Константин Бальмонт, биография и творчество icon

Константин Бальмонт, биография и творчество



НазваниеКонстантин Бальмонт, биография и творчество
Дата конвертации17.07.2012
Размер213 Kb.
ТипБиография
Константин Бальмонт, биография и творчество


Реферат на тему:"Константин Бальмонт. Биография и творчество."Владивосток2000 Биографическая справка. Константин Дмитриевич Бальмонт родился 3 июня 1867 года в деревнеГумнищи, Шуйского уезда, Владимирской губернии. Отец—председатель земской управы в гор Шуе Владимирской губернии.,помещик. Мать очень много делала в своей жизни для распространениякультурных идей в глухой провинции, и в течение многих лет устраивала в Шуелюбительские спектакли и концерты По семейным преданиям, предками Бальмонта были какие-то шотландскиеили скандинавские моряки, переселившиеся в Россию. Фамилия Бальмонт оченьраспространенная в Шотландии. Дед Бальмонта, со стороны отца, был морскойофицер принимал участие в Русско-Турецкой войне и заслужил личнуюблагодарность Николая Первого своей храбростью. Предки его матери(урожденная Лебедева) были татары. Родоначальником был князь Белый ЛебедьЗолотой Орды. Быть может, этим отчасти можно объяснить необузданность истрастность, которые всегда отличали мою и которые Бальмонт от нееунаследовал, также как и весь свой душевный строй. Отец матери (тожевоенный, генерал) писал стихи, но не печатал их. Все сестры матери (ихмного) писали стихи, но не печатали их. Мать тоже писала и пишет, но нестихи, а заметки и небольшие статьи, в провинциальных газетах. Учился в Шуйской гимназии. Из 7-го класса в 1884 году был исключен, пообвинению в государственном преступлении (принадлежал к революционномукружку), но через два месяца был принят во Владимирскую гимназию, гдекончил курс, прожив, как в тюрьме, полтора года под надзором классногонаставника, в квартире которого ему было приказано жить. "Гимназиюпроклинаю всеми силами. Она надолго изуродовала мою нервную систему." Затем, в 1886 году поступил в Московский университет, на юридическийфакультет. Науками юридическими занимался весьма мало, но усиленно изучалнемецкую литературу и историю Великой французской революции. В 1887 году,как один из главных организаторов студенческих беспорядков, был привлечен куниверситетскому суду, исключен, и после трехдневного тюремного заключениявыслан в Шую. Через год снова был принят в Московский университет. Вышел изуниверситета через несколько месяцев, благодаря нервному расстройству.Через год поступил в Демидовский лицей в Ярославле. Снова вышел черезнесколько месяцев и более уже не возвращался к казенному образованию.Своими знаниями (в области истории, философии, литературы и филологии)обязан только себе. Впрочем, первый и сильный толчок дан был Бальмонту егостаршим братом, который очень увлекался философией и умер 23-х лет впомешательстве (религиозная мания). В юности более всего увлекалсяобщественными вопросами. "Мысль о воплощении человеческого счастья наземле мне и теперь дорога. Но теперь меня всецело поглощают вопросыискусства и религии." Начало литературной деятельности было сопряжено со множеством мучениии неудач. В течение 4-х или 5-ти лет ни один журнал не хотел печататьБальмонта. Первый сборник его стихов, который он сам напечатал в Ярославле(правда, слабый), не имел, конечно, никакого успеха, 1-й его переводнойтруд (книга норвежского писателя Генрика Неира о Генрике Ибсене) быласожжена цензурой. Близкие люди своим отрицательным отношением значительноусилили тяжесть первых неудач. Дальнейшие работы, переводы Шелли, сборник"Под северным небом", переводы Эдгара По имели значительный успех.Участвовал почти во всех главных журналах. Самыми замечательными событиями своей жизни считал те внутренниевнезапные просветы, которые открываются иногда в душе по поводу самыхнезначительных внешних фактов. "Я затрудняюсь поэтому отметить как более"значительные" какие-либо события из личной жизни. Однако попытаюсьперечислить. Впервые сверкнувшая, до мистической убежденности, мысль овозможности и неизбежности всемирного счастья (семнадцати лет, когдаоднажды во Владимире, в яркий зимний день, с горы я увидел вдали чернеющийдлинный мужицкий обоз). Прочтение "Преступления и наказания" (16-ти лет) ив особенности "Братьев Карамазовых" (17-ти лет). Эта последняя книга даламне больше, чем какая-либо книга в мире. Первая женитьба (21 года, через 5лет развелся). Вторая женитьба (28 лет). Самоубийства нескольких моихдрузей во время моей юности. Моя попытка убить себя (22-х лет), бросившисьчерез окно на камни с высоты третьего этажа (разные переломы, годы лежанияв постели и потом небывалый расцвет умственного возбуждения ижизнерадостности). Писание стихов (первые в возрасте 9-ти лет, затем 17,21). Многочисленные путешествия по Европе (особенно поразила Англия,Испания и Италия)." Псевдонимы: Гридинский (в журнале Ясинского «Ежемесячные сочинения») иЛионель (в «Северных цветах»). Константин Дмитриевич Бальмонт - один из самых знаменитых поэтовсвоего времени в России, самый читаемый и почитаемый из гонимых и осмеянныхдекадентов. Его окружали восторженные поклонники и почитательницы.Создавались кружки бальмонтистов и бальмонтисток, которые пыталисьподражать ему и в жизни, и в поэзии. В 1896 году Брюсов уже пишет о «школеБальмонта», причисляя к ней М. Лохвицкую и еще нескольких небольших поэтов.«Все они перенимают у Бальмонта и внешность: блистательную отделку стиха,щеголяние рифмами, созвучиями,—и самую сущность его поэзии» . Не случайно многие поэты посвящали ему свои стихотворения: М. Лохвицкая, В. Брюсов, А. Белый, Вяч. Иванов, М. Волошин, С.Городецкий и др. Все они видели в нем, прежде всего, «стихийного гения»,«вечно вольного, вечно юного» Ариона, обреченного стоять «где-то там навысоте» и полностью погруженного в откровения своей бездонной души. О, кто из нас в лирические бури Бросался, наг, как нежный Лионель?.. Брюсов находил объяснение и оправдание житейскому поведению Бальмонтав самой природе поэзии: «Он переживает жизнь, как поэт, и как только поэтымогут ее переживать, как дано это им одним: находя в каждой минуте всюполноту жизни. Поэтому его нельзя мерить общим аршином». Но существовала изеркальная точка зрения, пытавшаяся объяснить творчество поэта через еголичную жизнь: «Бальмонт своей личной жизнью доказал глубокую, трагическуюискренность своих лирических движений и своих лозунгов». Многие известные художники писали портреты Константина ДмитриевичаБальмонта, среди них были: М. А. Дурнов (1900), В. А. Серов (1905), Л. О.Пастернак (1913). Но, пожалуй, живее схвачены образ поэта, его манераповедения, привычки в словесных портретах Бальмонта. Одну из самыхподробных его внешних характеристик оставил Андрей Белый: «Легкая, чутьприхрамывающая походка точно бросает Бальмонта вперед, в пространство.Вернее, точно из пространства попадает Бальмонт на землю—в салон, на улицу.И порыв переламывается в нем, и он, поняв, что не туда попал, церемонносдерживается, надевает пенснэ и надменно (вернее, испуганно) озирается посторонам, поднимает сухие губы, обрамленные красной, как огонь, бородкой.Глубоко сидящие в орбитах почти безбровые его карие глаза тоскливо глядят,кротко и недоверчиво: они могут глядеть и мстительно, выдавая что-тобеспомощное в самом Бальмонте. И оттого-то весь облик его двоится.Надменность и бессилие, величие и вялость, дерзновение, испуг—все эточередуется в нем, и какая тонкая прихотливая гамма проходит на егоистощенном лице, бледном, с широко раздувающимися ноздрями! И как это лицоможет казаться незначительным! И какую неуловимую грацию порой излучает этолицо!» Возможно, этот портрет позволяет понять необыкновенную притягательнуюсилу Бальмонта-человека: облик его выделялся среди толпы, не оставляяравнодушным даже случайного прохожего. «Я видел—в давние дни,—как вчопорном квартале Парижа—Пасси, прохожие останавливались, завидевБальмонта, и долго глядели ему вслед. Не знаю, за кого принимали еголюбопытные рантье,—за русского «prince», за испанского анархиста, или,просто, за обманувшего бдительность сторожей сумасшедшего. Но их лица долгохранили след недоуменной тревоги, долго они не могли вернуться к прерванноймирной беседе о погоде или о политике в Марокко». Бальмонт написал 35 книг стихов, то есть 3750 печатных страниц, 20книг прозы, то есть 5000 страниц. Перевел, сопроводив статьями икомментариями: Эдгара По—5 книг—1800 страниц, Шелли — 3 книги—1000страниц, Кальдерона—4 книги—1400 страниц. Баль-монтовские переводы в цифрахпредставляют более 10 000 печатных страниц. Среди переводимых имен: Уайльд,Кристофер Марло, Шарль ван Лерберг, Гауптман, Зудерман, объемистая «Историяскандинавской литературы» Йегера (сожженная русской цензурой). Словацкий,Врхлицкий, «Витязь в тигровой шкуре» Ш. Руставели, болгарская поэзия,югославские народные песни и загадки, литовские народные песни,мексиканские сказки, драмы Калидасы и многое другое. В своей статье «Революционер я или нет» Бальмонт писал о том, что в 13лет узнал английское слово selfhelp (самопомощь) и с тех пор полюбилисследования и «умственную работу». Он «ежегодно прочитывал целыебиблиотеки, писал регулярно каждый день, легко изучал языки». Творчество поэта условно принято делить на три неравномерных инеравноценных периода. Ранний Бальмонт, автор трех стихотворных сборников:«Под северным небом» (1894), «В безбрежности» (1895) и «Тишина» (1898). Структура первых сборников весьма эклектична. В ней совмещены традиции«чистой поэзии» семидесятых-восьмидесятых годов (особенно сильно влияние А.Фета) с мотивами «гражданской скорби» в духе Плещеева и Надсона. По точномуопределению А. Измайлова, лирический герой раннего Бальмонта—«кроткий исмирный юноша, проникнутый самыми благонамеренными и умеренными чувствами». Первые сборники Бальмонта—это предтечи русского символизма.Поэтический стиль Бальмонта намного точнее можно определить словомимпрессионизм. Поэта-импрессиониста привлекает не столько предметизображения, сколько его личное ощущение данного предмета. Мимолетноевпечатление, вмещенное в личное переживание, становится единственнодоступной формой отношения к миру для художника. Бальмонт определил этоследующим образом: «великий принцип личности»—в «отъединении, уединенности,отделеньи от общего» . В этом смысл знаменитой поэтической декларации Бальмонта: Я не знаю мудрости, годной для других, Только мимолетности я влагаю встих. В каждой мимолетности вижу я миры, Полные изменчивой радужной игры.Второй этап, обозначенный также тремя сборниками—«Горящие здания» (1900),«Будем как солнце» (1903) и «Только любовь» (1903)— время творческоговзлета Бальмонта,—характеризует его как центральную фигуру нового,декадентско-символистского течения. Из теоретической программы русского декадентства Бальмонт воспринялглавное—отношение к жизни и искусству. «Принцип личности» заключается, поБальмонту, не в соотношении личного с общим, но в «отделеньи от общего».Суть и назначение искусства—в «наслаждении созерцания», благодаря которомуза «очевидной внешностью» раскрывается «незримая жизнь» и мир становится«фантасмагорией, созданной вами». В статье 1900 года «Элементарные слова о символической поэзии»Бальмонт решает проблему искусства таким образом: «Реалисты всегда являютсяпростыми наблюдателями, символисты—всегда мыслители. Реалисты схвачены, какприбоем, конкретной жизнью, за которой они не видят ничего; символисты,отрешенные от реальной действительности, видят в ней только свою мечту, онисмотрят на жизнь—из окна... Один еще в рабстве у материи, другой ушел всферу идеальности». Новой (символической) поэзии, которую Бальмонтопределяет как «психологическую лирику», преемственно связанную симпрессионизмом, чужды «дидактические задачи». Она «говорит исполненнымнамеков и недомолвок нежным голосом сирены или глухим голосом сибиллы,вызывающим предчувствие». Однако при всем том в поэзии должны свободно иорганически сливаться «два содержания: скрытая отвлеченность и очевиднаякрасота». Несмотря на присутствие в нем утаенного смысла, который надлежитразгадать, символическое произведение заключает в себе еще и«непосредственное конкретное содержание», «богатое оттенками». И «всегдазаконченное само по себе», существующее самостоятельно. Излагая свое понимание «символической поэзии», Бальмонт видел в нейпрежде всего поиски «новых сочетаний мыслей, красок и звуков», а в самойхарактеристике ее оставался, в общем, в пределах поэтики импрессионизма:символическая поэзия «говорит своим особым языком, и этот язык богатинтонациями; подобно музыке и живописи, она возбуждает в душе сложноенастроение,—более, чем другой род поэзии, трогает наши слуховые изрительные впечатления». Эти общие установки были реализованы в трех лучшихкнигах Бальмонта—«Горящие здания», «Будем как солнце» и «Только любовь». Третий, заключительный, этап поэтического пути Бальмонта, начинающийсясборником «Литургия красоты» (1905), характеризуется вырождением и распадомтой художественной системы, которую представлял поэт. Спад в поэзии Бальмонта обозначился в сборниках «Литургия красоты»(1905) и «Злые чары» (1906), где он обратился к рассудочной поэзии, ктеософским размышлениям и материалу народных поверий. В следующих книгах, выходивших одна за другой, Бальмонту окончательноизменили художественный вкус и чувство меры. Начиная с 1906 года онпогрузился в стихию, чуждую самой природе его дарования,—занялсярифмованными переложениями русского фольклора (отдавая предпочтениеразличным проявлениям народной фантазии и мистики, религиозномусектантству), пересказом древних космогонии и разноязычных памятниковритуально-жреческой поэзии (им посвящен целый сборник—«Зовы древности»,1908 г.). Провалом стала книга «Жар-птица» (1907), где Бальмонт попыталсявоссоздать мир славянской мифологии и былинного эпоса путем стилизации. В 1909 году Блок, высоко ценивший «настоящего» Бальмонта, вынесубийственный приговор его очередным книгам: «Это почти исключительнонелепый вздор, просто—галиматья, другого слова не подберешь. В лучшемслучае это похоже на какой-то бред, в котором, при большом усилии, можноуловить (или придумать) зыбкий лирический смысл; но в большинствеслучаев—это нагромождение слов, то уродливое, то смехотворное... И так нестраницами, а печатными листами... И писал это не поэт Бальмонт, а какой-тонахальный декадентский писарь... С именем Бальмонта далеко еще не всеотвыкли связывать представление о прекрасном поэте. Однако пора отвыкать:есть замечательный русский поэт Бальмонт, а нового поэта Бальмонта большенет». Невероятное количество написанного поэтом сослужило недобрую службу.Возник миф: Бальмонт—графоман. Тысячи стихотворных строк, а на памятьприходит лишь: «Чуждый чарам черный челн...» (1893). От чего этопроисходит? Наверное, от того, что стихотворение это характерно дляБальмонта, и не случайно сам он придавал такое значение звуковомусимволизму в русской поэзии XX века. В книге «Поэзия как волшебство» (1916)этой теме посвящены десятки страниц. «Вслушиваясь долго и пристально вразные звуки,—писал Бальмонт,—всматриваясь любовно в отдельные буквы, я немогу не подходить к известным угаданиям, я строю из звуков, слогов и словродной своей речи заветную часовню, где все исполнено углубленного смысла ипроникновения». Заметим, кстати, что Бальмонт не различает звук и букву,выказывая в этом смысле непонимание основ научной фонетики. Бальмонтначинает свое рассуждение со сравнительной характеристики гласных исогласных: «Гласные это женщины, согласные это мужчины... хоть властительнысогласные, и распоряжаются они, считая себя настоящими хозяевами слова, нена согласной, а на гласной бывает ударение в каждом слове». Главный средигласных—А, среди согласных—М. «А—первый звук, произносимый человеком, чтопод влиянием паралича теряет дар речи. А—первый основной звук раскрытогочеловеческого рта, как М—закрытого. М—мучительный звук глухонемого, стонсдержанной, скомканной муки, А—вопль крайнего терзания истязаемого. Двапервоначала в одном слове, повторяющемся чуть ли не у всех народов— Мама.Два первоначала в латинском amo - Люблю. Восторженное детское восклицающееА, и в глубь безмолвия идущее немеющее М. Мягкое М, влажное А, смутное М,прозрачное А. Медовое М и А, как пчела. В М—мертвый шум зим, в А властнаявесна. М сожмет и тьмой и дном, А взбивающий вал» и т. д. Бальмонтнанизывает одну метафору на другую—этот ряд, по существу, беспределен.Закончив с А и М, он примется за О: «Торжествующее пространство естьО:—Поле, Море, Простор... Все огромное определяется через О, хотя бы итемное:—Стон, горе, гроб, похороны, сон, полночь...». Затем будет описан У(«У—музыка шумов, и У—всклик ужаса. Звук грузный, как туча, и гуд медныхтруб...»), потом—И («Как противоположность грузному У, И—тонкая линия.Пронзительная вытянутая длинная былинка. Крик, свист, визг... И—звуковойлик изумления, испуга:—Тигр, Кит» и т. д.). В таком же духе даются ихарактеристики согласных—В, Л, Р, Н и др. Все это ни в какой мере неосновывается на объективных посылках—да Бальмонт и не пытается приводитьдоказательства: он, «теоретик», заклинает так же, как заклинает Бальмонт-поэт. Недаром он считает, что поэзия— магия, волшебство, что наивысшаяпоэзия растворяется в музыке: «Заклинательное слово есть Музыка, а Музыка сама по себе естьзаклинание, заставляющее неподвижность нашего бессознательноговсколыхнуться и засветиться фосфорическим светом». В своей поэзии Бальмонт пользовался музыкально-звукоподражательнымисвойствами словесных звучаний. В стихотворении «Кони бурь» (1910) звук р всочетании с иными звуками подражает раскатам грома, метафорическивыраженного через ржание коней: Ржали громы по лазури, Разоржались кони бурь И, дождавшись громкой бури, Разрумянили лазурь. Громы, рдея, разрывали Крепость мраков, черный круг, В радость радуги играли, Воздвигали рдяность дуг... В стихотворении «Шорохи» (1910) взрывные и шипящие согласные (ч, ш,щ), а также свистящие (с, з) создают звуковую картину загадочной жизниночной природы: Шорох стеблей, еле слышно шепчащих, Четкое в чащах чириканье птиц, Сказка о девах, в заклятии спящих, Шелест седых, обветшавших страниц... ...Не узнаешь, Не поймешь— Это волны Или рожь. Это лес Или камыш Иль с небес Струится тишь. Или кто-то Точит нож. Не узнаешь, Не поймешь. В стихотворении «Тоска степей» цепочки слов, почти освобожденных отсмыслового груза, передают перебор струн зурны: Звук зурны звенит, звенит, звенит, звенит, Звон стеблей, ковыль, поет, поет, поет, Серп времен горит сквозь сон, горит, горит, Слезный стон растет, растет, растет, растет... Впрочем, Бальмонт не ограничивал функции поэтического словазвукоподражанием или символическим заданием—это привело бы к чрезмерномуоскудению стихотворной речи. В характерных для его творчествастихотворениях «Челн томления» (1893): (Вечер. Взморье. Вздохи ветра //Величавый возглас волн) и «Чуждый чарам черный челн» (1893): (Близко буря.В берег бьется) молодой поэт экспериментирует, играет, нагнетая слова,начинающиеся на общий согласный звук, пытаясь определить его художественныевозможности (В, Б, Ч); в стихотворении «Песня без слов»—такой же эксперимент со звуком Л(Ландыши, лютики. Ласки любовные) Ласточки лепет. Лобзанье лучей (Лучзеленеющий. Луч расцветающий...), о котором в трактате «Поэзия какволшебство» сказано: «Лепет волны слышен в Л, что-то влажное,влюбленное,—Лютик, Лиана, Лилея. Переливное слово Люблю. Отделившийся отволны волос своевольный локон. Благовольный лик в лучах лампады.Светлоглазая льнущая ласка...» и т. д. «В самой природе Л имеетопределенный смысл...»—таков общий вывод Бальмонта относительносимволического смысла звука Л. Но при этом забывают, что он довольно скороот этих поисков отошел. В девятисотых годах Бальмонт увлекался Эдгаром По(«...самый волшебный поэт XIX века... первый из европейцев четко понял, чтокаждый звук есть живое существо, и каждая буква есть вестница»), длякоторого характерны словесные эксперименты—попытки воспроизвести словом истихом различные музыкальные звучания; так в стихотворении The bells(1848—1849), переведенном Бальмонтом «Колокольчики и колокола» (1895—1900),передается колокольный звон: Похоронный слышен звон, Долгий звон! Горькой скорби слышны звуки, горькой жизни кончен сон,— Звук железный возвещает о печали похорон! .. .Неизменно-монотонный, Этот голос отдаленный, Похоронный тяжкий звон, Точно сон— Скорбный, гневный И плачевный— Вырастает в долгий гул, Возвещает, что страдалец непробудным сном уснул. Символисты—и не только Бальмонт, но и Брюсов и гениальный Блок—искалипрямых соответствий между звуком и смыслом (так же, как, скажем, АртюрРембо—между звуком и цветом, а до него Бодлер—между всеми фактамичувственного мира). В общую систему символистских взглядов входилопредставление о том, что звуковая материя слова облечена высоким смыслом и,как всякая материальность, представительствует от духовной субстанции. Вданном случае усложнение приводило к упрощению: поэтическое словонизводилось до звукового знака, до чистого звука, иногда обладающего к томуже функцией примитивно подражательной. К счастью, для поэзии Бальмонта этатеория не оказалась решающей. Но обращение к ней не случайно. Одним из самых почитаемых Бальмонтом поэтов был Афанасий Фет, которыйзначительно повлиял на его творчество. Пример обнажения мелодических и в особенности звуковых приемов можноувидеть в стихотворении А. Фета: Буря на небе вечернем. Моря сердитого шум. Буря на море—и думы, Много мучительных дум. Буря на море—и думы, Хор возрастающих дум... Черная туча за тучей... Моря сердитого шум... Подробный разбор этого стихотворения дан в исследовании Б. М.Эйхенбаума «Мелодика русского лирического стиха», где он пишет: «Доминантафетовской лирики—мелодика, но в некоторых случаях—когда Фету нужно укрепитьи усилить ее действие—он пользуется и фоническими приемами, ослабляя такимсоединением «музыкальных» средств смысловую, вещественно-логическую стихиюслова. В разбираемом стихотворении интонационный параллелизм, выражающийсяв единообразии синтаксических построений (перечисления, лишенные глаголов),в анафорах и повторениях целых строк, соединяется с параллелизмом иустойчивым единообразием звуков, так что стихотворение оказывается как бызабронированным рифмами и созвучиями, которые находятся не только вкраевой, правой его части, в виде цепи концовок (шум—думы—дум;думы—дум—шум), но и в левой, а кое-где пересекают стихотворение диагональю,сцепляют край с началом и т. д.» Молодой Фет (стихотворение относится к 1842 г.) сосредоточен здесь назвуковых эффектах—развитие мелодики как таковой является позже. Бальмонтсильнее всего связан именно с этим направлением фетовской лирики—в егостихе фоника гораздо богаче и активнее мелодики. Здесь Фет открывает дорогуБальмонту, который недаром и ссылается на это стихотворение: «Этомагическое песнопение так же построено все на Б, Р и в особенности нанемеющем М... этот волшебник, чародей стиха, был Фет, чье имя как вешнийсад, наполненный кликами радостных птиц. Это светлое им» я возношу как имяпровозвестника тех звуковых гаданий и угаданий стиха, которые через десяткилет воплотились в книгах «Тишина», «Горящие здания», «Будем как солнце» ибудут длиться через «Зарево Зорь». Мы попытались объяснить одну из самых «уязвимых» и узнаваемых сторонтворчества Бальмонта, вызвавшую столько нареканий со стороны критики исоздавшей ему репутацию «графомана». Развивая теоретически и практическизвуковую теорию стиха, Бальмонт следовал (возможно, не всегда удачно)традициям русской (А. Фет) и западноевропейской (А. Рембо, Ш. Бодлер)поэзии. Помимо хрестоматийных стихотворений Бальмонта новую грань поэзииоткрывают его малоизвестные произведения. Так, в сборнике «Будем каксолнце» (1903) было опубликовано стихотворение: «Что достойно, чтобесчестно...»: Что достойно, что бесчестно, Что умам людским известно, Что идет из рода в род, Все, чему в цепях не тесно, Смертью тусклою умрет. Мне людское не знакомо, Мне понятней голос грома, Мне понятней звуки волн, Одинокий темный челн И далекий парус белый Над равниной поседелой, Над пустыней мертвых вод, Мне понятен гордый, смелый, Безотчетный крик: «Вперед!» Интересна судьба этого стихотворения. Оно было опубликовано в первомиздании сборника. В последующие выпуски автор не включал его, не вошло онои в книгу, вышедшую в серии «Библиотека поэта». И лишь в 1980 году оно былоопубликовано в сборнике «К. Бальмонт. Избранное». Видимо, поэтомустихотворение это и не попало в поле зрения исследователей, занимавшихсятворчеством поэта. В экземпляре сборника «Будем как солнце», подаренном В. Я. Брюсову ихранящемся в архиве К. Д. Бальмонта в отделе рукописей ГПБ им. В. И.Ленина, на полях против строк: Одинокий темный челн И далекий парус белый... стоит помета: «Лермонтов!», сделанная карандашом рукою Брюсова.Действительно, в этих строках есть аналогия со знаменитым «Парусом» М. Ю.Лермонтова, но эта «цитата» не удивительна. Лермонтов— один из самыхлюбимых поэтов Бальмонта, образ мятежного паруса— распространенныйстереотип—символ в романтической поэзии. Тем более, что «цитата» излермонтовского стихотворения не совсем прямая, в нее «вклинивается» темныйчелн—образ, столь характерный и любимый Бальмонтом. Интересны и другие строки этого стихотворения: Мне людское незнакомо, Мне понятней голос грома, Мне понятней звуки волн... Над равниной поседелой, Над пустыней мертвых вод, Мне понятен гордый, смелый, Безотчетный крик: «Вперед!» Сравним эту часть стихотворения с «Песней о Буревестнике» А. М.Горького: «Над седой равниной моря ветер тучи собирает. Между тучами иморем гордо реет Буревестник, черной молнии подобный...» Стихотворение Горького, написанное в 1901 году, было запрещеноцензурой, его восприняли как призыв к революции. Даже официальная прессаоткликнулась на появление «Песни о Буревестнике»: «...разве все это неполные глубокой мысли творения, разве это все не вечно живая, трепещущая,бьющаяся мысль о всем нынешнем, существующем, являющаяся в формах великого,страстного поэтического таланта? Это ли еще не вечная мечта о счастье инесравненной великой будущности человечества» . «Песня о Буревестнике» стала своего рода гимном первой русскойреволюции. Точная дата написания стихотворения Бальмонта не установлена (но непозднее 1901 г., т. к. он готовил книгу к изданию зимой 1901/02 г.). 16января 1902 года он писал С. А. Полякову: «Через несколько дней мой новыйсборник стихов будет вполне закончен» (ИРЛИ). Известно, что к этому времени относится и личное знакомство Бальмонтас Горьким. Впервые они встретились в Крыму в ноябре 1901 года. До этогоГорький дважды писал о нем: 10/1Х 1886 года и 14/Х1 1900 года в«Нижегородском листке» . Незадолго перед тем, в июне 1900 года, в журнале«Жизнь» Бальмонт напечатал три стихотворения («Ведьма», «Родник» и«Придорожные травы»), посвященные Горькому. По этому поводу Горький писалИ. А. Бунину: «А что Вы скажете о стихах Бальмонта? Мне, грешному,,,Ведьма" очень понравилась. Знай я, где он живет,—поблагодарил бы поэта завнимание, ей-богу, очень для меня лестное. Ваш брат, поэт,— аристократ, иВаша похвала всегда дороже всякой критики и всякой публики и т. д.» Тогда же, в 1900 году. Горький назвал Бальмонта «гениальным виртуозомформы». Вскоре после личного знакомства М. Горький писал В. А. Поссе:«Познакомился с Бальмонтом. Дьявольски интересен и талантлив этотнейрастеник! Настраиваю его на демократический лад...» А вот как писал обэтой встрече Бальмонт Горькому 21 декабря 1901 года, вспоминая ихзнакомство: «Последней моей фразой было: "Для меня встреча с Вами не толькорадость, но и хитрое приобретение". Фраза оборванная и с двумя словами,которые могут заставить усомниться во мне. Почему приобретение? Потому чтодо этой встречи я чего-то не знал, и это что-то большое, а глядя на Вас,слушая Вас, как слушают в лесу поющую птицу, в самом себе понял многое, чтобыло под грудами мусора, и, приобретя в Вас человека, расположенного ко мнеили хоть к стихам моим, приобрел себе и душу свою. Почему же хитрое? Потомучто душа-то у меня до отчаянности наполнена всячиной, и если бы я открылВам некоторые ее стороны, быть может. Вы прокляли бы меня и не захотели быговорить со мной. А мне до смерти хотелось говорить с Вами. Конечно, еслибы я был хитрей, я ни фразы бы этой не сказал тогда, ни, может быть, этихслов не говорил бы сейчас. Но в последнюю минуту, когда я понял, что вижуВас в последний раз перед долгой разлукой, мне вдруг стало так, что я какбудто обманно приобрел Ваше расположение. Вы понимаете меня? Я все времябыл с Вами искренним, но слишком часто неполным. Как мне трудноосвободиться сразу—и от ложного, и от темного, и от своей наклонности кбезумию, к чрезмерному безумию». О чем же говорит несомненная схожесть стихотворений Бальмонта иГорького? Скорее всего о том, что Бальмонт, так же как и Горький,чувствовал «предстоящую бурю» в России. И появление стихотворения «Чтодостойно, что бесчестно» одновременно с «Песней о Буревестнике» неслучайно. Бальмонт-поэт чутко реагировал на настроения в России незадолгодо революции 1905 года, пытаясь их выразить через символические образыромантической поэзии. К сожалению, осталась почти не изученной часть поэтического наследияБальмонта—детского поэта. В конце 1905 года в Москве в издательстве «Гриф»была напечатана книжка «Фейные сказки». В ней было помещено 71стихотворение. Посвящена эта книга Нинике— Нине Константиновне Бальмонт-Бруни, дочери Бальмонта и Е. А. Андреевой. Об этой книге изящных стилизацийдетских песенок восторженно писал В. Брюсов: «В "Фейных сказках" родниктворчества Бальмонта снова бьет струёй ясной, хрустальной, напевной. В этих"детских песенках" ожило все, что есть самого ценного в его поэзии, чтодано ей как небесный дар, в чем ее лучшая вечная слава. Это песни нежные,воздушные, сами создающие свою музыку. Они похожи на серебряный звонзадумчивых колокольчиков, "узкодонных, разноцветных на тычинке под окном".Это—утренние, радостные песни, спетые уверенным голосом в ясный полдень. Посвоему построению ,,Фейные сказки"—одна из самых цельных книг Бальмонта. Вее 1-ой части создан—теперь навеки знакомый нам—мир феи, где бессмертнойжизнью живут ее спутники, друзья и враги: стрекозы, жуки, светлячки,тритоны, муравьи, улитки, ромашки, кашки, лилии... И только 111-я частькниги, несколько измененным тоном, вносит иногда диссонансы в этулирическую поэму о сказочном царстве, доступном лишь ребенку и поэту». Приведем два стихотворения из сборника «Фейные сказки»: Фея за делом К Фее в замок собрались Мошки и букашки. Перед этим напились Капелек с ромашки. И давай жужжать, галдеть В зале паутиной, Точно выискали клеть, А не замок чинный. Стали жаловаться все С самого начала, Что ромашка им в росе Яду подмешала. А потом на комара Жаловалась муха: Говорит, мол, я стара, Плакалась старуха. Фея слушала их вздор И сказала: «Верьте, Мне ваш гам и этот сор Надоел до смерти». И велела пауку,— Встав с воздушных кресел,— Чтобы тотчас на суку Сети он развесил. И немедля стал паук Вешать паутинки. А она пошла на луг Проверять росинки. Кошкин дом Мышка спичками играла, Загорелся кошкин дом. Нет, давай начну сначала. Мышка спичками играла Перед Васькой, пред котом. Промяукал он на мышку, А она ему: «Кис-кис». «Нет,—сказал он,—это—лишку»,— И за хвостик хвать плутишку, Вдруг усы его зажглись. Кот мяукать, кот метаться. Загорелся кошкин дом. Тут бы кошке догадаться, А она давай считаться, Все поставила вверх дном. Погубила ревность злая, Кошкин дом сгорел дотла. «Этой мышке помогла я»,— Спичка молвила, пылая. Мышка до сих пор цела. При прочтении этих стихов читатель, несомненно, проведет аналогии схрестоматийно известными: «Мухой-Цокотухой» К. И. Чуковского и сказкой«Кошкин дом» С. Я. Маршака. Бальмонт—знаменитый поэт, переводчик классических произведений мировойлитературы, теоретик русского символизма—и автор детских стихов? На первыйвзгляд отход поэта от «высокого искусства» кажется непонятным, неожиданным.Самое простое объяснение, которое можно привести,—это некий спад влитературной деятельности. Действительно, стихотворные сборники поэта,вышедшие в те годы, не имели такого успеха, как «Горящие здания» и «Будемкак солнце». Но скорее всего причина обращения Бальмонта к детской поэзии вдругом. С марта 1902 по июль 1905 года поэт живет за границей. Он многопутешествует, занимается переводами, знакомится с фольклором и культуройдругих стран. Возможно, именно это и подтолкнуло Бальмонта заняться детскойлитературой, ведь феи, букашки, комары, стрекозы, мошки, пауки—героискандинавских, южнославянских фольклорных произведений. Появление необычных героев детских стихов значительно расширило ихтематику. До этого круг персонажей сказок был достаточноограничен—бесконечные приключения медведей, зайцев, лисиц, коней и т. д.,т. е. набор литературных героев ограничивался как бы признакамиузнаваемости; или другой тип персонажей, который имел чисто литературнуюоснову: Золушка, Царь Салтан, Красная Шапочка и т. д. Знакомя читателей с новыми, необычными для русской поэзии фольклорнымиперсонажами, малоизвестными в России, Бальмонт оставался верен одному изглавных своих творческих принципов— открытию неизвестной страницы мировойкультуры для русского читателя. Сборник «Фейные сказки» стал новым этапом в истории детской поэзии.Лучшие произведения детской литературы (сочинения К. И. Чуковского и С. Я.Маршака) следуют этой традиции, начало которой заложил Бальмонт. Ксожалению, «Фейные сказки» так и не дошли до своего настоящего читателя. При всей многогранности творчества Константина Дмитриевича Бальмонтапри подготовке настоящего издания наш выбор остановился на трех егосборниках: «Горящие здания», «Будем как солнце», «Только любовь»,написанных в 1900—1903 годах. Именно эти книги принесли славу и признание,создали ему репутацию первого поэта среди модернистов (сборник «Будем каксолнце» разошелся в полгода в количестве 1800 экземпляров, что по темвременам было успехом неслыханным для поэтической книги). Издавая сборники целиком, мы следуем воле Бальмонта. Известно, чтопоэт очень внимательно относился к структуре своих сборников. Изменения,которые он вносил в текст своих книг, крайне редки и по существунезначительны. Этому Бальмонт находил своего рода теоретическоеобоснование. Осуждая В. Брюсова, который предпринял переработку раннихсвоих стихов, он писал: «Лирика по существу своему не терпит переделок и недопускает вариантов. Разночтения лирического чувства или же лирическивыраженной мысли ищут и должны искать у понимающего себя поэта нового инового выражения—в виде написания новых родственных стихотворений, а никакне в кощунственном посягновении на раз пережитое, раз бывшее цельным и всекундности своей неумолимо-правдивым ушедшее мгновение» .




Нажми чтобы узнать.

Похожие:

Константин Бальмонт, биография и творчество iconКонстантин Бальмонт. Биография и творчество Константин Бальмонт. Биография и творчество
Константин Дмитриевич Бальмонт родился 3 июня 1867 года в деревне Гумнищи, Шуйского уезда, Владимирской губернии
Константин Бальмонт, биография и творчество iconИнформационное письмо приглашаем Вас принять участие в Международной научной конференции «биография и творчество с. А. Есенина в энциклопедическом формате»
«биография и творчество с. А. Есенина в энциклопедическом формате», посвященной 116-й годовщине со дня рождения С. А. Есенина
Константин Бальмонт, биография и творчество iconВалерий Брюсов и Константин Бальмонт
Брюсов поэтический вождь символистов. Руссский сиволизм как литературное направление родился с появлением поэтич сборников “Русские...
Константин Бальмонт, биография и творчество iconБиография и творчество Пришвина

Константин Бальмонт, биография и творчество iconБиография и творчество Ф. И. Тютчева

Константин Бальмонт, биография и творчество iconДостоевский биография и творчество

Константин Бальмонт, биография и творчество iconБиография и творчество Булгакова

Константин Бальмонт, биография и творчество iconБиография и творчество Андрея Рублёва

Константин Бальмонт, биография и творчество iconТест№3 Жизнь и творчество А. С. Пушкина Часть Биография
Расставьте в хронологической последовательности важнейшие события жизни и творчества А. С. Пушкина
Константин Бальмонт, биография и творчество iconБиография
Жанр исторической художественной прозы. Современная биография выявляет, историческую национальную и социальную обусловленность, психологический...
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©rushkolnik.ru 2000-2015
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы