Обретение Финляндией независимости icon

Обретение Финляндией независимости



НазваниеОбретение Финляндией независимости
страница2/3
Дата конвертации17.07.2012
Размер373,03 Kb.
ТипРеферат
1   2   3
Глава III. Споры вокруг Финляндии.
В современной финской историографии выдвинуто предположение о том, что основная цель политики российского самодержавия в Финляндии после 1907 года заключалась в предотвращении повторения стачки, подобной всеобщей 1905 года. Кроме желания унифицировать Финляндию, появились еще опасения о "финской угрозе". Эта угроза как бы слагалась из трех основных компонентов. Первым была деятельность русских, превративших Финляндию и особенно Карельский перешеек в собственную базу. Пользуясь безразличием, а порой и сочувствием местных властей, они развернули революционную пропаганду в расквартированных здесь русских войсках, а также готовили террористические акты в непосредственной близости от Петербурга. Вторым — деятельность таких полувоенных организаций, как Voimaliito (союз "Сила") и Красная гвардия. По мысли официального Петербурга, организации этого типа не только были революционными, но, по существу, являлись сепаратистки настроенными. Наконец третьим обстоятельством было опасение, что Финляндия со своим оппозиционным движением может стать плацдармом для нападения на Петербург извне [12, 65].
Первый план сокрушения финляндской оппозиции с помощью военной силы был подготовлен в Петербургском военном округе в конце 1906 — начале 1907 года. Однако осуществлению этого плана воспротивился председатель Совета министров П.А. Столыпин, по мнению которого, вскрывать финляндский "нарыв" было несвоевременно из-за приближающегося созыва второй Государственной Думы. Военный министр А.Ф. Редигер и будущий руководитель карательной экспедиции великий князь Николай Николаевич свое отрицательное отношение к немедленному осуществлению плана мотивировали трудностями, с которыми неизбежно придется столкнуться войскам в зимнее время. 18 октября 1907 года в помощь премьер-министру и Совету министров император учредил Особое совещание по делам Великого княжества Финляндского. Именно в рамках этого органа Столыпин и другие высшие должностные лица империи, причастные к финляндским делам, разрабатывали меры по восстановлению порядка в Великом княжестве и его более тесной интеграции с Россией. Характерно, что финляндский генерал-губернатор Н.Н. Герард не был включен в его состав. По мнению Столыпина Герард умышленно дезориентировал правительство в оценке подлинной природы финляндского сепаратизма и замалчивал тайную поддержку, оказываемую ему финляндскими властями. Столыпин больше доверял источникам Министерства внутренних дел, хотя в действительности далеко не вся информация из русских полицейских источников заслуживала доверия. 3 ноября 1907 года Особое совещание выступило с инициативой объявить военное положение Выборгской губернии с тем, чтобы русские власти получили возможность арестовать руководителей революционных партий и террористов. Губернию предполагалось временно отторгнуть от Финляндии, ввести туда войска, а Выборгским генерал-губернатором назначить В.А. Бекмана, командира 22-го армейского корпуса, расквартированного в Финляндии. Столыпин разработал план, согласно которому Герарда, как явно симпатизировавшего финнам, следовало отстранить от должности с последующим назначением на его место Бекмана. Был придуман и способ вынудить Герарда уйти в отставку: без каких-либо консультаций с ним, его заместителем планировалось назначить Ф.А. Зейна, бывшего директора канцелярии Бобрикова, имевшего к тому же репутацию убежденного сторонника жесткого курса в Финляндии или старого "бобриковца" [12, 68].
Слухи о начавшихся в Петербурге военных приготовлениях быстро проникли в круги революционной эмиграции, в которой началось нечто, близкое к панике. Открытые угрозы в адрес Финляндии, высказанные Столыпиным в беседе с министром статс-секретарем Великого княжества Августом Лангофом, убедили последнего в том, что назревает нечто серьезное, и побудили его обратиться в финляндский Сенат с просьбой не упускать инициативу из своих рук. Меж тем следует обратить внимание на то, с какой удивительной прямотой Столыпин убеждал Лангофа повлиять на решение вопроса в желательном для русских властей направлении. Напрашивается вывод о том, что Столыпин был противником введения военного положения, так как не желал международных осложнений и трений в Думе. Реакция финских властей не заставила себя долго ждать: финская полиция вместе с русскими властями предприняла усилия по розыску, аресту и передаче в руки российского правительства тех революционеров и террористов, которые в отличие от Ленина и некоторых других, не смогли или не захотели выехать за границу. Превентивные шаги финнов, включая меры финской полиции применительно к российским революционерам, сыграли свою роль, и военное положение в Финляндии так и не было объявлено. В итоге единственной мерой, соответствовавшей планам Столыпина, явилось назначение Бекмана финляндским генерал-губернатором (1907-1909) и Зейна его заместителем.
Принято считать, что в основе жесткой политики правительства в Финляндии лежали ложные представления о положении в крае, которые были почерпнуты из недобросовестных источников полицейского характера — донесений чиновников Департамента полиции и жандармских офицеров. Однако на деле наибольшее влияние на выработку правительственного курса в 1906-1907 годах оказывали не они, а военные источники разведывательной информации. Кроме того, командующим столичным военным округом, как уже было сказано, был дядя царя, великий князь Николай Николаевич, вокруг которого группировались наиболее решительные противники финляндского "сепаратизма". Николай Николаевич был влиятельной фигурой при дворе и был вхож к царю без ограничений. Похоже, что в силу этого император имел непосредственное отношение к изменению правительственного курса в Финляндии и в частности, к началу разработки планов ее военного умиротворения зимой 1906/1907 годов [12, 70].
В стремлении ограничить финляндскую автономию царь, как правило, шел дальше Столыпина. Например, осенью 1909 года Николай предложил упразднить Сенат и передать его функции генерал-губернатору. Желание ввести военное положение в Финляндии можно рассматривать как месть за вынужденную уступку, желание поставить непокорных финнов на место, однако если судить по тому упорству, с каким Николай пытался влиять на правительство и армию, то речь шла не о том, чтобы вернуть ее в дореволюционное положение, но и полностью отнять автономные права. Выход из кризиса был найден Столыпиным и Советом министров, которые предложили пополнить Сенат группой бывших крупных офицеров и чиновников, давно обрусевших финнов, преданных престолу, вместо финских политиков, подавших в отставку. Вполне законное формально, это решение должно было предотвратить волну пассивного сопротивления, подобную той, что имела место в 1899-1905 годах. Столыпин доверял генерал-губернатору Бекману, который, в свою очередь, полагал, что управлять Финляндией следует с опорой на финские органы власти, и строго придерживаясь закона, поскольку принуждение неизбежно повлечет за собой повторение опыта Бобрикова.
В Финляндии точно не было известно, что готовится в России, поэтому настроения были довольно тревожные. Финские власти всеми силами пытались успокоить обстановку в области и не в коей мере не провоцировать русские власти. В какой то мере они пытались повлиять на русские власти через Бекмана. А Бекман считал, что независимые сенаторы не будут пользоваться должным авторитетом и потому страной должны управлять лишь те из них, кто пользуется партийной поддержкой [15, 59]. Высказав свою точку зрения по этому и ряду других вопросов правительственной политики в Финляндии, Бекман стал в глазах Столыпина нежелательной фигурой и осенью 1909 был замещен Зейном — в назидание финнам по формулировке премьера. Столыпин предполагал, что дальнейшее развитие событий чревато вооруженным восстанием финнов, но он исходил из ложных предпосылок, так как был убежден, что в Финляндию продолжается крупномасштабная контрабанда оружия. Как бы то ни было, подготовительная машина была запущена: разработаны военные политические и иные мероприятия по подавлению ожидавшихся антиправительственных выступлений в Финляндии — всеобщей стачки и вооруженного восстания, также предполагалось заменить служащих железной дороги и полиции на русских. Введение военного положения должно было сопровождаться конфискацией всех денежных средств финляндского правительства и национального банка для передачи русским властям. Иначе говоря, сами финны обязаны были оплачивать расходы по планировавшейся против них "дисциплинарной акции". Общее руководство операцией возлагалось на великого князя Николая Николаевича. Осенью 1911 года вслед за трагической гибелью Столыпина генерал-губернатор Зейн вновь поднял вопрос о введении военного положения, поводом к чему являлось политическое убийство, ни одна партия к которому не была причастна. Зейн предлагал подготовить правительственное заявление о его вводе в случае продолжения подобных террактов. Автором подобной идеи являлся не Зейн, а все тот же великий князь Николай Николаевич, впервые выдвинувший ее еще в начале 1910 года как средство борьбы с террором и незаконным ввозом оружия. Кроме того, они стремились оказать давление на нового премьер-министра В.Н. Коковцева, настроенного, по их мнению, слишком примирительно по отношению к финнам, призывали к ужесточению курса в отношении Финляндии и Польши и к продолжению гонений на евреев. Подводя итоги эффективности российской политики в 1909-1911 годах, стоит сказать, что она основывалась на оценке ситуации неверной в своем корне: военизированные организации типа вышеназванных Красной гвардии и Voimaliito прекратили свое существование не позднее 1908 года, а финляндские партии к этому времени перешли к исключительно легальным, парламентским формам деятельности [12, 73; 8, 19].
Итак, в 1912-1913 годах реалистически мыслившая часть петербургского кабинета поняла, что в реализации своего курса в Финляндии власть исходила из ошибочных представлений о положении дел в крае. В теории вслед за этим мог последовать поиск контактов с представителями тех финляндских несоциалистических партий, которые составляли большинство депутатов сейма. Как и в прежние годы, финны были полны решимости отстаивать свои основные законы и демонстрировали нежелание воспринимать даже такие инициативы правительства, которые предполагали лишь модернизацию административной системы Великого княжества, никоим образом не покушаясь на его автономные права. На фоне происходивших изменений в системе административного управления финляндская автономия представляла собой нечто реликтовое, однако, при наличии доброй воли с обеих сторон, и она имела право на существование. Внедрение новых подходов не могло быть легким, но было осуществимым в принципе. Однако попыток сближения с финскими политиками из Петербурга не последовало. Меж тем финны предприняли такую попытку в лице буржуазных партий, попытавшись наладить диалог с Коковцевым, но ответных действий с его стороны не последовало.
В ноябре 1914 года Совет министров предписал Зейну избегать обострения отношений со Швецией, чтобы не толкнуть ее в объятия Германии. В связи с этим была осуждена практика административных гонений против финских политиков.
Изучение проблемы введения военного положения в Финляндии показывает, что для российских властей «финский вопрос», в сущности, был связан не столько с проблемой обеспечения северо-западных границ империи, сколько являлось инструментом их внутренней политики. Только так можно объяснить то странное, на первый взгляд обстоятельство, что проблема обеспечения в крае законности и порядка стала беспокоить российских политиков именно тогда, когда в самой Финляндии ее уже не существовало, в то время как в период войны, когда угроза общественному спокойствию стала реальной, Финляндия оказалась предоставленной самой себе. В условиях войны «финский вопрос» как вопрос внутренней политики потерял свою остроту, и на первый план вышла задача отвратить Швецию от вступления в коалицию с Германией. Преобладание жесткого курса в предвоенные годы, в конечном счете, объяснялось тем, что сам император был его сторонником.
Глава IV. Альтернативы развития Финляндии в 1914-1917 гг.
Военное положение в Финляндии было объявлено летом 1914 года в связи с началом первой мировой войны, что, впрочем, не сопровождалось теми драконовскими мерами, которые разрабатывались на этот случай заранее. За единичными исключениями никто из них не был арестован, хотя первоначально предполагалось отправить за решетку свыше 800 из них. Не смотря на то, что генерал-губернатор был наделен чрезвычайными полномочиями, все же военное положение в период войны оказалось значительно более мягким, чем аналогичная мера в мирное время [12, 76].
Во время первой мировой войны Финляндия подобно соседке Швеции оказалась на перекрестке военно-стратегических интересов России и Германии. Она стала гранитным щитом Петрограда и всего русского севера, в то время как Германия не прочь была превратить ее в опору своего могущества на Балтийском море. В Финляндии ввели военное положение, которое оказалось мягче предполагаемого. Финнов в русской армии было мало, призвали лишь кадровых офицеров. Обязанность проливать кровь за Россию, большинству военнообязанных заменили денежной воинской повинностью. Войска Северного фронта расквартировывались в городах и крепостях, Гельсингфорс стал главной базой Балтийского флота, устье Финского залива перекрыли заграждения Центральной минно-артиллерийской позиции. Из-за угрозы высадки германского десанта на побережье вырубались леса, отчуждали поля под оборонные сооружения. Война подорвала рыболовство, морскую торговлю, вызвала невиданную дороговизну. Финляндия жила привозным хлебом, в основном русским, доставка которого сокращалась. Ежемесячные военные реквизиции у крестьян скота вели к его истреблению. Продовольственные трудности усугублял наплыв беженцев из прифронтовых губерний России. Численность российских граждан в Финляндии достигла 200 тысяч человек, а с армией, флотом, рабочими военно-морских баз – почти вдвое больше, тогда как до войны постоянное русское население не превышало 8 тысяч граждан. Все это способствовало росту германофильства в Финляндии, второе дыхание обрел «активизм» – движение в пользу активных действий против России с позиций крайнего национализма. «Активисты» в основном молодые шведоязычные интеллигенты, связывали надежду на независимость Финляндии с победой Германии и всячески ей содействовали, от шпионажа до вербовки добровольцев в Королевский прусский 27-й егерский батальон. В течение 1916-1918 годов военную подготовку в Германии получило 1886 человек, для боевого крещения их направляли на восточный фронт. В 1917 батальон был отправлен в Латвию в Лиепае для дальнейшей подготовки, где егеря и находились до февраля 1918 года. Впоследствии они составили ядро белой армии Маннергейма [16, 30]. Их руководящие центры возглавляли: ЦК – А. Гриппенберг, Заграничную делегацию Финляндского освободительного движения (Стокгольм) — И. Кастрен, Р.В. Эрих и другие, Финляндский комитет (Берлин) — Ветергоф. Центральные державы финансировали финляндских и украинских сепаратистов, используя их против России. К «активизму» благоволили вожди Социал-демократической партии Финляндии О. Токой, К. Вийк, Э. Гюллинг, Ю. Мякелин и другие. Но к декабрю 1916 года русская контрразведка разгромила «активизм» в Финляндии [9, 37].
Свержение царя вызвало прилив симпатий финнов к России. 7(20) марта Временное правительство издало Акт об утверждении Конституции Великого Княжества Финляндского и о применении её в полном объёме. 13(26) марта 1917 на смену русифицированному Сенату был образован финский коалиционный. В него вошли представители СДПФ и блока буржуазных партий, в этот блок входили партии: старофинская (партия согласия), младофинская: (конституционная), аграрный союз, шведская партия. По отношении к России сенаторы делились на два направления – соглашательское и конституционное. Заместителем председателя стал социал-демократ, глава профсоюзов О. Токой. Председателем Сената по-прежнему являлся русский генерал-губернатор.
Правительство князя Г.Е. Львова издало манифест о Финляндии, как в прежние времена император. Финны с уважением отнеслись к манифесту, как прежде к царским указам. Временное правительство утвердило Сенат Токая, начавший деятельность, как лояльный представитель ВРП. Легитимность Сената исходила из легитимности ВРП. По мнению финляндских буржуазных групп, участие социалистов в Сенате необходимо было для предотвращения возможных беспорядков рабочих, хотя и затрудняло сотрудничество с Временным правительством, где преобладали кадеты. СПДФ была в эйфории от своего парламентского большинства, и её устремления к власти совпадали с политикой национальной самостоятельности и парламентаризма. Поэтому революция в Финляндии протекала в основном в стенах Сената, нося конституционный характер.
Восторг длился недолго. Если в России установилось двоевластие – неустойчивое равновесие двух соперничающих властных структур, правительственной и Советов, то в Финляндии можно говорить о троевластии. Финляндская структура власти не была продолжением ни одной из русских, Политически разнородная, она была спаяна национальной идеей, стремлением расширить самоуправление путем парламентарной законности. Обе российские власти признали право поляков на независимое государство. Этот отказ от нерушимости пространства бывшей империи дал финляндцем надежду на скорое обретение независимости. Однако первая мировая война не только обостряла «финский вопрос», но и усложняло его решение: отделение Финляндии рушило всю систему военной обороны России, Балтийский флот лишался важнейших баз, Петроград оказывался в досягаемости дальнобойных снарядов с финской границы. Поэтому Временное правительство опасалось ограничения своей власти в Финляндии и сохраняло за собой право назначать генерал-губернатора, обновлять Сенат, созывать и распускать Сейм [13, 22].
Давний сторонник восстановления финляндской конституции, министр юстиции А. Ф. Керенский на митинге в Гельсингфорсе заверил, что союз России с Финляндией будет вечен, и расцеловал О. Токая, но финны остудили его пыл, разъяснив, что не могут довольствоваться своим положением, они подали записку о расширении автономии (авторы К. Вийк, Э. Гюллинг, О. Куусинен), и Керенский одобрил все её положения, кроме международных гарантий (участия других стран в подписании соответствующего акта). Воодушевленный этим, Сенат внёс во Временное правительство более умеренный законопроект «О передаче решения некоторых дел Сенату и генерал-губернатору». Расширение автономии намечалось путём раздела власти великого князя финляндского: Сенату – решение финляндских дел, кроме общероссийских, и касающихся русских граждан и учреждений; остальное, включая созыв и роспуск Сейма,– Временному правительству. Законопроект соответствовал Акту от 7(20) марта и юридически был неуязвим, но ВРП первого состава, включая Керенского, его отвергла. Ответной реакцией стало усиление Финляндского сепаратизма. Бурным одобрением встретил Сейм 7(20) апреля речь О. Токоя о том, что культурно-экономическое развитие Финляндии шло под знаком независимости, и она должна быть гарантирована. Более левый Ю. Мякелин в правлении СДПФ 15(28) апреля в связи с отправкой делегации в Петроград так же высказался за отделение от России [9, 38].
5 (18) июля, когда не ясен был исход восстания большевиков в Петрограде, Сейм одобрил социал-демократический проект о передаче себе верховной власти. Петрограду виделось в этом часть большевистской операции. Было ли так на самом деле, определённо сказать нельзя. Информация о питерских событиях была неполной и неточной. При обсуждении закона большинство депутатов Сейма считало Временное правительство павшим. Весть о том, что оно вышло победителем из политического кризиса, пришла уже после принятия закона.
Законопроект о верховной власти Сейма выходил за рамки финляндской Конституции и в корне менял взаимоотношения с Россией. Одностороннее принятие его Сеймом могло расцениваться как государственный переворот. Ситуацию осложнял валютный кризис. ВРП нуждалось в финских марках для оплаты денежного довольствия войск и казенных заказов, исполнением которых были заняты три четверти рабочих Финляндии. Задержка выплат грозила волнениями. Пользуясь этим, Сейм увязал вопрос займа с вопросом о полной автономии и не поддался давлению эмиссаров I Всероссийского съезда Советов. Буржуазная пресса России негодовала, требуя отказа от «миллионов Каина» и твердости, вплоть до разгона Сейма. Поднятие цен на ввозимый хлеб и другие ответные меры ущемляли интересы финнов. К решительным мерам ВРП еще не созрело. Законопроект ставил министров-социалистов перед выбором: утвердить и идти на разрыв коалиции с кадетами, уже надломленный июньской всероссийской демонстрацией, либо отклонить и скандально нарушить обещание выполнить решение съезда Советов.
Благодаря совместным усилиям Керенского, генерал-губернатора М.А. Стаховича, статс-секретаря по делам Финляндии К. Энкеля и буржуазных политиков Временное правительство смогло распустить Сейм и назначить его перевыборы. В знак протеста социал-демократы вышли из Сената. До новых выборов там осталось шесть буржуазных министров-сенаторов во главе с Э.Н. Сетяля. Стахович не был противником участия социалистов в Сенате и даже попытался вернуть их, но радикализировавшаяся СДПФ избрала путь восставшей оппозиции. Русский Гельсингфорский Совет 150 голосами против 90 при 22 воздержавшихся осудил роспуск Сейма как противоречащий демократии и запретил воинским частям участие в его разгоне. Но не все с этим согласились. Разногласия грозили вызвать в русских войсках кровопролитие, что побудило стороны к осторожности. Кризис миновал без провокаций и насилия [9, 30].
После первой неудачной попытки возобновить заседания Сейма главный тактик СДСП О.В. Куусинен предпринял попытку определить совместно с ВЦИК Советов государственное положение Финляндии. Куусинен не был тогда ни принципиальным реформистом, ни настоящим революционером и согласовывал тактику с ситуацией в России, пользуясь русской силой во внутренней политике Финляндии. Во ВЦИК был послан разработанный им проект. В соответствии с ним Россия признавала принятый Сеймом закон, а Финляндия — права России на переходный период до решения вопроса о международном статусе Финляндии. Комиссия ВЦИК (меньшевики М.И. Либер, Р.А. Абрамович, В.Н. Розанов) предпосылкой соглашения считала отказ от второй попытки собрать Сейм. Из-за неуступчивости сторон переговоры прервались.4(17) сентября М.А. Стахович был снят. Новый генерал-губернатор Н.В. Некрасов обещал благожелательно относиться к правам Финляндии, но и твердо отстаивать права России.
Вторая попытка возобновить работу Сейма состоялась 15(28) сентября под вооруженной охраной революционеров, но заседание не получило законодательного статуса из-за бойкота его буржуазными депутатами. 30 сентября (13 октября) по просьбе Некрасова Керенский распорядился опубликовать грамоту о созыве 19 октября (1 ноября) нового Сейма. Большинство мест в нем получил блок буржуазных партий. И стал очевиден просчет СДПФ в ставке на то, что отделение от России облегчит классовую борьбу с собственной буржуазией. Большинство буржуазных депутатов облегчило возобновление переговоров о расширении прав Финляндии на самоопределение. Энкель предложил передать императорские полномочия избранной Сеймом директории из трех лиц. Эту идею Керенский и генерал-губернатор Некрасов не одобрили. Тогда буржуазные партии предложили новое решение вопроса: Временное правительство своим манифестом и с некоторыми оговорками передаст власть финляндскому Сенату. Это не коснулось бы внешней политики, военных дел и положения российских граждан. Должность генерал-губернатора и его канцелярия упразднялись. Вечерним поездом 25 октября (7 ноября) Некрасов и Энкель выехали в Петроград, чтобы изложить новое предложение Временному правительству. Его осуществление предотвратило бы раздел власти с парламентскими социалистами в Сейме. Но решение было найдено драматически поздно. Утром 26 октября (8 ноября) на вокзале русской пограничной станции Белоостров Некрасов и Энкель узнали, что Временного правительства больше нет [9, 31; 16, 79-88].
1   2   3




Нажми чтобы узнать.

Похожие:

Обретение Финляндией независимости iconОбретение Финляндией независимости

Обретение Финляндией независимости iconXiii. Русская средневековая культура: определяющие ценности и доминанты национального развития
В идеях и образах русской культуры XIV-XVI вв воплотились настроения эпохи – времени борьбы за обретение независимости, свержения...
Обретение Финляндией независимости icon1. общие положения
«Конституция Республики Казахстан основа независимости, единства, стабильности и процветания», посвященного 20-летию независимости...
Обретение Финляндией независимости iconПуть к независимости Или Ганди, как символ свободы
Индию. Британцы просто высасывали все, что можно из местных жителей. По их вине индийцы не могли приобщиться к медицине, образованию...
Обретение Финляндией независимости iconЛетия независимости республики казахстан. Дата проведения
Карагандинский Экономический Университет Казпотребсоюза совместно со Специализированным межрайонным административным судом проводит...
Обретение Финляндией независимости icon1 Предпосылки образования США 5 1 Образование колоний 5
В июне 1776 г была образована комиссия для подготовки Декларации Независимости, а в июле 1776 г она была принята на III континентальном...
Обретение Финляндией независимости iconМеждународное частное право
С. Ам. Соед. Шт. — между отдельными штатами, в Швейцарии — между кантонами, в России — между внутренними губерниями и Бесарабией,...
Обретение Финляндией независимости iconСергей Ключников
...
Обретение Финляндией независимости iconСвятитель Филарет (Дроздов)
Обретение мощей святителя Московского Филарета, святителя Московского Иннокентия и архимандрита Антония
Обретение Финляндией независимости iconГана до обретения независимости

Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©rushkolnik.ru 2000-2015
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы