Анархизм и его отношение к политической власти icon

Анархизм и его отношение к политической власти



НазваниеАнархизм и его отношение к политической власти
Дата конвертации14.07.2012
Размер377.12 Kb.
ТипРеферат
Анархизм и его отношение к политической власти


МИНИСТЕРСТВО ТРАНСПОРТАСлужба «РОСМОРФЛОТ»НОВОРОССИЙСКАЯ ГОСУДАРСТВЕННПЯ МОРСКАЯ АКАДЕМИЯКафедра ФилософииРеферат«Анархизм и его отношение к политической власти»Рецензент: преподаватель Розенфельд Э.В.Выполнил: студент 531 гр. Аврамченко Р.Г.НОВОРОССИЙСК1999 Г.Оглавление Введение. 3Как марксизм боролся с анархизмом 7Анархо-коммунизм П.А. Кропоткина 12Заключение 18Список используемой литературы: 20 Введение. Цель данного реферата уяснить что такое анархизм, как возник ( т.е. егоисторические корни), чего добиваются его последователи и какими методамиони хотят прийти к желаемому результату. Прежде всего хотелось бы узнатьчто означает само слово анархизм, для этого обратимся к Советскойэнциклопедии: Анархизм - (от греческого Anarhia - безвластие) общественноеполитическое движение которое выступает за немедленное уничтожение всякойгосударственной власти (в результате "самовольного" стихийного бунта масс)и создание федерации мелких автономных ассоциаций производителей, отвергаетполитическую борьбу рабочего класса и диктатуру пролетариата. Известна иформулировка этого слова одного из представителей анархизма П. Кропоткина:Анархия — это учение, которое стремится к полному освобождению человека отига Капитала и Государства. Определив, что такое анархизм поговорим о егоистоках. Элементы анархического мировоззрения были известны на протяжении многихвеков. Стремление к полной свободе личности в свободном обществе, отрицаниевласти и эксплуатации – подобные настроения в той или иной форме можнообнаружить у античных киников и у китайских даосов, у средневековыханабаптистов и у английских диггеров, у русского еретика Ф. Косого ифранцузского мыслителя конца XVIII в. С. Марешаля. Роднящее упомянутыхмыслителей умонастроение уместно обозначить термином протоанархизм. Однако анархизм в собственном смысле этого слова, несомненно, порожденреалиями нового времени. Лишь с конца XVIII столетия, когда Европа вступилав эпоху великих революций, способствовавших утверждению человеческойиндивидуальности и крушению основ традиционного общества, постепеннооформляется анархизм – сначала как философское учение, а затем какреволюционное движение. Анархизм стал реакцией на достижения и неудачи Великой Французскойреволюции: манящий идеал свободы, равенства и братства обернулся новымотчуждением; парламентская демократия не принесла желанного освобожденияличности[1]. Анархизм окончательно сформировался в 1830–1840-е гг. – в борьбе иполемике с либерализмом и государственным социализмом. Если первыйподчеркивал значение политической свободы гражданина (признаваянеобходимость сохранения, хотя и предельно минимизированного, государства),то второй выступал за социальное равенство, считая инструментом егоосуществления тотальную государственную регламентацию. Девизом жеанархизма, противостоявшего обоим течениям, можно считать знаменитые словаМихаила Бакунина: «Свобода без социализма есть привилегия инесправедливость...
Социализм без свободы есть рабство и скотство». Рождение российского анархизма Рождение российского анархизма затянулось на несколько десятилетий. Лишьв 80-е годы XlX в. он сформировался в революционное движение и начал игратьопределяющую роль в системе общественно-политических взглядов народников.Большинство из них поначалу, находились под влиянием бакунинских идей.М.А. Бакунин, на первое место выдвигал борьбу всеми дозволенными способамис государством и его институтами и громогласно объявил себя врагом любойвласти. В манифесте-книге “Государственность и Анархия” - он предложилсвоим последователям единственную форму революционной борьбы - немедленноевсенародное восстание для разрушения государственного строя. Взаменпредлагалось организация вольного братского союза “производительныхассоциаций, общин и областных федераций, обнимающих безгранично, потомусвободно, людей всех языков и народностей” По мнению Бакунина, долгом каждого честного революционера должна быластать поддержка в народе инстиктунтивного духа протеста, его постояннойготовности к революции. “ Живой ток революционной мысли, воли и дела”должен был разбить традиционную замкнутость крестьянского мира, наладитьсвязь между фабричными работниками и селянами и создать на их основенесокрушимую силу, способную одним махом произвести в стране социальнуюреволюцию. Развивая теоретические построение Бакунина, члены кружка А.В. Долгушинавскоре предложили идею “хождение в народ” с целью подготовки крестьянскихвосстаний для осуществления социальной революции. Через “хождение в народ”прошли многие видные люди эпохи, искавшие действительные способы борьбы ссамодержавием. Дальнейшее развитие анархические построения нашли в лице П.А,Кропоткина. Осенью 1873 г. по поручению “чайковцев” (членов кружка Н.В.Чайковского) - он составил программный документ организации, манифест -"Должны ли мы заняться рассмотрением идеала будущего строя ?" В этомдокументе идеалом будущего строя объявлялась “анархия “ - т.е. “союзвольных коммун”, без центральной государственной власти. Движущими силамидля проведения в жизнь анархической программы Кропоткин считал не толькокрестьян, но и городских рабочих: “Здесь мы должны распространять наши воззрения, здесь должны мыподыскать товарищей. Прежде всего восстание должно произойти в самомкрестьянстве и городских рабочих только тогда может оно рассчитывать науспех”. Насколько сильна была вера в осуществимость анархических построений уроссийской молодежи той поры, показывает тот факт, что в первых большихсудебных процессах 70-х годов, организованных правительством противреволюционеров (процессы “50-ти”и“193-х”), наиболее видные обвиняемыепочитали за честь называть себя анархистами. В начале ХХ в. в России, в условиях общего революционного подъема иневиданной по накалу классовой борьбы, анархизм - вечный спутник революцийи социальных потрясений вновь заявил о себе, как об общественно-политическом движении, объединяющем леворадикально, демократическинастроенные слои общества. Первые шаги к усилению роли анархизма в общественно-политической жизнистраны были сделаны за границей. В 1900 г. в Женеве возникает организацияроссийских анархистов-эмигрантов “Группа русских анархистов за границей“,издавшее воззвание с призывом к свержению самодержавия и социальнойреволюции. Ее лидерами были Мендель Дайнов, Георгий и Лидия Гогелия.Супруги Гогелия в 1903 г. в Женеве создали группу анархистов-коммунистов“Хлеб и Воля”, принесшую известность Российскому анархизму. “Хлебовольцам”при поддержке Кропоткина, М. И. Гольдсмит и В. Н. Черкезова удалось в томже году организовать первого российского анархического печатного органа заграницей - газеты “Хлеб и Воля”. В самой России первые анархистские группы появляются весной 1903 г. вг.Белостоке Гродненской губернии среди еврейской интеллигенции иприсоединившихся к ней ремесленных рабочих; летом - в г. НежинеЧерниговской губернии в среде учащийся молодежи. Начавшийся процессобразования анархистских групп на территории страны шел по восходящийлинии, и уже к концу 1903 г. функционировало 12 организаций в 11 городах, ав 1904 г. - 29 групп в 27 населенных пунктах северо-запада, Юго-запада иЮга страны. География российского анархизма четко обрисовалась в 1905-1907 годах.“Столицами” движения считались Белосток, Екатиринослав и Одесса. Социальную основу анархического движения составляли преимущественнокустари, ремесленники, торговцы, крестьяне, деклассированные элементы,часть интеллигенции, а также немногочисленные группы рабочих недовольныесуществующими порядками, но слабо представляющие пути и средства борьбы сними. Если попытаться составить обобщенный портрет анархиста периода первойроссийской революции, то он бы выглядел так: это был бы молодой человек(или девушка) 18-24-летнего возраста, имевший начальное образование ипредставлявший, как правило демократические слои общества. Среди анархистовпрактически не было лиц зрелого возраста. Самым пожилым в движение были -его основатель Кропоткин (1842) и его ближайшая последовательница М. И.Гольдсмит (1858). Основная масса крупных организаторов движения - М. Э.Данилов, Н. И. Музиль, Я. И. Кирилловский, А. А. Боровой, В. И.Федоровловский (Д. Новомирский), - родились в середине - конце 70-х гг. XIXв., т.е. к моменту революции им было около 25 - 32 лет. В основномруководители и теоретики анарходвижения имели высшее или среднееспециальное образование, большие навыки агитационной работы. Июльский политический кризис 1917 г. закончился поражением силреволюции и частичным разгромом анархических организаций. В этот период напередней край борьбы вновь выходит Кропоткин. Его фигура привлекла вниманиене только революционеров, но и сторонников правительства, пытавшихсяиспользовать в своих целях авторитет великого ученого и мыслителя. А. Ф.Керенский делал невероятные усилия, чтобы уговорить Кропоткина войти воВременное правительство, предлагая ему на выбор любой пост министра.Кропоткин отказался ответив: "Я считаю ремесло чистильщика сапог болеечестным и полезным”. Очевидно, результатом длительных размышлений стало егоучастие в работе Государственного совещания в Москве,15 августа 1917г. Консервативные круги вряд ли ожидали услышать от теоретика анархизмапроповедь идеи классового примирения всех сил “и правых и левых”,действующих в революции. Возможно, это был хитрый ход политика считавшего,что достичь царства анархии можно будет только в условиях мира идемократии. Но за такое положение дел анархистам еще предстояло бороться.Накануне Октября 1917 г. они были все еще в значительной степениразрозненны. Колебание различных частей анархического движения не спаслиего от подчинения решительной и властной тактике большевиков. В дни Октябрябольшевики использовали анархистов в качестве боевой, разрушительной силыпротив буржуазии, оказывая им всемерную помощь оружием, продовольствием ипр. Анархисты, окунувшись в родную стихию борьбы и разрушения, участвовалив октябрьских событиях 1917 г. в Петрограде, Москве, Иркутске и другихгородах. Но для большевиков утвердившихся у власти, анархизм, с его лозунгамиборьбы за свободу личности и против государственных институтов, был хороштолько до той поры, пока не мешал осуществлению собственных плановгосударственного строительства. Большевики опасались соединения идейанархии с лозунгами своих противников из среды демократических слоевобщества. Для борьбы с анархистами и их попутчиками были использованы всеметоды: от обвинения их в поддержке “буржуазных контрреволюционеров”, ворганизации “пьяных погромов” до попыток формирования ими собственныхотрядов. 17 декабря в газете петроградских анархистов появился призыв к созданиюсобственных вооруженных сил. “Вольные анархические дружины” нужны былианархистам ”для организованного удара... по власти, для смертельной засоциальную революцию”. В публикации содержалась прямая угроза большевикам:”Если вы станете на нашем пути к анархии, к коммуне, мы растопчем и вас”.Весной 1918 г. анархисты приступили к созданию постоянных боевых отрядов.Кадры “боевиков” предназначались для борьбы “за идеалы анархизма”, с“контрреволюцией” в России, а также для подавления выступлений “германскихбелогвардейцев”. Постоянная нацеленность анархистов на задачи мирового революционногоразвития не мешала им устраивать прозаические налеты на квартиры, грабитьсклады и магазины, и даже захватывать здания. Московские анархическиегруппы зимой 1918 г. устроили настоящие соревнование по захвату особняковв городе. Почувствовав за собой некую силу, анархисты решили добитьсяокончательного своего признания Советской властью. Весьма важной для нихбыла задача обеспечения оружием и продовольствием в равных пропорциях скрасногвардейцами. Власти Москвы и Петрограда признали требованияанархистов недопустимыми и запретили им выдачу оружия. Анархисты не могли смирится с таким решением властей. В конце марта 1918г. члены Московской Федерации анархических групп официально уведомилиМоссовет о захвате помещения купеческого собрания на Малой Дмитровке дом №6 и размещении там своих организаций. Такая позиция создала угрозувозможных насильственных действий против большевиков. Насколько такаязадача была реальной и выполнимой для анархистов? Сейчас трудно ответить на этот вопрос. Во всяком случае, в Москве сталиусиленно распространятся слухи о готовящемся выступление анархистов. В ночь с 11 на 12 апреля в городе силами ВЧК, воинских частей илатышских стрелков из охраны Кремля был проведен захват зданий, занимаемыханархистами, и разоружение сторонников анархии. В некоторых местаханархисты оказывали сильное сопротивление, но в основном застигнутыеврасплох, сдавались. Вскоре было проведено разоружение анархических групп вПетрограде, Вологде, подавлен анархо-мятеж в районе Бугуруслана-Самары. Верхушка движения не имевшая после смерти П. А. Кропоткина в 1921 г.подлинного руководителя и теоретика, раскололась на несколько частей. Многие анархисты заявило о кризисе движения, его перерождение своемжелании трудится на благо большевиков и вступило в РКП(б). Другая частьдуховному гнету и лжи предпочла эмиграцию и выехала или была выслана заграницу. Наконец, оставшийся в стране приверженцы анархии пыталисьпроводить какую-то работу но их было ничтожно мало. Многие анархисты тяжело переживая разрыв с родиной, одиночество, иусталость от бесполезной борьбы, принимают решение вернуться в СССР. Кто-товозвращался по своей воле, кто-то из-за связей с чекистами, но как правилоконец жизни эти в прошлом идейные анархисты проводили одинаково - настройках и лагерях ГУЛАГа. В 1929 г. на воле уже практически ни кого не было. Анархическиеорганизации в стране прекратили свое существование. Как марксизм боролся с анархизмом Советская историография рассматривала взаимоотношения Маркса и Бакунинавсегда с одной позиции, с позиции официально принятой идеологическойдоктрины. Всегда Маркс оказывался носителем истины, а Бакунин - злодеем, нежелавшим подчиняться уставным требованиям и создавшим свой "подпольный"Альянс с целью захвата власти в Международном Товариществе Рабочих. Однакосегодня есть возможность и необходимость посмотреть на давние события болеетрезвым и независимым взлядом. Известно отношение Ленина к анархизму, как к движению, имеющему общуюцель с коммунистами. Расхождение определялось лишь в принципах достижениябезгосударственного общества. Можно поэтому полагать, что и ранее в IИнтернационале напряженная борьба между марксистами и бакунистамиразгорелась в основном не по вопросам целеопределения, а вокругопределяющих управление организацией должностей, т.е по вопросам влияния. Деятельность Бакунина в Интернационале неразрывно связана с еговзаимоотношениями с К. Марксом, которые, в свою очередь, сложились вовторой половине 40-х годов XIX века под воздействием появившегося уБакунина интереса к коммунистическим идеям. Впервые о коммунизме Бакунин узнал из книги "Die Socialisten inFrankreich" (1848) доктора Лоренца Штейна, в которой излагались системыфранцузских социалистов Бабефа, Сен-Симона, Фурье и других. Эта книгаоткрыла ему новый мир, в который он "бросился со всею пылкостью алчущего ижаждущего..." С этого момента Бакунин с большим вниманием следил заразвитием теории, поскольку смотрел на коммунизм, как на "естественный,необходимый результат экономического и политического развития ЗападнойЕвропы; видел в нем юную, элементарную, себя еще не знающую силу,призванную или обновить или разрушить в конец западные Государства". Познакомился Бакунин и с работами Вейтлинга о коммунизме. Естественно,что этот его интерес не мог не привести к основоположникам марксизма, К.Марксу и Ф. Энгельсу. Бакунин высоко оценил личные качества Маркса. Однако,не смотря на уважение его "за его знания и за его страстную и серьезнуюпреданность делу пролетариата", большой интерес к его теории, Бакунин былдалек до полной близости марксистским идеям. И причиной этому было ещеподсознательно складывающееся к концу 40-х годов анархистскоемировоззрение, категорически отрицающее любую форму государственности, втом числе и пролетарскую. Для К. Маркса государство "подлежало некоторым починкам идолженствовало, как таковое, играть роль в деле улучшения быта рабочегокласса". Бакунин же придерживался другой цели - "окончательного и полногоосвобождения рабочих и народного труда от ига всех его эксплуататоров -хозяев, владельцев сырого материала и орудий производства, словом всехпредставителей капитала, а также уничтожения всякой политики посредствомразрушения Государства. Надо сказать, что с первых же дней знакомства Маркс и Бакунинпочувствовали друг в друге соперников. И все их дальнейшие взаимоотношениястроились с позиций соперничества. Первый удар нанес Маркс, опубликовав 6июля 1848 года непроверенную (как позже оказалось - ложную) информациюфранцузского корреспондента в своей газете Neue Rheinische Zeitung. В нейговорилось о шпионской деятельности Бакунина в пользу России. Несмотря напоследующие опровержения и извинения, а также внешнее примирение,начавшаяся клеветническая кампания против Бакунина оставила свойнеизгладимый след, что дало повод Бакунину дать резкую оценку Марксу,который возненавидел его более других за то, что он не захотел бытьпринужденным посетителем их обществ и собраний. Дальнейшие взаимоотношения Бакунина и Маркса были продолжены в 60-хгодах, когда за плечами у первого остались годы активной революционнойдеятельности и длительного сурового заключения. К этому времени у Бакунина(не без влияния в том числе марсизма) окончательно оформилось анархистскоемировоззрение. Так под воздействием идей К. Маркса Бакунин сделался горячимпоследователем идеи общинной собственности в противоположностьсобственности индивидуальной. В конце 1864 года К. Маркс предложил Бакунину вступить в только чтосозданное Международное Товарищество Рабочих (I Интернационал), вполнеопределенно рассчитывая на его помощь в борьбе против влияния мадзинистов витальянском и других национальных революционных движениях. Познакомившись спрограммными документами, Бакунин формально выразил свою готовностьпропагандировать идеи Интернационала в Италии. Но Бакунин скрыл от Марксатот факт, что он в это время уже имел свое тайное общество. И на это былипричины. Во-первых, различались их принципиальные взгляды на государство иметоды достижения цели (Бакунин считал, что коммунизм ...сосредотачивает ипоглощает все силы общества в пользу государства,... неизбежно приводит ксосредоточению собственности в руках государства, между тем как я хочууничтожения государства...). Во-вторых, Интернационал в то время до событий, "давших ему в 1866 годуновую жизнь, являлся довольно безвредной организацией - механическойагломерацией секций и рабочих обществ, не имевшей ни революционного духа,ни ярко выраженных социальных идей. Бакунин вступил в Интернационал (Женевскую секцию) лишь в июле 1868года и попытался с согласия женевских интернационалистов сблизить Лигу Мираи Свободы, в которой тогда состоял, с Интернационалом. Однако Брюссельскийконгресс Интернационала, получивший приглашение Лиги, напыщенно заявил, что"Лига Мира и Свободы не имеет причин существовать, раз естьИнтернационал..." Как известно, в Берне на конгрессе Лиги произошел раскол во времяобсуждения вопроса об отношении к социализму. Бакунин вместе с 18 членамивышел из Лиги и основал 25 сентября Альянс Международной социалистическойДемократии. Этот Альянс заявил, что признает все положения Интернационала исчитает себя его ветвью". Далее Бакунин предпринял попытку включить Альянсколлективным членом в Интернационал, чтобы тот, встав в авангард, успел бы"вовремя внести в движение на континенте некоторую долю здорового идеализмаи революционной энергии". Однако Маркс в штыки встретил поползновения Бакунина, считая, чтопредставленная программа - это "поверхностно надерганная отовсюду мешанина- равенство классов, отмена права наследования как исходная точкасоциального движения (сен-симонистский хлам), атеизм, предписываемый членамИнтернационала как догма, и т.д., а в качестве главной догмы (по-прудонистски) - воздержание от участия в политическом движении".Естественно, что бакунинская программа и не могла быть воспринята иначе,поскольку противоречила, по мнению Маркса, основным положениямИнтернационала. Бакунин получил отказ по причине несоответствия структурыорганизации уставным требованиям Интернационала. Образовать свою секцию в Интернационале Бакунин смог лишь после внесенияизменений в программные документы Альянса. Создавая свою коалицию вИнтернационале, Бакунин преследовал цель воспользоваться существующеймеждународной организацией для расширения сферы влияния своих идей.Аналогичную цель преследовал Маркс. Принимая в свою организацию бакунистов, он надеялся открыть себе путь вте тайные организации, где сильны были позиции сторонников Бакунина. А онибесспорно имели большое число сподвижников в Италии, Испании и юрской частиШвейцарии, в отдельных слоях населения Франции и Германии. Именно поэтомуне развернулась дискуссия в момент принятия анархистов в Товарищество. Однако дальнейшая история взаимоотношений коммунистов и анархистов вИнтернационале представляет собой целую череду идеологических столкновенийпо политическим вопросам революционного движения, столкновений"авторитарного и умеренного крыла ассоциации с революционным и анархическимтечением, представленным Бакуниным и его товарищами". В переписке Маркса и Энгельса 1869 года сквозило подозрение, чтоБакунин хочет встать во главе европейского рабочего движения. "Быть может,его придется официально исключить из Интернационала" - писал Маркс;"...нужно не дремать и постараться его обезвредить" - вторил ему Энгельс. Сконца этого года началась подпольная кампания интриг и клеветы со сторонымарксистской части Интернационала, направленная на устранение идейнойоппозиции, достижение единомыслия во всех ее частях. Первое серьезное столкновение взглядов произошло у Бакунина и Маркса воценке Парижской Коммуны - народного правительства, просуществовавшего 72дня. Бакунин упрекал ее за то, что она "проявляла склонность кзаконодательной деятельности, изданию декретов, никоим образом нестремилась стимулировать анархию" и не имела ни малейшего представления опутях "упразднения всех политических и юридических институтов". Маркс жеписал о том, что Коммуна "была, по сути дела, правительством рабочегокласса", явилась первой исторической формой государства пролетарскойдиктатуры. Попытки внедрить теорию бунтарского анархизма Бакунина в революционнуюпрактику были продолжены в Испании и Италии. Однако здесь последовалинеудачи, причина которых вероятно в ошибочно выбранной тактике, недооценкеполитических методов. Но такая тактика соответствовала бунтарской доктринеБакунина. Тем не менее, это послужило причиной резких обвинений со стороныМаркса и его сторонников в предательстве анархистами интересов рабочегокласса. Организованный марксистами 2-7 сентября 1872 года в Гааге конгрессИнтернационала превратился в настоящее судилище над анархистами,обвиненными во всех смертных грехах. Место проведения конгресса быловыбрано так, чтобы среди участников было меньше федералистов. Наканунеконгресса комиссией, состоящей из марксистов, некоторым федерациям исекциям секретно была разослана брошюра "Мнимый раскол в Интернационале",направленная против Бакунина и его сторонников. Авторство брошюрыоставалось явно за Марксом, который "собрал через своих агентов все, по егомнению, наиболее компрометирующие данные, группировал их и снабдил своимикомментариями". Узнав об этом циркуляре, Бакунин выразился так: "Дамоклов меч, такдолго висевший над нашими головами, наконец, упал. Собственно говоря, - этоне меч, а обычное оружие Маркса - куча грязи...". Собранные факты были не бесспорны и даже относились к другой организации(нечаевской). Более того, есть основания полагать, что большая их частьбыла специально инспирирована с вполне определенной целью устраненияполитического соперника. Обвинение было построено по поводу веденияанархистами раскольнической деятельности внутри Товарищества при помощизаконспирированной тайной организации. Однако, предъявляемые документыэтого доказать не могли и главенствовали исключительно эмоции. Особенномарксистов возмущал тот факт, что по деятельности бакунистов судили отактике и стратегии всего Интернационала. Бакунина также обвинили в преступной связи с русским авантюристомНечаевым, хотя ранее Бакунин уже признал, что слишком доверился"представителю российской революционной организации". Бакунину приписалиавторство "Катехизиса революционера", к которому он имел, по-видимому, лишькосвенное отношение. Председатель Комиссии Куно на конгрессе заявил, что уних в действительности нет ни одного материального доказательства,подтверждающего приписываемые обвиняемым инкриминируемые факты, но Комиссия"по отношению к этим гражданам имеет моральную уверенность в их виновностии поэтому, не имея возможности представить конгрессу определенныхдоказательств, Комиссия просит Конгресс довериться ее заключению". Такимобразом Интернационал был очищен от "анархистского духа". Но победа оказалась Пирровой победой. Уже на самом конгрессе даже состороны сторонников Маркса высказывалось недовольство его диктаторскимизамашками. Чувствуя это, Маркс с целью сохранения своего руководства решилперенести Генеральный Совет Интернационала в Нью-Йорк. "Итак, раскол в Интернационале был провозглашен" - писали Маркс иЭнгельс, Гаагский конгресс, таким образом, разделил интернационалистов надва полюса: сторонников и противников Бакунина, а значит, и по отношению косновным методам политической деятельности. Идейное и организационное размежевание предопределило судьбуМеждународного Товарищества Рабочих, Генеральный Совет которого вынужденбыл распустить самого себя в Филадельфии. "Это произошло 15-го июля 1876года через 2 недели после смерти Бакунина". Много ярких и страстных страниц посвятил Бакунин всесторонней критикегосударства и его разрушительного влияния на людей – как управляемых, так иуправляющих. «Государство – это самое вопиющее, самое циничное и самоеполное отрицание человечности, – писал русский анархист. – Оно разрываетвсеобщую солидарность людей на земле и объединяет только часть их с цельюуничтожения, завоевания и порабощения всех остальных». Бакунин считал, чтопроизвол, чинимый над человеком и обществом, государство напыщенно именует«законом». Государство, по Бакунину, является не чем иным, как «официальной иправильно установленной опекой меньшинства компетентных людей ... чтобынадзирать за поведением и управлять поведением этого большого неисправимогои ужасного ребенка – народа». Поскольку всякая власть стремится себяувековечить, «ребенок» никогда не достигнет совершеннолетия, пока над нимгосподствует упомянутая опека. «Итак, там, где начинается государство,кончается индивидуальная свобода, и наоборот. Мне возразят, чтогосударство, представитель общественного блага, или всеобщего интереса,отнимает у каждого часть его свободы только с тем, чтобы обеспечить ему всёостальное. Но остальное – это, если хотите, безопасность, но никак несвобода. Свобода неделима: нельзя отсечь ее часть, не убив целиком. Малаячасть, которую вы отсекаете, – это сама сущность моей свободы, это всё...Такова уж логика всякой власти, что она в одно и то же время неотразимымобразом портит того, кто ее держит в руках, и губит того, кто ей подчинен». Осуждая патриотизм как государственно-националистическую идеологиюрабства и ненависти, Бакунин подвергает подробной критике ипредставительную демократию, опирающуюся, по его мнению, на манипулированиеуправляемыми массами. Проблемы государства и социальной революции Бакунинанализирует в связи с национальными особенностями различных европейскихнародов, с их историей и культурой. Если бисмарковская Германияпредставляется Бакунину воплощением духа государственничества, централизма,милитаризма и бюрократии, то романские и славянские народы мыслительрассматривает как среду, стихийно порождающую анархистов. Надо признать,что именно в славянских странах и в Южной Европе анархическое движениеполучило наибольший размах в 1860–1870-е гг. и позднее. В своих произведениях Бакунин последовательно критикует государственныйсоциализм (прежде всего марксизм). Не веря во временный характерпредлагавшейся Марксом «диктатуры пролетариата» (поскольку всякая диктатурастремится себя увековечить), отрицая марксистскую идею правления «научныхсоциалистов» и возможность введения социализма через тотальноеогосударствление общественной жизни и производства, Бакунин доказывал:поскольку эксплуатация и власть неразрывно связаны друг с другом,уничтожение первой при сохранении второй неизбежно приведет к появлениюнового класса – «красной бюрократии», идущей на смену старымпривилегированным классам. Бакунин призывал к социальной революции, разрушающей классово-государственные институты общества и заменяющей их безгосударственно-социалистической федерацией общин, коммун, трудовых коллективов. Главнойсилой, способной совершить революцию, Бакунин считал в Европе пролетариат(«чернорабочий люд»), а в России – крестьянство. Таким образом, Бакунин радикализировал прудоновский анархизм, развил егои популяризировал в рабочем движении. Итогом деятельности Бакунина явилосьширокое распространение анархизма – прежде всего в Испании, Италии,Швейцарии, России, Бельгии, Голландии, во Франции. Наиболее заметнымпроявлением этого процесса стали возникновение анархистского крыла вМеждународном товариществе рабочих (Первом Интернационале) и ПарижскаяКоммуна. Промарксистский Генеральный совет Интернационала вел борьбу с Бакунинымдовольно постыдными методами; в ход было пущено всё: закулисные аппаратныеинтриги; организация фиктивных секций, создавших мнимое марксистскоебольшинство на Лондонской конференции 1871 г. и на Гаагском конгрессе 1872г.; бездоказательные обвинения, клевета. Однако достигнутая подобнымисредствами победа Маркса оказалась Пирровой – после «исключения» Бакунинаиз Интернационала «весь Интернационал восстал против недостойной комедииГаагского съезда, так грубо подтасованного Главным советом». Почти всесекции Интернационала: бельгийские, французские, английские, испанские,итальянские, голландские, швейцарские и американские – отвергли решения,принятые в Гааге, и отказались подчиниться Генеральному совету,поддержавшему Маркса. Большинство этих секций, соединившись, образовалиновый, анархический Интернационал, просуществовавший до 1879 г. ПопыткаМаркса превратить Международное товарищество рабочих в централизованнуюпартию, исповедующую одну – «научно-социалистическую» – доктрину, полностьюпровалилась. Поддержавшие Бакунина секции Интернационала, объединявшие десятки тысячрабочих по всей Европе, дали толчок мощному развитию анархического движенияв 1870-е гг. В некоторых странах, где был высок уровень социальнойнапряженности и отсутствовали реальные гражданские свободы (в Испании, вИталии), это движение вылилось в ряд восстаний; в других (в Швейцарии, вБельгии) сложились открыто действующие рабочие союзы анархическойнаправленности. Роль идейного центра этого движения играла Юрская федерация(в Швейцарии). Наиболее грандиозным выступлением народных масс, в котором анархистысыграли видную роль, конечно, стала Парижская коммуна (март–май 1871 г.). Анархисты (прудонисты) составляли значительную часть Совета коммуны.Важнейшим мероприятием Коммуны в социально-экономической сфере,осуществленным по инициативе прудонистов, был принятый 16 апреля 1871 г.декрет о передаче бездействующих предприятий, брошенных бежавшими из Парижапредпринимателями, в руки рабочих производственных ассоциаций. Этой идругими подобными мерами прудонисты стремились подготовить создание мощногосектора коллективизированных самоуправляющихся предприятий, альтернативныхи частнокапиталистическим, и государственным. Декларация «К французскомународу», принятая Парижской коммуной 19 апреля, провозглашала вполнеанархические идеи: федерализм, децентрализацию, самоуправление и автономиюкоммун – в качестве принципов устройства будущей социалистической Франции.Сама Коммуна, по признанию Карла Маркса, уже не была «вполне государством»:ликвидация чиновничьей иерархии, регулярной армии, самоуправление снизудоверху, опирающееся на принцип делегирования, – всё это куда большепоходило на прудоновские и бакунинские модели общества, нежели намарксистскую «диктатуру пролетариата». Известно, что, учтя опыт Коммуны,Маркс, по образному выражению Ф.Меринга, снял перед ней шляпу и в работе«Гражданская война во Франции» несколько пересмотрел свою доктрину впрудоновском духе. Однако полуанархический социально-революционный эксперимент, какизвестно, длился недолго – 72 дня. Памятником «штурмующим небо» коммунарамосталась песня – «Интернационал», созданная участником тогдашних событий,анархистом Эженом Потье. История нашей страны наглядно показала утопичность взглядов марксистовна построение социального будущего путем усовершенствования пролетарскогогосударства, также как и справедливость критики Бакуниным некоторых черткоммунистической организации. Сегодня мы на историческом опыте можемподтвердить, что государство в любой его ипостаси, как институт власти,несомненно, является насилием над личностью, а, с другой стороны, можетсуществовать само по себе и для себя, независимо от демократическихпреобразований в обществе. Существование же казарменного социализма, который вывев страну наведущее место в мире, превратил человека труда в безмолвный винтикпрогресса, однозначно не может оправдать потерю личной свободы. "Это - несвободное общество и не действительно живое объединение свободных людей,невыносимое принуждение насилием, сплоченное стадо животных, преследующихисключительно материальные цели и ничего не знающих о духовной сторонежизни и доставляемых ею высоких наслаждений". Анархо-коммунизм П.А. Кропоткина В отечественной историографии советского периода существовало устойчивоемнение, что начиная "примерно с 90-х годов Кропоткин отходит от активногоучастия в революционном движении, которое пошло совсем не по тому пути, какэто представлялось идеологу анархизма". С.Н. Канев, например, считал, чтоПетр Алексеевич с первых дней эмиграции, включившись в западноевропейскоеанархистское движение, "не заметил наступления новой эпохи в международномрабочем движении", а также "не понял и не принял перемены в освободительномдвижении в России, связанные с деятельностью "Земли и воли" и "Народнойволи" и в этом была причина его самоизоляции. Однако исторические факты неумолимо утверждают обратное: до последнихдней своей жизни Кропоткин оставался не только верен своей анархистскойконцепции, но являлся духовным вождем (если можно применить это слово кантиавторитаристам) российского анархистского движения и по мере физическихсил включался в сложные идейные дискуссии. Возвращение в революционную Россию после длительной эмиграции былопродиктовано не столько ностальгическими нотками, сколько желанием активновключиться в российскую общественную жизнь, личным примером подвигнутьреволюционные массы на достижение высот свободного общества. Отрицаниегосударства и его власти и насилия над личностью, природное право человекана свободу - эти идеи находили свое отражение и в русском сектантстве, и втеориях славянофильства. Протест против бесправия в обществе характерен идля первой волны отечественного революционно-освободительного движенияпервой половины XIX века. Все это, вкупе с анархистскими трудами М. Штирнера и П.Ж. Прудона,создало предпосылки для, с одной стороны, развития оригинальныханархистской теории бунта М.А. Бакунина и анархо-коммунистической теорииП.А. Кропоткина, а с другой, подчинения второй волны русскогореволюционного движения 60-70-х годов идеям социальной реализациибезгосударственности. Анархистские идеи, таким образом, попали вблагодатную почву российской пореформенной действительности с характернымей широким недовольством половинчатостью и непоследовательностью попытоксоциально-политического переустройства. Кропоткин, захваченный вихрем революционного движения, прошел путь всвоем миросозерцании от восторженного приветствия реформаторства АлександраII до полного неприятия царской политики и превращения (после известногонародовольческого покушения) в заклятого врага царизма. Потомственныйрусский князь, воспитанник привилегированного Пажеского корпуса сталмятежником, отрицающим устои государственности, революционером, маститымученым-путешественником и философом. Такое превращение могло произойтитолько с весьма незаурядным человеком! Более, чем 40-летняя, эмиграция была для Кропоткина отнюдь немиросозерцательным бесцельным пребыванием. Это был тяжелый и многогранныйтруд, отражающий смысл всей его жизни. Именно в эти годы Петр Алексеевич наоснове глубокого социального анализа смог творчески развить свою концепциюанархо-коммунизма, первые штрихи которой были намечены им еще в начале 70-хгодов в программной записке Большого общества пропаганды, сыгравшей длянего такое судьбоносное значение. При этом Кропоткин не был сугубо научнымработником, замкнутым своим исследованием в узкий кабинетный мир. Онактивно пропагандировал свои взгляды среди самых широких революционныхмасс. Чтение лекций, выступление на митингах и собраниях, публикации впечати служили ему трибуной для столкновения взглядов и мнений, оттачиванияположений теории. Были у него и противники, и последователи, как у любойпопуляризируемой и популярной идеи. Ярыми противниками выступали официальные органы власти, организовавшиеего преследование и травлю. Ему пришлось познать все "прелести" тюремногозаключения. Противниками выступали и социалисты-государственники, ратующиеза широкую парламентскую деятельность и народное государство. Естественно, что социал-демократия, как западноевропейская, так ироссийская, возникшая из недр "Черного передела", не могла статьсторонницей анархии, методы революционной деятельности которой, по еемнению, вели к самоустранению от политической жизни общества.Представляется весьма легковесной и конъюнктурной оценка В.И. Ленинымзначения анархизма в революционном движении: "Анархизм за 35-40 лет? своегосуществования? не дал ничего кроме общих фраз против эксплуатации". Судьбароссийского авторитаризма ХХ века выявила изъяны и в марксистской научнойтеории. Монополия на идеологию, при отсутствии плюрализма идей,ограничивала свободу альтернативных взглядов. По этой причине советская историография наполнялась единодушнымскептицизмом к роли Кропоткина и его идей в судьбах русских революций.Кропоткин же, исходя из исторических фактов, постоянно находился в гущеобщественно-политических событий. У него было много сторонников ипоследователей в международном рабочем движении (это, в частности, ДжемсГильом, Эли и Элизе Реклю, Поль Брусс, Дюмартрэ, Герциг, Жан Грав,Н.В.Чайковский, Э.Малатеста, В.Н.Черкезов). Он общался со многими известными своими современниками. В этом кругуобщения П.Л. Лавров, С.М. Степняк-Кравчинский, Л.Г. Дейч, В.И. Засулич,В.Н. Фигнер, Е.К. Брешко-Брешковская, Л.А. Тихомиров, Луиза Мишель, Эмильде Лавеле. Согласно списка, составленного самим Кропоткиным, он велпереписку с 249 корреспондентами. Именно к концу прошлого века у ПетраАлексеевича окончательно сложилось его анархистское видение социальныхпроцессов и в значительной степени оформилась доктрина анархо-коммунизма. Библиография его работ периода 90-х и 900-х годов производитвпечатление калейдоскопа. Его статьи в газетах "Le Revolte" и "La Revolte"и журналах "Freedom" и "Nineteenth Century" составили такие труды, как"Справедливость и нравственность" (лекция, прочитанная в начале 1888 г. вМанчестере), "Нравственные начала анархизма" (1890 г. Париж11), "Хлеб иволя" (1892 г. Париж), "Современная наука и анархия" (1912 г.12 Лондон),"Поля, фабрики и мастерские" (1898 г. Лондон), "Коммунизм и анархия(Довольство для всех)" (1899 г.), "Анархия: ее философия, ее идеал.Публичная лекция" (1900 г. Женева), "Этика анархизма" (1900 г.), "Взаимнаяпомощь как фактор эволюции" (1902 г.) Система Кропоткина привлекала внимание современников своей глубокогуманистической направленностью, попытками синтеза и гармонии мира,стремлением объяснить все явления в области общественной жизни объективнымизаконами природы. Под анархией он понимал " мировоззрение основанное намеханическом понимание явлений ", Охватывающее всю природу, включая сюда ижизнь человеческих обществ. В своих построениях новый теоретик российскогоанархизма значительное место уделил вопросам революции. Он не считал народготовым к немедленному революционному выступлению и ставил вопрос осоздание анархической партии для " тихой подготовительной идейной работы ".Социальную революцию он считал закономерным явлением историческогопроцесса, " резким скачком вверх ", который должен привести к полномууничтожению все институтов власти и гос. учреждений. По его мнению, анархо-комунизм можно было вводить сразу после разрушениястарых порядков в ходе революции. Кто же совершит эту великую революцию? "Ее могут сделать только сами трудящийся - рабочие и крестьяне и трудовыеэлементы из интеллигенции", - писал Кропоткин. Он так же отрицалнеобходимость революционного правительства, не признавал ни какойреволюционной диктатуры, так как при ней, по его мнению, " революциянеизбежно вырождается в произвол и в деспотизм". Иногда трудно себе представить, какую нечеловеческую активность проявлялэтот уже далеко не молодой человек, противоречащий своему высказыванию, чток 40-летнему возрасту потенциал общественной активности снижается.Вынужденная длительная эмиграция естественным образом усилила стремление кпокинутой родине. С ней он никогда не обрывал тонкую связующую нить, сжадностью читая сообщения из России от родных и друзей. С конца 90-х годов началась его переписка с М.И. Гольдсмит, принявшей насебя заботу о переводе и издании на русском языке книг и статей Кропоткинаи его сподвижников. Однако, не имея существенных путей в Россию, этииздания (в основном в виде брошюр) распространялись в эмигрантской среде.Именно в этой среде в начале ХХ века зародилось новое поколение анархистов,сгруппировавшееся вокруг своего печатного органа "Хлеб и Воля". Кропоткин воспринял это de-facto, хотя новообразование несомненно былонавеяно его идеями анархо-коммунизма, о чем служило даже само название.Однако взаимоотношения Петра Алексеевича и хлебовольцев (главнымипредставителями которых были Георгий и Лидия Гогелия) налаживались струдом. Сказывались возрастные различия и связанные с ними различия впредставлениях людей разных поколений о сложных общественных процессах. С одной стороны - решительность, смелость в суждениях и в действиях,граничащие с безрассудством, с другой - осторожность в оценках, основаннаяна богатом жизненном опыте. Но главное было сделано - на очередном виткереволюционного подъема анархистские идеи Кропоткина нашли свою аудиторию ипрактическое воплощение, положив начало возрождению анархистского движенияв России. В России, как и на Западе, в начале ХХ века рост политическойактивности, возродил интерес к общественным теориям, в том числе и канархизму. Правдами и неправдами в страну стала просачиваться анархистскаялитература. Первые анархистские кружки стали возникать на юге России. Отпервого белостокского кружка в 1903 году анархистское влияние вскорераспространилось на Гродно, Бельск, Волковыск, Орел, Житомир, Одессу,Нежин. Идейную основу этих кружков составляла безгосударственная доктринаКропоткина. К своему патриарху новые анархисты относились с почтением иблагоговением, не упуская тем не менее возможности по-своему трактовать иприменять в практике политической борьбы тактические приемы анархистскихэкспроприаций. Кропоткин же иначе, чем его последователи, относился креволюционному терроризму. "Анархисту звать людей на террор непозволительно, разве он не находитсяна месте и не ведет свою пропаганду личным примером? - писал он в январе1904 года М.И. Гольдсмит. - Возводить террор чуть ли не в систему вообще,по-моему, ошибочно?".Отношение Петра Алексеевича к насилию просматривается в трех аспектах: . по отношению к заговорщической террористической деятельности революционеров; . по отношению к внутренней и внешней политике государства; . по отношению к будущему социальному мироустройству.При всем сочувствии смельчакам, которые ценою собственной жизни пытаютсявызвать социальные изменения, Кропоткин считал, что революционная борьба"должна быть направлена главным образом на экономические, а не наполитические формы" С этой точки зрения его больше "интересует не столько непосредственноевлияние террактов на политику правительства, сколько их воздействие нанародные массы" Ведь простая смена убитого правителя на другого не приносит чаще всегокоренных перемен, оставляя весь государственный строй нетронутым. Лишьрепрессивный аппарат начинает свою вешательную политику. Поэтому террактыможно рассматривать исключительно как дополнение к широкой агитационно-пропагандистской работе среди масс. Заговорщическая деятельность народовольцев, не опирающаяся на народноереволюционное движение, по мнению Кропоткина, была обречена на провал:"Никакая серьезная политическая революция невозможна, если она в то жевремя не имеет характера социально-экономической революции" Лично для себя Кропоткин не видел перспектив террористическойдеятельности, поскольку считал, что убийство царя не может дать "серьезныепрямые результаты, хотя бы только в смысле политическойсвободы" Косвенные результаты (подрыв идеи самодержавия, развитие боевого духа)однако же еще не достаточны для того, чтобы "всей душой отдатьсятеррористической борьбе против царя" В связи с этим можно привести также свидетельство Половцева В.В.,посетившего Кропоткина осенью 1889 года в Лондоне: "Что касается до крови иубийства, то П.А. по поводу цареубийства всегда говорил ИсполнительномуКомитету, что не следует и нецелесообразно убивать государя. Ему возражали,что следующий будет либеральнее. - Не может быть либеральнее сын убитогогосударя!" Кропоткин, по его словам, смог бы поддержать террор лишь только в томслучае, если этот вид борьбы будет подкреплен "вооруженною борьбою противближайших врагов крестьянина и рабочего" и вестись будет "с цельювзбунтовать народ" Со временем взгляды Кропоткина на революционное насилие дажеужесточились. Он пришел к выводу, что чувство мести, рождающееся в народепо отношению к своим угнетателям, вполне объяснимое в конкретнойобстановке, "несовместимо с высшей нравственностью и способно причинитьреволюции лишь вред" У Петра Алексеевича появилась уверенность, что это чувство высокойнравственности, органически присущее народу, возобладает над стихиейреволюции и у восставших "хватит силы не прибегать к тем гнусным средствам,какими сейчас пользуется господствующее меньшинство" Кропоткин много места в своей теории посвятил критике государственногоустройства и насилия, которое реализуется в государстве. Он не понаслышкепознал тяготы тюремного заключения и свои выводы изложил в книге "В русскихи французских тюрьмах": "тюрьмы никого не исправляют? напротив, онидействуют более или менее развращающим образом на всех тех, кому приходитсяпробыть в них несколько лет" Причина этого - в деморализующем характере тюремного заключения. Системугосударственного правосудия он назвал "узаконенной местью" за органическуюнеспособность государства создать условия для гармоничного развитияличности. В значительной мере общество ответственно за те безнравственныеасоциальные поступки, которые совершаются в его среде. Преступления противличности и против собственности можно искоренить лишь при качественномпереустройстве общества и естественном росте нравственных и социальныхпривычек. Частную собственность и возникшее для её защиты государствоКропоткин объявил не соответствующими природной сущности человека, культуреи то, что "если наши деды допустили сформироваться... класс, который извлексвои богатства из эксплуатации пролетариата... - всё это не основание длянаших дней, чтобы мы безукоризненно терпели следствия, вытекающие из этогопорядка вещей" Центральное место в анархистской теории Кропоткин уделяет взаимопомощи,солидарности в обществе. Именно благодаря этим качествам общество сохраняетсвою устойчивость и может рассчитывать на перспективу. Эти взглядыпродолжают и развивают известную теорию Ч.Дарвина о происхождении видов,наполняя её высоким гуманистическим содержанием. Социал-дарвинизм,основанный Кропоткиным, утверждает, что практика взаимной помощи и еепоследовательное развитие "создали самые условия развития общественнойжизни, благодаря которым человек смог развить свои ремесла и искусства,свою науку и свой разум" А стремление людей ко взаимной помощи "разрушиложелезные законы государства. Взаимная помощь в обществе формируетэтические, и нравственные законы, а через них осуществляется прогрессчеловеческого рода, и поэтому естественным является распространение ее "отпервобытного рода к агломератам людей, все более и более обширным, пока,наконец, эти начала не охватят все человечество, без различия вер, языков ирас" Таким образом, Кропоткин считал, что в развитии культурной традиции, воснове которой лежит взаимопомощь, перспектива прогресса человечества. Ноособенно "культурные ценности, которыми пламенел П.А. всю жизнь - и нет ниодного анархистского учения, которое бы было так напитано культурнымэлементом - получают надлежащее место в его философии истории" Она стала протестом против антропоцентризма, воспевая гимн объединениювсех бесконечно малых. При этом, не смотря на то, что "стихия свободы,стихия личного освобождения есть то первозданное, из чего вырастает всёанархистское мироощущение - П.А. в угол последнего ставит не личное, амассовое начало" Кстати, от эгоистического анархизма Штирнера Кропоткин взял лишь идею овзаимоуважении, которое должно наполнять каждого человека для гарантий еголичной свободы. В этом факте прослеживается такая характерная для русскойнации черта, как коллективизм. Далее, в общинном принципе построенияхозяйственного уклада будущего общества Кропоткин в полной мере заимствовалэту коллективистскую черту нашего народа. Ему видится единственнымрациональным исходом ассоциированный труд, при котором удается преодолетьнедостатки как индивидуального, малопроизводительного, так и крупного,узкоспециализированного производства. При этом производственная ассоциацияили община будет производить продукты не только для себя, или только длядругих, а для потребления всему обществу... Рассматривая взаимосвязитворчества Кропоткина с российской культурой, нельзя не отметить весьмаобъемный труд, посвященный им анализу русской литературы. Здесь с большой силой проявилось заинтересованное отношение ПетраАлексеевича к проблемам и путям развития отечественной культуры. Даваяисчерпывающие характеристики творчеству видных отечественных литераторов, атакже отдельным проявлениям общественной жизни, он сумел наглядно показатьширокую картину современной ему российской культурной действительности.Последние годы жизни Петр Алексеевич посвятил истории развитиянравственности в обществе. Его незаконченная работа "Этика" явилась ещеодной попыткой обосновать анархистский идеал через естественное развитиенародных культурных традиций, как наиболее соответствующих самой природечеловека. Нравственность возникла из практики взаимосвязи и солидарнойдеятельности людей, поэтому ее предназначение - в развитии исовершенствовании этой солидарности. Таким образом, П.А. Кропоткин,обосновав теорию анархо-коммунизма (корни которой лежат в российскомсоциокультурном пространстве), тем самым внес существенный вклад не тольков отечественную, но и мировую культуру. Активно участвуя в пропаганде своих идей среди широкой общественности,имея огромное число корреспондентов и слушателей, он тем самымспособствовал распространению культурных взглядов, личным примеромстимулировал у окружающих стремление к высоконравственным ценностям. Надо отметить, что Кропоткин был популярен не только в низах, средимолодых революционеров. Его имя было на слуху и в аристократических кругах.Так, известный политический деятель будущий министр иностранных делбуржуазного Временного правительства П.Н. Милюков во время одного из своихзаграничных турне в начале 1904 года встречался с Петром Алексеевичем иимел с ним продолжительную беседу, отметив равновесность и гармоничностьнатуры анархиста. Известно также высказывание К.П. Победоносцева, членагосударственного совета, обер-прокурора святейшего синода, в пользупубликации статьи Дунина-Барковского о записках Кропоткина, в которой "умноразъясняется какими заблуждениями ума и сердца добрый и умный человекпревращается в анархиста". Глава Советского государства В.И. Ленин, не смотря на свое критическоеотношение к анархизму, весьма заинтересовано относился к публичнымвысказываниям Кропоткина и высоко ценил его личностные качества. Особенно"вождя мирового пролетариата" подкупали лестные высказывания в адресОктябрьской революции, значение которой для мировой цивилизации Кропоткинсравнивал со значением Великой французской революции. Но самымзначительным, по-видимому, следует признать значение Кропоткина и его идейдля Н.И. Махно и всего махновского движения. Возвращение Кропоткина в 1917 году в Россию было воспринято сэнтузиазмом махновцами: "Петр Алексеевич укажет конкретные пути дляорганизации нашего движения в деревне? он? воспользуется своим идейнымвлиянием на анархистов и их группы и поспешит конкретно сформулировать теположения революционного анархизма, которыми анархисты должны заняться внашей революции". Однако спустя несколько месяцев на Государственном совещании в Москвеони были несколько разочарованы, услышав выступление Кропоткина,призывавшего во имя победы над Германией к соединению усилий капитала иСоветов. Осудив в душе это выступление "сентиментального старца, ищущегоспокойствия и сил для последнего применения своих знаний в жизни", Махнотем не менее сохранил убеждение в том, что "Петр Алексеевич оставалсявеликим и сильным теоретиком анархизма? не сломи его физически время, онстал бы перед русской революцией практическим вождем анархизма". В этом изаключалась метаморфоза великого анархиста, позволившая советским историкамговорить о сокрушении самим Кропоткиным своих анархистских принципов. Но следует признать, что сила идеи заключается не только и не столько вфизически ослабевшем ее генераторе, а в том, насколько широкоераспространение она находит или найдет в будущем. Что касаетсякропоткинского анархо-коммунизма, то он не только стимулировал яркуюпрактическую деятельность махновщины, имевшей большое значение в историигражданской войны на юге России, но и породил целую плеяду идейныхнаследников. К их числу следует отнести довольно широкий круг анархистов,сплотившийся вокруг образованного под руководством В.Н. Фигнер и С.Г.Кропоткиной в 1921 году Всероссийского общественного Комитета поувековечиванию памяти П.А. Кропоткина. Среди них такие известные анархисты,как А.М. Атабекян, А.А. Карелин, Н.К. Лебедев, М.П. Сажин, Г.Б.Сандомирский, А.А. Солонович, А.Л. Гордин, П.Д. Турчанинов (Лев Черный).Это были представители нового, постклассического анархизма, которые,критикуя отдельные положения кропоткинской теории, подвергая ихмодернизации, сохранили некоторые тенденции идейной эволюции, осуществляятем самым диалектическую преемственность с анархизмом классическим. Судьба самого комитета была предрешена самим ходом авторитарногоразвития социализма в России. Не смогла господствующая в стране монополияидеологии смириться с альтернативами мышления. Был разыгран ставший ужеизвестным сценарий политической трагедии? Однако живучесть идеи заключаетсяв том, что она, однажды рожденная, может быть востребована в любой моментистории. В современном обществе анархизм нашел свое воплощение в движенииненасилия22, других разнообразных течениях своей постклассической формы.Идеи П.А. Кропоткина и его последователей и по сей день находят ревностныхпочитателей и их рано списывать в историю Заключение С именем М.Бакунина связана первая волна широкого социального протеста ив России, и на Западе в XIX веке. Радикализм "левых" выходцев из дворян,интересы обнищавшего крестьянства, широких, преимущественно мелкобуржуазныхслоев, включая деклассированных и маргиналов, - вот что стоит, в конечномсчете, за такими, к примеру, словами М.Бакунина: "Я - фанатичныйприверженец свободы, видящий в ней единственную среду, где может развитьсяум, достоинство и счастье людей". П. Кропоткин же не был фанатиком свободы,что заставляет задуматься о действительных социальных корнях его творчествав российской жизни. Кроме интересов перечисленных социальных групп,Кропоткин в большей степени, чем его предшественник, представляет интересынаиболее образованной части рабочих, видевшей свое будущее в солидарности ивзаимопомощи. Последнее и составляет, так сказать, "воздух" свободы. Один из основных тезисов, которые выносятся здесь на обсуждение, можносформулировать так: великие русские анархисты исходили из приоритетасвободы; они далеко продвинулись в деле решения проблемы свободы вовзаимосвязи с другими проблемами, такими, как равенство, справедливость,солидарность, взаимопомощь и т.д. Если М. Бакунин осуществляет попыткусинтеза антропологического и социального подходов в своей концепцииосвобождения общества и человека, то П. Кропоткин подводит естественно-историческую и этическую основу под эту концепцию, одновременно углубляя икак бы "приземляя" ее. Развертывание указанного тезиса предполагает широкое, преимущественнофилософское понимание анархизма. Это, конечно, не исключает его социально-политическое измерение, особенно бакунистской разновидности его. ПоКропоткину, "анархизм родился среди народа, и он сохранит свою жизненностьи творческую силу только до тех пор, пока он будет оставаться народным".Тенденция анархии - основать синтетическую философию, т.е. философию,которая охватывала бы все явления природы, включая сюда и жизньчеловеческих обществ и их экономические, политические и нравственныевопросы". Исход из подобного понимания анархизма, можно, по-видимому,рассматривать его и как своеобразного оппонента, критически относящегося кгосподствующим на каждом данном этапе общественного развития политическим ииным властным структурам. В этом смысле свободолюбие составляет родовоесвойство анархизма. М. Бакунин путь реализации свободы сводит главным образом к устранениюгосударства. Его идеал - общество, организованное на началахсамоуправления, автономии и свободной федерации индивидов, общин, провинцийи наций. Важными составляющими такого общества выступают также равенство исправедливость для трудящихся, освобожденных от всякой эксплуатации. Для К.Маркса решающее значение имеет внутренний, социальный по своей природестержень свободы, который постепенно наращивается по мере развитияобщества, по мере созревания соответствующих социально-экономическихфакторов. Вместе с тем позиция М.Бакунина согласуется в целом спредставлением о том, что высшая степень исторической свободы - это переходк способности развития, когда индивидуальность каждого не подавляется икогда не общественные отношения господствуют над людьми, а людигосподствуют над случайностью и отношеними. Одновременно бакунизмспособствовал высвечиванию некоторых односторонностей и недоработокмарксистского социологизма. Словом, шел трудный процесс развития иутверждения научно-гуманистического мировоззрения и адекватной теорииосвобождения человечества. Взгляды М.Бакунина, а затем и П.Кропоткинаявлялись выражением своеобразной конструктивной оппозиции этатистскимтечениям мысли, возлагавшим слишком большие надежды на государство, вообщевластные "подпорки" социальных преобразований. Они, по мнению теоретикованархизма, ограничивают естественный поток индивидуального и коллективноготворчества, глушат инициативу, идущую снизу. К. Маркс сосредотачивал свое внимание на процессе практическогоосуществления свободы. Это "приземление" проблемы свободы сыграло своюроль, как в теории, так и в практике освободительной борьбы. И, наконец,синтез связан с творчеством русских анархистов. На основе анализа жизненныхреалий в России и Европе М. Бакунин и П. Кропоткин, опираясь на методы ирезультаты естественных наук, используя достижения передовой социальнойфилософии, возвращаются к антропологическому объяснению проблемы свободы.На этой основе ими сделан существенный шаг в сторону создания высокой этикиновой жизни, этики свободы. "Разрушители" в политике оказываютсясозидателями социально-этических принципов построения свободного исправедливого общес




Похожие:

Анархизм и его отношение к политической власти iconАнархизм и его отношение к политической власти
Известна и формулировка этого слова одного из представителей анархизма П. Кропоткина: Анархия — это учение, которое стремится к полному...
Анархизм и его отношение к политической власти iconАнархизм и его отношение к политической власти
Известна и формулировка этого слова одного из представителей анархизма П. Кропоткина: Анархия — это учение, которое стремится к полному...
Анархизм и его отношение к политической власти iconРеферат «Анархизм и его отношение к политической власти» Оглавление Введение 2 Как марксизм боролся с анархизмом 5
Известна и формулировка этого слова одного из представителей анархизма П. Кропоткина: Анархия — это учение, которое стремится к полному...
Анархизм и его отношение к политической власти iconАвтор: Степура Антон Юрьевич
Политическая система вклю- чает организацию политической власти, отношения между обществом и государством, характеризует протекание...
Анархизм и его отношение к политической власти iconСоциологические основы политики Социальные субъекты политической власти
В политической сфере принимаются решения и осуществляются действия, оказывающие подчас решающее влияние на общество в целом и его...
Анархизм и его отношение к политической власти icon1. Власть: сущность, типы, легитимность
Причины двойственной оценки политической власти в истории мировой философской и политической мысли
Анархизм и его отношение к политической власти iconАнархизм в России и его роль в 1917 г

Анархизм и его отношение к политической власти iconТест. Политика. Фамилия И. О
А21. 3 Специфической чертой политической власти, в отличие от иных видов власти, является (-ются)
Анархизм и его отношение к политической власти iconКурсовая работа по дисциплине «Политология»
Структура и ресурсы политической власти. Принцип разделения властей. Понятие «легитимность власти»
Анархизм и его отношение к политической власти iconАксиомы власти. Проблемы полномочий в обществе Аксиомы власти. Проблемы полномочий в обществе
Проблема власти является одной из центральных в политической науке. Уяснение сущности, потребности и механизма власти имеет важное...
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©rushkolnik.ru 2000-2015
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы