся в обыденном сознании данного языкового коллектива и отражённая в языке совокупность представлений о мире, определённый способ концептуализации действительности.

Понятие ЯКМ восходит к идеям В. фон Гумбольдта и неогумбольдтианцев (Л. Вайсгербер и др.) о внутренней форме языка, с одной стороны, и к идеям американской этнолингвистики, в частности, так называемой гипотезе лингвистической относительности Сепира – Уорфа, - с другой.



    1. 1.1 Языковая картина мира в концепции Л. Вайсгербера


Главной вдохновительницей Лео Вайсгербера (1899-1985) была идея идиоэтничности языкового содержания, которую он нашёл в учении В. фон Гумбольдта о внутренней форме языка. На его основе он и построил свою теорию языковой картины мира (Weltbild der Sprache), которая является подчёркнуто словоцентрической. “Словарный запас конкретного языка, - писал Л. Вайсгербер, - включает в целом вместе с совокупностью языковых знаков также и совокупность понятийных мыслительных средств, которыми располагает языковое сообщество; и по мере того, как каждый носитель языка изучает этот словарь, все члены языкового сообщества овладевают этими мыслительными средствами; в этом смысле можно сказать, что возможность родного языка состоит в том, что он содержит в своих понятиях определённую картину мира и передаёт её всем членам языкового сообщества”. Таким образом, Л.Вайсгербер подчёркивает мировоззренческую, субъективно-национальную, идиоэтническую сторону ЯКМ, проистекающую из факта, что в каждом языке представлена особая точка зрения на мир – та точка зрения, с которой смотрел на него народ, создавший данный язык. Сам же мир остаётся в тени этой точки зрения.

Научная эволюция Л. Вайсгербера в отношении концепции ЯКМ шла в направлении от указания на её объективно-универсальную основу к подчёркиванию её субъективно-национальной природы. Место мира в его научном сознании всё больше занимала точка зрения на мир.

Чем в большей степени оставлял Л. Вайсгербер объективный фактор формирования ЯКМ – внешний мир, тем больше он превращал язык в некоего демиурга, который сам создаёт мир.

В решении вопроса о соотношении научной и языковой картин мира Л. Вайсгербер не доходил до их отождествления, но вместе с тем он не мог и здесь отказаться от своей излюбленной идеи о том, что в родном языке заложена сила, которая самым существенным образом воздействует на человеческое сознание во всех сферах духовной культуры – в том числе и области науки.

Чтобы облегчить понимание вопроса о влиянии языка на науку, Л.Вай-сгерберу необходимо было их сблизить, показать, что разница между ними не столь велика, как может показаться на первый взгляд неискушенному человеку. Научная картина мира, по его мнению, отличается от языковой в первую очередь степенью универсальности и идиоэтничности.

Наука стремится к универсальности, поскольку имеет своею высшей целью объективную истину, а она должна быть полностью очищена от каких-либо субъективных (в том числе и национальных) примесей. Конкретный же язык всегда, напротив, обречён на идиоэтнизм, поскольку он не в состоянии освободиться от своих субъективно национальных рамок. Чтобы сблизить науку и язык, следовательно, надо либо добавить универсальности в язык, либо уменьшить её в науке. Первый путь был для Л. Вайсгербера неприемлем, поскольку он противоречил его идиоэтническим убеждениям. Он выбрал второй, пытаясь развеять “предубеждение” о том, что наука свободна от идиоэтнизма и что в ней господствует универсальное. Он писал о научном познании: “Универсально оно в том смысле, что оно не зависимо от пространственных и временных случайностей и что его результаты в том смысле адекватны структуре человеческого духа, что все люди вынуждены признать определённый ход научного размышления… Такова цель, к которой наука стремится, но которая нигде не достигнута”. Быть до конца универсальной науке мешает “связь науки с предпосылками и сообществами, не имеющими общечеловеческого масштаба”. Именно эта связь и “влечёт за собой соответствующие ограничения истинности”.

Таким образом, если бы люди были лишены своих этнических и индивидуальных особенностей, то они сумели бы добраться до истины, а поскольку они не имеют этой возможности, то полной универсальности они никогда не смогут достичь. Казалось бы, из этих размышлений Л. Вайсгербера должен был бы следовать вывод о том, что люди (и в особенности учёные), по крайней мере, должны стремиться к освобождению своего сознания от субъективизма, проистекающего из их индивидуальности, и в частности от идиоэтнических уз своего родного языка.

Однако с точки зрения Л. Вайсгербера, попытки людей (в том числе и учёных) освободиться от власти родного языка всегда обречены на провал. В этом состоял главный постулат его философии языка. Объективный (безъязыковой, невербальный) путь познания он не признавал. Отсюда следовало и его решение вопроса о соотношении науки и языка: если от влияния языка наука освободится не в состоянии, то надо превратить язык в её союзника.

Доказательства этому мы находим в его статье Der Geruchsinn in unseren Sprachen “Обоняние в нашем языке” (1928), где он проанализировал два лексических поля немецкого языка – обоняния и вкуса. Оказалось, что последнее представлено лишь четырьмя основными наименованиями: bitter, salzig, sauer, suss (горький, солёный, кислый, сладкий), тогда как поле обоняния оказалось намного представительнее. Этот факт Л. Вайсгербер использовал в качестве доказательства влияния языка на науку. Ограниченность наименований для обозначения вкусовых ощущений, с точки зрения Л. Вайсгербера, отразилась и на соответствующей области науки, изучающей эти виды ощущений: она оказалась в плачевном состоянии, но, как ни странно, не лучше обстояло дело и исследованием различных видов запахов. Здесь Л. Вайсгербер и рекомендовал науке прибегнуть к помощи языка. При этом, советовал учёный, чтобы дать по возможности полную классификацию запахов, необходимо обнаруживать их обозначения не только в литературном языке, но и диалектах, жаргонной речи торговцев вином, табаком, чаем, парфюмеров, дегустаторов и т.д.

Таким образом, Л. Вайсгербер предлагал стоить научную картину мира исходя из языковой. Однако он признавал лишь частичное подчинение науки языку – только там, где научная картина мира отстаёт от языковой. Логика Л. Вайсгербера всегда опиралась на понимание языка как промежуточного мира (Zwischenwelt) между человеком и внешним миром. Под человеком здесь надо иметь в виду и учёного, который, как и все прочие, не в состоянии в своей исследовательской деятельности освободиться от уз, налагаемых на него картиной мира, заключённой в его родном языке. Он обречён видеть мир сквозь призму родного языка. Он обречён исследовать предмет по тем направлениям, которые ему подсказывает его родной язык. При этом Л. Вайсгербер признавал относительную свободу человеческого сознания от языковой картины мира, говоря, что в ёе рамках мы можем позволить себе некоторый “манёвр”, который и делает нас индивидуальностями .

Концепция ЯКМ Л. Вайсгербера является подчёркнуто словоцентрической, и выглядит её образ, по преимуществу, как система лексических полей. Именно в лексической системе языка легче, чем в других, обнаружить “мировоззренческую” природу ЯКМ. Рассмотрим один из лексических примеров исследователя.

В немецком языке есть слова Kraut (полезная трава) и Unkraut (сорняк). С объективной точки зрения, рассуждал учёный, в природе не существует полезных и вредных трав. Язык же зафиксировал здесь точку зрения немецкого народа на мир. Каждый немецкий ребёнок потому должен принять эту антропоцентрическую точку зрения на травы, что она навязывается ему его родным языком, когда он усваивал его от старших.

Подобным образом дело обстоит, по Л. Вайсгерберу, и со всеми другими классификациями, которые имеются в картине мира того или иного языка. Именно они в конечном счёте и задают человеку ту картину мира, которая заключена в его родном языке. Эта картина мира может существенно отличаться от научной. Вот почему по поводу несовпадения, например, языковой картины мира в области классификации растений и соответствующей ботанической классификации Л. Вайсгербер писал: языковая картина мира здесь “совершенно не совпадает с ботанической, и многие из необходимейших языковых средств вообще нельзя обосновать или оправдать ботанически”.

Возникает вопрос: почему же автор этих строк стремился к сближению языковой картины мира с научной? Почему он, в частности, советовал учёным искать классификацию запахов не в сфере их восприятия как такового, а в лексическом поле обоняния, имеющемся в немецком языке? Это не логично, если, как он сам утверждал в статье о травах, языковая картина мира и научная могут очень сильно отличаться друг от друга. Очевидно, свою задачу он видел не в том, чтобы своим трудом способствовать преодолению в сознании людей их языковых картин мира и их вытеснению научной картины мира. Напротив, всю свою жизнь он стремился показать непреодолимую силу языковой картины мира на сознание её носителей.



    1. Языковая картина мира в гипотезе Сепира – Уорфа


Эдвард Сепир (1884 – 1939) и Бенджамен Ли Уорф (1897 – 1941) являются авторами гипотезы лингвистической относительности – концепции, согласно которой структура языка определяет структуру мышления и способ познания внешнего мира. Она была разработана в 30-х годах ХХ в. в США в рамках этнолингвистики. Согласно этой гипотезе логический строй мышления определяется языком. Характер познания действительности зависит от языка, на котором мыслит познающий субъект. Люди членят мир организуют его в понятия и распределяют значения так, а не иначе, поскольку являются участниками некоторого соглашения, имеющего силу лишь для этого языка.

Познание не имеет объективного, общезначимого характера; “сходные физические явления позволяют создать сходную картину вселенной только при сходстве или, по крайней мере, при соотносительности языковых систем”.

В советском языкознании гипотеза Сепира – Уорфа подверглась критике с позиций марксистской методологии: сторонники этой гипотезы не учитывают, что язык не представляет собой самодавляющей, тиранической силы творящей мир, а является результатом отражения человеком окружающего мира. А между тем именно на тирании языка настаивал Э. Сепир: “Значения не сколько открываются в опыте, сколько накладываются на него в силу той тиранической власти, которая обладает языковая форма над нашей ориентацией в мире”. Различия в способах членения мира, говорили критики, возникают в период первичного означивания и могут быть обусловлены ассоциативными различиями, несходством языкового материала, сохранившегося от прежних эпох, влиянием других языков и т.д. Выражаемое с помощью языка содержание не равно сумме значений языковых единиц, так как путём сочетания разных языковых средств можно выразить также содержание или понятие, которое не соотносится с какой либо особой единицей языка. Форма и категория мышления одинаковы у всех народов, хотя язык оказывает известное регулирующее влияние на процесс мышления.

Однако в гипотезе Сепира - Уорфа присутствует и рациональное зерно. Язык действительно оказывает влияние на познавательную деятельность его носителей. Особенно заметным это явление оказывается в детстве. Так, маленький эскимос потому обращает внимание на разные виды снега – падающий, талый, несомый ветром и т.п., что его заставляет это делать родной язык, поскольку в нём имеются специальные лексемы для обозначения этих видов снега. Напротив, подобные лексемы отсутствуют во многих других языках. Стало быть, дети, говорящие на этих языках, будут свободны в данной области от направляющей роли родного языка в познании.

Ошибочность взглядов авторов гипотезы состояла в том, что они явно преувеличивали руководящую роль языка в познании. Однако познавательная деятельность человека может осуществляться и без языка – в абстракции от языковых форм, с помощью которых предмет познания может быть в дальнейшем описан. Так, европейские дети могут узнать о разных видах снега из непосредственных наблюдений за ними. Поэтому можно утверждать, что власть языка над познавательной деятельностью его носителей не является тиранической и что наряду с языковым (вербальным) существует и другой – неязыковой – путь познания.

Критические стрелы, пущенные в адрес гипотезы Сепира – Уорфа, не должны погубить главное детище её авторов – понятие языковой картины мира. Сам термин “ЯКМ” был введён в науку Лео Вайсгербером. Это же понятие фигурирует в таких выдержках из работ Э. Сепира:

1. “Мир языковых форм, взятый в пределах данного языка, есть завершённая система обозначения… Переход от одного языка к другому психологически подобен переходу от одной геометрической системе отсчёта к другой”.

  1. “Каждый язык обладает законченной в своём роде и психологически удовлетворительной формальной ориентацией, но эта ориентация залегает глубоко в подсознании носителей языка”

  2. “Языки являются по существу культурными хранилищами обширных и самодостаточных сетей психических процессов”.

На классификационную сторону ЯКМ в первую очередь обращал внимание Б. Уорф. Это позволило ему сравнить языковую картину мира с научной. Как первая, так и вторая представляют собою, по Б. Уорфу, “систему анализа окружающего мира”. Следовательно, обе они имеют дело с моделированием мира. В этом их сходство. Но между ними имеется и существенное различие: научная картина мира – результат деятельности учёных, ЯКМ – результат деятельности рядовых носителей того или иного языка, которые этот язык и создали. Первая отражает научное сознание, а вторая – обыденное.

Б. Уорф выделил также основные черты научной картины мира в сравнении с языковой. Так, языковые картины мира, с его точки зрения, неизмеримо старше научных, и, следовательно, по степени информационной насыщенности ЯКМ значительно превосходят научные. Кроме того, ЯКМ всегда своеобразны, а стало быть, плюралистичны, тогда как научные стремятся к монизму, поскольку истина универсальна. Словом, ЯКМ старше, информационно богаче и плюралистичнее научных.

Вышеуказанные черты ЯКМ привели Б. Уорфа к выводу о том, что ЯКМ, а не объективная действительность должны стать основным источником научных знаний. Таким образом, Б. Уорф игнорировал объективный фактор познания за счёт преувеличения роли языка для развития науки. Кроме того, он был ярым сторонником языкового плюрализма. В каждом языке, с его точки зрения, отражена своя система категорий. При этом каждая из таких систем имеет право на равную научную ценность. В западной же науке сложилась ситуация, при которой отдают предпочтение категориям, извлеченным лишь из индоевропейских языков. “Однако удивительнее всего, - писал он в связи с этим, - то, что различные широкие обобщения западной культуры, как, например, время, скорость, материя, не являются существенными для построения всеобъемлющей картины вселенной”, поскольку подобных категорий нет в неиндоевролейских языках (например, индейских). “Западная культура при помощи языка произвела предварительный анализ реального мира и считает этот анализ окончательным, решительно отказавшись от всяких корректив. Единственный путь к исправлению ошибок анализа лежит через все те другие языки, которые в течениях целых эпох самостоятельного развития пришли к различным, но одинаково логичным предварительным выводам” .

Как видим, Б. Уорф призывал всех учёных стать языковедами, чтобы во всей массе языков они находили категории, уже осмысленные в обыденном опыте их носителей, а стало быть, проверенные их вековой мудростью.


1.3. Представления о языковой картине мира академика Ю.Д. Апресяна


Современные представления о ЯКМ в изложении академика Ю.Д. Апресяна выглядят следующим образом.

Каждый естественный язык отражает определённый способ восприятия и организации (концептуализации) мира. Выражаемые в нём значения складываются в некую единую систему взглядов, своего рода коллективную философию, которая навязывается в качестве обязательной всем носителям языка. Свойственный данному языку способ концептуализации действительности отчасти универсален, отчасти национально специфичен, так что носители разных языков могут видеть мир немного по-разному, через призму своих языков. С другой стороны ЯКМ является “наивной” в том смысле, что во многих существенных отношениях она отличается от “научной” картины. При этом отражённые в языке “наивные” представления отнюдь не примитивны: во многих случаях они не менее сложны и интересны, чем научные. Таковы, например, представления о внутреннем мире человека, которые отражают опыт интроспекции десятков поколений на протяжении многих тысячелетий и способны служить надёжным проводником в этот мир. В наивной картине мира можно выделить наивную геометрию, наивную физику пространства и времени, наивную этику, психологию и т.д.

Так, например, заповеди наивной этики реконструируются на основании сравнения пар слов, близких по смыслу, одно из которых нейтрально, а другое несёт какую-либо оценку, например: хвалить и льстить, обещать и сулить, смотреть и подсматривать, свидетель и соглядатай, добиваться и домогаться, гордиться и кичиться, жаловаться и ябедничать и т.п. Анализ подобных пар позволяет составить представления об основополагающих заповедях русской наивно – языковой этики: “нехорошо преследовать узкокорыстные цели”, “нехорошо вторгаться в частную жизнь других людей”, “нехорошо преувеличивать свои достоинства и чужие недостатки”.

Характерной особенностью русской наивной этики является концептуальная конфигурация, заключённая в слове попрекать (попрёк): “нехорошо, сделав человеку добро, потом ставить это ему в вину”. Такие слова как дерзить, грубить, хамить, прекословить, забываться, непочтительный, галантный и т.п., позволяют выявить также систему статусных правил поведения, предполагающих существование определённых иерархий (возрастную, социально-административную, светскую): так, сын может надерзить (нагрубить, нахамить) отцу, но не наоборот и т.п.

Интересен и образ самого человека, созданный русской ЯКМ. На основании обширного круга русской лексики, описывающей действия и состояния человека, Ю.Д. Апресян предлагает следующее его описания.

Человек в русской ЯКМ предстаёт прежде всего как динамичное деятельное существо. Он выполняет три различных типа действий – физические, интеллектуальные и речевые. Ему свойственны определённые состояния – восприятие, желания, знания, мнения, эмоции и т.п. Наконец, он определённым образом реагирует на внешние и внутренние воздействия. Каждым видом деятельности, типом состояния или реакции ведает своя система, которая локализуется в определённом органе. Иногда один и тот же орган обслуживает две системы (например, в душе локализуются не только эмоции, но и некоторые желания). Почти всем системам соответствует свой семантический примитив (т.е. элементарная, неразложимая единица семантического метаязыка, из которой строятся толкования). Таких систем в человеке восемь.

1) Физическое восприятие (зрение, слух, обоняние, вкус, осязание) – то, что обозначается словом чувства в одном из его значений. Оно локализуется в органах восприятия (глаза, уши, нос, язык, кожа). Семантический примитив – “воспринимать”.

2) Физиологические состояния (голод, жажда, желание – “плотское влечение”, большая и малая нужда, боль и т.п.) Они локализуются в разных частях тела. Семантический примитив – “ощущать”.

3) Физиологические реакции на разного рода внешние и внутренние воздействия (холод, мурашки, бледность, жар, пот, сердцебиение и т.п.) Реагируют различные части тела ( лицо, сердце, горло) или тело в целом.

4). Физические действия и деятельность ( работать, отдыхать, идти, стоять, лежать, бросать, рисовать, рубить, резать, ломать и т.д.) Они выполняются определёнными частями тела ( руками, ногами) или телом.

5) Желания ( хотеть, желать, жаждать, стремиться, предпочитать, подмывать, не терпеться, воздерживаться, искушать, соблазнять и т.п.) Простейшие из них, связанные с удовлетворением физиологических потребностей, локализуются в теле, “окультуренные” желания, связанные с удовлетворением идеальных потребностей, - в душе (В душе ей хотелось необыкновенной любви). Последние, составляющее большинство, реализуются с помощью воли, деятельность которой корректируется совестью. Семантический примитив – “хотеть”.

6) Интеллектуальная деятельность и ментальные состояния ( воображать, представлять, считать, полагать, понимать, осознавать; интуиция, озарение; дойти <до кого-то>, осенить; знать, верить, догадываться, подозревать, помнить, запоминать, забывать и т.д.) Интеллектуальная деятельность локализуется в сознании (уме, голове) и выполняется ими же. Семантические примитивы – “знать” и “считать”.

7) Эмоции (бояться, радоваться сердиться, восхищаться, сожалеть, ревновать, обижаться и т.д.) Эмоции делятся на низшие, общее для человека и животного (страх, ярость, удовольствие), и высшие, свойственные только человеку (надежда, стыд, восхищение, чувство вины). Эмоции локализуются в душе, сердце и груди. Семантический примитив – “чувствовать”.

8) Речь (говорить, сообщать, обещать, просить, требовать, приказывать, советовать, объявлять, хвалить и т.п.) Семантический примитив – “говорить”.

Каждая система имеет определённую внутреннюю организацию; с другой стороны, системы взаимодействуют и образуют определённую иерархию.


Итак, нами были сопоставлены трактовки понятия ЯКМ различных исследователей. С развитием теоретической мысли и лингвистической науки положение языковой картины мира по отношению к картине мира научной изменялось: от полного подчинения науки языку до признания возможности их равноправного развития. Результаты сопоставления концепций Л.Вайсгербера, Сепира – Уорфа, Ю.Д.Апресяна приведены в таблице

С точки зрения современных исследователей, понятие ЯКМ включает две связанные между собой, но различные идеи: 1) что картина мира, предлагаемая языком, отличается от “научной” (в этом смысле употребляется также термин “наивная картина мира”); 2) что каждый язык “рисует” свою картину, изображающую действительность несколько иначе, чем это делают другие языки.

Сопоставление концепций понятия ЯКМ приведено в таблице 1.

Таблица 1.




Соотношение ЯКМ и НКМ

Невербальный путь познания

Наука и язык

Свобода человеческого сознания от ЯКМ

Реконструкция ЯКМ

1

2

3

4

5

6

Л. Вайсге-рбер

ЯКМ И НКМ неравнозначны, но

разница между ними невелика.Они различаются степенью универсальности и идиоэтничности. Предлагал строить НКМ, исходя из ЯКМ.

Не признавал

Наука подчинена

языку только там, где НКМ отстает от ЯКМ

Допускается, но

относительная

На синхронической основе, на

лексическом материале

Б. Уорф

Выводил НКМ из ЯКМ, т.е. отождествлял их. ЯКМ, а не реальная действительность должна стать основным источником научных знаний.

Не признавал

Ставил науку в полное подчинение языка. Наделял язык руководящей ролью в познании

Не допускается

Как на лексическом, так и на грамматическом материале.

Ю.Д.Апре-сян

ЯКМ отличается от НКМ и поэтому является наивной, но не примитивной

Признает

Не строит определенных иерархий.

Относительная

На лексическом материале.



Выводы по главе I


Первоначально под научной картиной мира естествоиспытатели понимали достигнутые и доказанные результаты своей науки. Проблема единства картины мира решалась ими путём прямой онтологизации своих теоретических построений. По мере развития физики наглядная модель стала замещаться интерпретированной абстрактной математической конструкцией, что в свою очередь поставило вопрос о многоуровневом характере научных теоретических понятий в смысле их отношения к реальности и привело, в конце концов, к различению в самосознании физиков структуры научной картины мира и структуры самого мира.

М. Планк различал практическую картину мира и научную картину мира. С практической картиной мира он связывал целостное представление человека об окружающем мире, которое вырабатывается им постепенно на основании своих переживаний. Научную картину мира он трактовал как модель реального мира в абсолютном смысле, независимую от отдельных личностей и всего человеческого мышления. Всякая научная картина мира, по М. Планку, имеет лишь относительный характер, и создание такой картины мира, которая представляла бы собой нечто окончательно реальное и не нуждалась бы больше ни в каких улучшениях, он считает недостижимой задачей (Планк; 104). Научная картина мира, добытая из опыта, всегда является более или менее удачной моделью мира реального. Хотя чувственные ощущения, вызываемые различными предметами, у разных людей могут и не совпадать, но «картина мира, мира вещей для всех людей одинакова» (Планк; 104-106). Научная картина мира, добытая из опыта, представляет собой «феноменологический мир», который всегда является лишь приближением, более или менее удачной моделью мира реального.

В настоящее время под научной картиной мира понимают систему наиболее общих представлений о мире, вырабатываемых в науке и выражаемых с помощью фундаментальных понятий и принципов этой науки. С картиной мира связывают исходные предпосылки рассмотрения мира, содержательно-онтологические построения научного знания, глубинные структуры, лежащие в основании научно-познавательной деятельности (Серебренников; 18).

Проблема статуса картины мира в истории разрабатывалась применительно к её подвидам – научной картине мира и общенаучной картине мира. При этом были предложены следующие решения:

  1. картина мира занимает промежуточное положение между двумя полюсами: наукой и мировоззрением или же между наукой и философией;

  2. картина мира является мировоззрением, заключая в себе тип социальной практики;

  3. картина мира представляет собой вид философской рефлексии (неонатуралистическая концепция научной картины мира);

  4. картина мира представляет собой вид научного знания (сциентистская концепция научной картины мира).

В соответствии с неонатуралистической концепцией научная картина мира формируется философскими средствами и входит в состав философии. Она имеет философский статус, что и выводит её за пределы конкретных наук. Представляя собой уровень философской рефлексии, научная картина мира надстраивается здесь над системностью научных знаний и образует связующее звено между ними и мировоззрением.

Весьма популярна была сциентистская концепция научной картины мира. Согласно этой концепции научная картина мира и её разновидности – естественнонаучная картина мира и частнонаучная картина мира – рассматриваются как специфические концептуальные образования в рамках естествознания, формируемые с помощью научных методов и понятий.

Исходя из научной картины мира, разрабатываемой теоретическим естествознанием, создаются специальные технические устройства, с помощью которых человек входит в реально-практическое взаимодействие с объективной реальностью. На основе научной картины мира вырабатываются технические средства преодоления физического пространства и времени. Научная картина мира служит универсальным ориентиром человеческой деятельности, определяющим течение всех процессов в обществе. Научная картина мира может рассматриваться лишь как компонент общей картины мира, формируемой на основе фундаментальных образов деятельности при участии обыденного, мифологического и художественного сознания путём ассимиляции результатов познания, полученных во всех областях человеческой деятельности.

Научную картину мира обычно противопоставляют языковой. Действительность в сознании современного человека отражается двояко: концептуально и вербально. Одна из отличительных черт этого процесса состоит в том, что постижение окружающей среды и создание концептуальной системы, равно как и языковой, является отнюдь не чисто самостоятельно-субъективным делом: в значительной степени формирование того и другого «навязывается» извне, или же, преподносится уже в готовом виде под воздействием языковой картины мира. Входя в мир, ребёнок создаёт концептуальную картину мира, в том числе и при существенной помощи языка, в котором этот мир уже истолкован в системе конвенциональных знаков, в системе категорий, построенных по прототипическому принципу. В дальнейшем он сравнивает свой субъективный опыт с опытом других людей, корректирует его. Важно при этом подчеркнуть, что роль и значение субъективного фактора в вышеназванных процессах никоим образом не отрицается. Просто следует иметь в виду, что роль языка теперь приобретает иное звучание. Языковая картина мира рассматривается как выполняющая функцию ориентации человека в мире, в том числе, систематизации получаемой им информации.

Различие между языковой и научной картинами мира особенно ярко проявляется при анализе тех слов естественного языка, которые используются в качестве научных терминов. Значение научного термина развилось из значения обычного слова, но термин определяется в системе научных понятий, а она бывает весьма далека от системы лексических значений, закреплённых в естественном языке. Например, в геометрии понятие «прямая линия» определяется как кратчайшее расстояние между двумя точками. Но на бытовом уровне и в литературном языке прямой мы называем линию, которая не уклоняется ни вправо, ни влево. Хотя научная картина мира описывается средствами естественного языка, но объектом лингвистики является лишь языковая, наивная картина мира.

Язык ограничивает субъективность описания мира. Если бы языковая картина мира противоречила реальной картине мира, то это было бы серьезным тормозом на пути научного прогресса. С помощью языка мы стремимся приблизиться к объективности. Язык субъективен в отражении, например, диалектически противоречивых сущностей оценочного характера (холодный – горячий, высокий – низкий, близкий – далёкий, добрый – злой, хороший – плохой, мягкий – твёрдый), в остальном же он ориентируется на реалии окружающей нас действительности. Нельзя не предположить, что язык удерживает нас в рамках достаточной степени приближения к онтологии мира.

Как мы выяснили, различия в научной и наивной (языковой) картинах мира обусловлены тем, что языковая картина мира отражает наши обиходные, обывательские, бытовые представления о мире, в отличии от научной картины мира, которая представляет собой представления о мире, вырабатываемые в науке и выражаемые с помощью фундаментальных понятий и научных методов.


  1   2   3   4




Нажми чтобы узнать.

Похожие:

«Проблема языковой картины мира в современной лингвистике на примере прилагательных цвета в английском и русском языках» iconСодержание Введение
Морфологические, синтаксические и семантические признаки прилагательных в английском и русском языках
«Проблема языковой картины мира в современной лингвистике на примере прилагательных цвета в английском и русском языках» iconСопоставительный анализ сочетаемости качественных прилагательных в английском, русском и хакасском языках
Целью статьи является выявление алломорфных и изоморфных черт соотносительных прилагательных на основе их функционирования и сочетаемости...
«Проблема языковой картины мира в современной лингвистике на примере прилагательных цвета в английском и русском языках» iconСтатья подготовлена в рамках исследовательского проекта №08-01-0145 «Сопоставительно-терминологический анализ концептуальной области «гражданское право» в английском и русском языках» при поддержке Научного Фонда гу-вшэ
Терминосистема «формы предпринимательской деятельности» в английском и русском языках и способы ее перевода
«Проблема языковой картины мира в современной лингвистике на примере прилагательных цвета в английском и русском языках» iconСтатья подготовлена в рамках индивидуального исследовательского проекта №08-01-0145 «Сопоставительно-терминорлогический анализ концептуальной области «гражданское право» в английском и русском языках» при поддержке Научного Фонда гу-вшэ
Сопоставительный анализ терминологической области «договорное право» в английском и русском языках
«Проблема языковой картины мира в современной лингвистике на примере прилагательных цвета в английском и русском языках» iconДополнение в английском и русском языках

«Проблема языковой картины мира в современной лингвистике на примере прилагательных цвета в английском и русском языках» iconТемпоральные фразеологические единицы в русском, английском и немецком языках: семантический аспект

«Проблема языковой картины мира в современной лингвистике на примере прилагательных цвета в английском и русском языках» iconКатегория этничности в языковой картине мира
«Человек», а одной из ипостасей образа человека является человек этнический. Поэтому одной из важных категорий языковой картины мира...
«Проблема языковой картины мира в современной лингвистике на примере прилагательных цвета в английском и русском языках» iconСкажи мне, как тебя зовут (размышления команды «Сестрички» о числах и не только)
Сравнение принципов образования количественных числительных в русском и английском языках
«Проблема языковой картины мира в современной лингвистике на примере прилагательных цвета в английском и русском языках» iconПф гу вшэ обучение речевой деятельности на иностранном языке
При обучении говорению, слушанию и письму предлагается применять так называемые «учебные тексты» на английском и русском языках
«Проблема языковой картины мира в современной лингвистике на примере прилагательных цвета в английском и русском языках» iconИнструкция по заполнению визовой анкеты на каком языке нужно заполнять анкету для получения визы в Финляндию?
На все вопросы анкеты можно отвечать на русском, английском, финском, шведском языках, но писать можно только латиницей. Кириллицу...
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©rushkolnik.ru 2000-2015
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы