Демократия и общественное развитие icon

Демократия и общественное развитие



НазваниеДемократия и общественное развитие
Дата конвертации21.07.2012
Размер138,83 Kb.
ТипРеферат
Демократия и общественное развитие


Дипломатическая академия МИД РФ Кафедра философии и политологии Реферат на тему: «Демократия и общественное развитие» Выполнил : слушатель 2 курса 1 потока Филатов Михаил Москва - 1997 План1. Демократия: надежды и разочарования..............................................32. Определениедемократии........................................................................43. Идеальная и реальнаядемократия........................................................74. Демократия и поиск идеального государственного устройства.....95. Библиография.............................................................. .............................11 Демократия: надежды и разочарования Со времен известного французского историка, социолога и политическогодеятеля Алексиса де Токвиля[1] в политической литературе много развысказывалась мысль, что развитие государственных форм неизбежно изакономерно приведет человеческое общество к демократии. Позднее рядвлиятельных политологов, подобно Токвилю, содействовали утверждению этоймысли в общественном сознании. Мнения многих из них представлялись темболее значительными, что они отнюдь не вытекали из факта пламенногопреклонения перед демократической идеей. Демократия представлялась иместественным и неизбежным состоянием, которое немедленно наступит внезависимости от содействия или противодействия отдельных индивидуумов илигрупп людей. Английская мысль осторожно пыталась поколебать эту точкузрения, как одно из тех «дилетантских» обобщений, проистекающих из Франции.Тем не менее, это «французское» мнение приникло и в Англию, нашедши себетам ряд твердых последователей. Однако в попытках подвести под общий знаменатель пестрое разнообразиепозиций относительно места демократии в системе общечеловеческих ценностей,невольно на ум приходит «крамольная» мысль, что как раз старое предсказаниеТоквиля таковым знаменателем быть никак не может. С тех пор, как вбольшинстве стран демократия (хотя бы даже «относительная» демократия)стала практической действительностью, в тоже время она сделалась предметоможесточенной критики. И если прежде самым характерным обобщениемполитической науки была мысль о грядущем торжестве демократии, сейчас такимобобщением многие считают утверждение о, как это не парадоксально,неясности ее будущего, о возможных путях ее развития и совершенствования.Пока демократию ждали, о ней говорили, что она непременно наступит, когдаже она наступила, о ней говорят, что она может и исчезнуть. Прежде еенередко считали высшей и конечной формой, обеспечивающей уверенное иблагополучное существование. Теперь же ясно ощущают, что, отнюдь несоздавая прочную основу уравновешенной жизни, она более, чем какая-либодругая форма, возбуждает дух исканий. В странах, испытавших эту форму напрактике, она уже давно перестала быть предметом страха, но она жеперестала быть предметом поклонения. Ее противники понимают, что при нейвсе же можно существовать, ее сторонники - соглашаются, что ей свойственныслишком многие недостатки, дабы ее безмерно превозносить. В сущности, лишьполитическая мысль начала 20 века вплотную подошла к современному пониманиюдемократии. Но, достигнув его, она увидела, что демократический стройпривел не к ясному и прямому пути, а к распутью. Вместо того чтобы бытьрешением задачи, демократия сама оказалась задачей. Оптимисты утверждали,что путь истинный все еще не утерян, пессимисты обречено констатировалинаступление трагического часа. Как ни странно, термин «демократия» принадлежит к числу наиболееспорных и неопределенных понятий современной политической теории. Одно изсамых распространенных обыкновений 20 века, во многих случаях являющеесяпростительной слабостью, - в вопросах политики непременно становиться подзнамя демократии. Как утверждал известный австрийский государствовед ХансКельзен, критикуя большевизм, в 19-20 столетиях слово «демократия» повсюдустало господствующим лозунгом и неудивительно, если оно, как всякий такойлозунг, утратило определенное и твердое содержание. Следуя требованияммоды, его стали считать нужным, употреблять по всем возможным поводам и длявсех возможных целей, так что оно стало покрывать собою самые различные ичасто совершенно противоречащие друг другу понятия. Практически любойсоциалист, не отождествляющий себя с коммунистической партией, сказал бы,что диктатура пролетариата есть полное отрицание демократических начал.Между тем апологеты коммунистического движения придерживались диаметральнопротивоположного мнения. А чего стоят расплодившиеся в свое время по всемумиру названия типа «КНДР», «НДРЙ» и т.д., что иным, нежели публичнымпризнанием собственной некомпетентности в понимании «демократии» назватьнельзя. В переводе на общедоступный язык «Корейская НароднаяДемократическая Республика» звучало бы как малопонятная тавтология«Корейское Народное Самоуправление народа». Раздутая теория осуществовании т.н. «народных» и «буржуазных» демократий не выдерживаеткритики. Подобного рода курьезы можно и по сей день встретить практически«на каждом шагу», причем зачастую в понятие демократии большей частьювкладывается совершенно различное содержание. Определение демократии Что же такое «демократия»? Безусловно, не претендуя на какое-либо«конечное», идеальное определение этого сложнейшего понятия, мы попытаемсяпредставить наше видение этой проблемы. Когда античные мыслители, в особенности такие «столпы» как Платон иАристотель, отвечали на этот вопрос, они имели в виду, прежде всегодемократию, как форму правления. Они различали формы правления взависимости от того, правит ли один, немногие или весь народ иустанавливали три основных состояния: монархию, аристократию и демократию.Однако и Платон, и Аристотель каждую форму правления связывали с известнойформой общественной жизни, с некоторыми более глубокими условиямиобщественного развития. Оба они имели определенный эмпирический материал повопросу развития и смены политических форм, и оба видели, что если есть вгосударстве какая-то внутренняя сила, на которой оно держится, несмотря нина какие бедствия, то формы его меняются. Каждая из этих форм может бытьхуже или лучше в зависимости от того, следуют ли они по пути закона илиотступают от него, имеют ли они в виду общее благо или собственные интересыправителей. Но все эти формы подвижны и изменчивы. Ни одна из них неявляется «конечной» и идеально прочной. Это утверждение относилось, в томчисле и к демократии. В изображении Платона эта изменчивость демократиипревращается в порочный круг: с одной стороны это лучшее из правлений, всестановятся свободными, каждый получает возможность устраивать свою жизнь посвоему желанию, однако с другой стороны, якобы, вследствие «отсутствия вжизни людей твердого плана и порядка» все здесь приходит в расстройство.Изменчивость и подвижность демократии отмечает и Аристотель. Наиболеепрочным он считает демократический строй у народов, живущих простой,близкой к природе жизнью. Другие виды демократии кажутся ему подверженнымиизменениям, причем наихудшим видом он считает тот, в котором под видомгосподства народа правит кучка демагогов, в котором нет твердых законов. Аесть постоянно меняющиеся предписания, в котором судебная системапревращается в издевательство над правосудием. Европейский гуманизм внес значительные «осложнения» в «простоту»греческих определений. Древний мир знал только непосредственную демократию,к которой народ (рабы, разумеется, за народ не считались) сам правитгосударством через общее народное собрание. Понятие демократии совпалоздесь с понятием демократической формы правления, с понятиемнепосредственного «народоправства». Хотя Руссо также воспроизводил этогреческое словоупотребление, однако, именно он создал теоретическоеобоснование более широкому пониманию демократии, которое утвердилось в нашевремя. Он допускал, что с верховенством народа могут быть совместимыразличные формы государственной власти - и демократическая, иаристократическая, и монархическая. Тем самым он открыл путь для новогопонимания демократии как формы государства, в котором верховная властьпринадлежит народу, а формы правления могут быть разные[2]. Позднее понятие демократии было распространено на все формыгосударства, в котором народу принадлежит верховенство в установлениивласти и контроль над нею. При этом допускалось, что свою верховную властьнарод может проявлять как непосредственно, так и через представителей. Всоответствии с этим демократия определяется, прежде всего, как формагосударства, в которой верховенство принадлежит общей воле народа. Это естьсамоуправление народа, без его различия на «черных и белых», «пролетариев ибуржуазию», т.е. всей массы народа в совокупности. Следовательно,демократической идее одинаково противоречит всякое классовое господство,всякое искусственное возвышение одного человека над другим, какими былюдьми они ни были. Таким образом, классовая демократическая теория,воспринятая большевиками, являлась противоречием самой себе. На основание этих определений монархическая Великобритания считается,в том числе современной теорией не менее демократичной, нежелиреспубликанская Франция. Равным образом и ряд других монархических стран,как Швеция, Норвегия, Дания, Нидерланды считаются несравненно болеедемократическими, чем провозглашенные таковыми многие государства Африкиили Латинской Америки. В этом смысле современная политическая мысль пришла к гораздо болеесложному представлению о демократии, чем-то, которое встречается вантичности. Но в другом отношении она не только подтвердила, но и закрепилагреческое понимание существа демократии. Выдвинув в качестве общего идеалагосударственного развития идеал правового государства, мы зачастуюрассматриваем демократию как одну из форм правового государства. А так какс идеей правового государства неразрывно связано представление не только обосновах власти, но и о правах граждан, правах свободы, то древнееопределение демократии как формы свободной жизни здесь органическисвязывается с самим существом демократии, как формы правового государства. С этой точки зрения демократия означает, возможно, полную свободуличности, свободу ее исканий, свободу состязания мнений и систем. ЕслиПлатон существо демократии усматривал в том, что каждый человек получаетздесь возможность жить, в соответствии со своими желаниями, то этоопределение как нельзя лучше подходит к современному пониманию демократии.И сейчас идее демократии соответствует, возможно, полное и свободноепроявление человеческой индивидуальности, открытость для любых направленийи проявлений творчества и т.п. И хотя практически демократия представляетсобой управление большинства, но, как метко сказал Рузвельт, «лучшимсвидетельством любви к свободе является то положение, в которое ставитсяменьшинство. Каждый человек должен иметь одинаковую с другими возможностьпроявить свою сущность». Кельзен нашел для этой системы отношений удачное определение, назвавее системой политического релятивизма. Это значит, что если системаполитического абсолютизма представляет собой неограниченное господствокакого-либо одного политического порядка, одной совокупности верований,воззрений с принципиальным отрицанием и запрещением всех прочих, то системаполитического релятивизма не знает в общественной жизни никакогоабсолютного порядка, верований, воззрений. Все политические мнения инаправления для нее относительны, каждое имеет право на внимание иуважение. Именно релятивизм есть то мировоззрение, которое предполагаетсядемократической идеей. Поэтому она и открывает для каждого убеждениявозможность проявлять себя и в свободном состязании с другими убеждениямиутверждать свое значение. Демократическая идея требует свободы для всех,без каких бы то ни было изъятий и лишь с ограничениями, вытекающими изусловий общения. Многие ученые называют демократию свободным правлением (freegovernment). Это еще раз показывает, в какой мере понятие свободынеразрывно сочетается с представлением о демократической форме государстваи, казалось бы, исчерпывает его. Однако, не упомянув о свойственном демократии стремлении к равенству,мы могли бы упустить из виду один из наиболее важных признаковдемократической идеи. Де Токвиль отмечал, что демократия более стремится кравенству, чем к свободе: «люди хотят равенства в свободе, и, если не могутее получить, они хотят его также и в рабстве»[3]. С точки зрения моральной и политической между равенством и свободойсуществует наибольшее соотношение. Мы требуем для человека свободы в первуюочередь для полного и беспрепятственного проявления его личности, а так какпоследняя является неотъемлемым «атрибутом» каждого человека, то мы требуемв отношении ко всем людям равенства. Демократия ставит своей цельюобеспечить не только свободу, но и равенство. В этом стремлении к всеобщемуравенству демократическая идея проявляется не меньше, чем в стремлении квсеобщему освобождению. Тезис Руссо о всеобщей воле народа как основыгосударства в демократической теории неразрывно связывается с началамиравенства и свободы и никак не может быть от них отделен. Участие всегонарода, всей совокупности его дееспособных элементов, в образовании«всеобщей воли» вытекает как из идеи равенства, так и из идеи свободы. Идеальная и реальная демократия Первые провозвестники демократической идеи основывали свою проповедьна чисто религиозном воодушевление. Для многих из них демократия быласвоего рода религией. Следы такого политического идолопоклонства частовстречаются и в наши дни: из-за неспособности или нежелания принятияответственных политических решений все надежды возлагаются на демократию,как на «всемогущую и всеисцеляющую» силу, ей посвящают все свои силы иэнтузиазм. А чего стоят заявления о демократии, как наивысшей и конечнойформе, в которой политическое развитие достигает своего пика?! Современная политическая теория подвергает подобные взгляды сомнению,как мнения наивные и поверхностные. Она противопоставляет им ряд наблюденийи выводов, снимающих с демократии ореол чудесного, сверхъестественного ивводящих ее в число естественных политических явлений, представляющих еекак элемент, «равноправный» всем остальным политическим формам. Особенноподчеркивается чрезвычайная трудность осуществления демократической идеи ивеличайшая легкость ее искажения. Многие великие мыслители находили, чтодемократия может быть осуществлена лишь при особых, специфических условиях.Более того, большинство определенно полагали, что, если понимать демократиюво всей строгости этого явления, то истинной демократии никогда не было ине будет. Подобные суждения столь авторитетных ученых как Руссо, Брайс, Прево-Парадоль, Шерер, Гирншоу и др. вполне подтверждают и ярко подчеркивают тевыводы о демократии, к которым приводит и исторический опыт и политическаянаука. Наивные предположения о том, что стоит только «свергнуть» старыйпорядок и провозгласить «всеобщую свободу», всеобщее избирательное право,народное самоуправление и демократия осуществится сама собой, невыдерживают критики. На самом деле, мысль о том, что с разрушением старыхустоев тотчас же наступает истинная свобода, принадлежит недемократической, а анархической теории. В противовес этому анархическомувзгляду современные исследователи единодушно признают, что как болеепоздняя и сложная форма политического развития демократия требует и большейзрелости народа. Как указывалось ранее, по своему существу демократия естьсамоуправление народа, но для того, чтобы это самоуправление не было пустойфикцией надо, чтобы народ выработал свои формы организации. «Народ долженсозреть для управления самим собой. Он должен понять свои права и уважатьчужие, осознать свои обязанности и быть готовым к самоограничению. Такаявысота политического сознания никогда не дается сразу, она приобретаетсядолгим и суровым опытом жизни. И чем сложнее и выше задачи, которыеставятся перед государством, тем более требуется для этого политическаязрелость народа, содействие лучших сторон человеческой природы и напряжениевсех нравственных сил»[4]. Эти условия осуществления демократии вытекают и из другого ееопределения, затронутого ранее, как системы свободы, политическогорелятивизма. Поскольку демократия открывает широкий простор для состязаниясамых разных сил, существующих в обществе, то необходимо, чтобы эти силыподчиняли себя некоторому высшему началу. Свобода, отрицающая началаобщественного блага и солидарности всех членов общества, приводит ксамоуничтожению и разрушению основ государственной власти. Подобно страстик свободе, и страсть к равенству, если она приобретает характер слепогостихийного движения, превращается в мощнейший фактор саморазрушения. Примертому - явные «перегибы уравниловки» времен существования Советского Союза.Только подчиняя себя высшим началам, и равенство, и свобода становятсясозидательными основами общественного развития. Демократия невозможна безвоспитания народа, без поднятия его нравственного уровня. Более того, умногих авторов мы находим еще более специфические мысли об исключительноважном значении для демократии «глубокого религиозного чувства». Степень отдаленности современных демократий от даже приблизительногоидеала отчетливо видна в вопросе о фактическом осуществлении народовластия.Безусловно, прав Руссо, отождествляя понятие истинной демократии снепосредственным участием всего народа не только в законодательстве, но и вуправлении и утверждая, что система представительства есть отступление отнастоящего народовластия. Однако и он понимал, насколько трудно реализоватьв жизни подлинную демократическую идею. Объективно при любом строе, в т.ч.и при демократии, над общей массой народа всегда вырастают немногие -руководящее меньшинство, вожди, направляющие общую политическую жизнь.Практически повсеместная трансформация демократии в правление немногих -явление замеченное давно и достаточно хорошо описанное. Однако Кельзен, как и многие другие видные ученые, соглашаясь сданным наблюдением, что при демократии, как и при всех других политическихсистемах, определяющее значение имеют не массы, а вожди, в то же времяотстаивают превосходство демократии с той точки зрения, что именно здесьсовершается наиболее качественный отбор вождей. Возможно, во многих случаяхэто действительно так, т.е. демократизм практически допускает сочетание саристократизмом, но это все по определению находится в противоречии счистотой демократической идеи. Признание же необходимостиаристократического ядра для жизнеспособных демократий тождественно согласиюс утверждением Руссо, что «истинная демократия более пригодна для богов,нежели для людей». Следует признать, что сделанный вывод легко оспаривается замечанием опринципиальной невозможности осуществления в чистом виде ни одной изизвестных политических систем. Разбирая слабые стороны демократии, можноотметить, что эти же или какие-то другие недостатки в той или иной степенисвойственны и другим формам. Человеческая природа, недостатки ума ихарактера, слабость воли остаются одинаковыми во всех системах. Однакоименно это умозаключение вводит демократию в ряд других форм, освобождая ееот ореола совершенства и законченности, который стремились придать ей еепервые провозвестники. Демократия и поиск идеального государственного устройства Демократия имеет превосходства и недостатки, сильные и слабыестороны. В противоположность безоглядному политическому оптимизму, особенноярко проявившемуся в Советском союзе во второй половине 80-х годов. Тогдаказалось, что демократия есть нечто высшее и окончательное, что стоиттолько ее достигнуть и все остальное приложится. Следует признать, чтодемократия не путь, а «распутье», не достигнутая цель, а только лишь«промежуточный пункт». Это - «опушка леса с неизвестно куда расходящимисятропинками». «Мы надеемся, что прямой путь еще не утерян; но в то же времявидим, что уводящие в сторону перекрестные пути таят в себе великиесоблазны»[5]. Своими широчайшими возможностями и перспективами демократия как будтобы вызвала ожидания, которые она не в силах удовлетворить. А своим духомтерпимости и приятия всех мнений она открыла простор, в том числе и длянаправлений, стремящихся ее уничтожить. Другой она быть не может, ибо это -ее природа, ее преимущество. Но этим она могла удовлетворить лишьнекоторых, но никак не всех. У людей всегда остается потребность продолжатьсовершенствование до бесконечности призрачного абсолютного идеала и никакойполитической системой их не удовлетворить. Поэтому вопрос о том, может лидемократия смениться другими формами государственного правления, имеетясный ответ: это случалось ранее, происходит сейчас и, в принципе, можетпроизойти в будущем. Демократия всегда есть «распутье», так как она есть система свободы,система релятивизма, для которого нет ничего абсолютного. Демократия естьпустое пространство («опушка»), в котором могут развиваться самыеразнообразные политические стремления («тропинки»). Проявляемоенедовольство демократией в принципе можно трактовать, как усталость людейот неопределенности, желание выбрать конкретный манящий путь, «тропинку»развития. Однако трудно дать однозначный ответ на вопрос «а не вернемся лимы, в конце концов, снова на опушку?». На данный момент мы более всегосклонны соглашаться с известным высказыванием Черчилля: «демократия -плохая форма правления, однако ничего лучшего человечество пока непридумало». Библиография 1. Алексис де Токвиль. Демократия в Америке. М., «Прогресс - Литера», 1994. 2. Новгородцев П.И. Об общественном идеале. М., «Наука», 1991. 3. Новгородцев П.И. Сочинения. М., «Раритет», 1995. 4. Брайс Д. Современные демократии. М., «Прогресс», 1992. 5. Кельзен Х. О сущности и значении демократии. М., «Проспект», 1996.-----------------------[1] Алексис де Токвиль. Демократия в Америке. М., «Прогресс - Литера»,1994.[2] Сам Руссо считал демократию возможной только в виде непосредственного«народоуправства», соединяющего законодательство с исполнением. Те формыгосударства, в которых народ оставляет за собой только верховнуюзаконодательную власть, а исполнение передает монарху или ограниченномукругу лиц, он признавал законными с точки зрения «народного суверенитета»,но не называл их демократическими.[3] Алексис де Токвиль: «Демократия в Америке», кн.2, ч.2., гл.1.[4] Новгородцев П.И. Об общественном идеале. М., «Наука», 1991.[5] Новгородцев П.И. Об общественном идеале. М., «Наука», 1991.




Нажми чтобы узнать.

Похожие:

Демократия и общественное развитие iconДемократия и общественное развитие

Демократия и общественное развитие iconДемократия: сущность, становление и развитие

Демократия и общественное развитие iconОбщественное производство и общественное богатство
Британия обладала относительно высокоразвитым сельским хозяйством, быстро растущей промышленностью, вела активную внешнюю торговлю....
Демократия и общественное развитие iconДемократия что такое демократия?

Демократия и общественное развитие icon«Общественное здоровье и здравоохранение»
«Общественное здоровье и здравоохранение», «Медицинское право», «Мобилизационная и военно-экстремальная подготовка и гражданская...
Демократия и общественное развитие iconПлан работы по патриотическому воспитанию учащихся моусош №1 города Немана Калининградской области
Современное общественное развитие России остро поставило задачу духовного возрождения нации
Демократия и общественное развитие iconДемократия Древней Греции. Пути и возможности достижения Демократия Древней Греции. Пути и возможности достижения
Все в современном мире «помешаны» на демократии. В наиболее развитых странах лидируют демократические тенденции. Все пытаются добиться...
Демократия и общественное развитие iconОбщественное движение 30-40-х годов
Восстание декабристов было подавленно, но оно подчеркнуло неотвратимость перемен, заставило общественное движение последующих десятилетий...
Демократия и общественное развитие iconЗаявка на участие в Конкурсе Губернское собрание общественности 2012 Номинация Конкурса: Развитие территориального общественного самоуправления Название проекта : «Потешный двор»
Наименование участника Конкурса: Территориальное общественное самоуправление «Рубин»
Демократия и общественное развитие iconЖелезный век на Дальнем Востоке
Сменил бронзовый век в основном в начале первого тысяче-летия до нашей эры. Применение железа дало мощный стимул развитию производства...
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©rushkolnik.ru 2000-2015
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы