Политико-правовые учения icon

Политико-правовые учения



НазваниеПолитико-правовые учения
Дата конвертации12.07.2012
Размер378,01 Kb.
ТипРеферат
Политико-правовые учения


Теория права: ПОЛИТИКО-ПРАВОВЫЕ УчЕНИяПлан работы 1. Политико-правовое учение Гоббса 3 2. Учение Локка о государстве и праве 10 3. Политико-правовое учение Монтескье 17 4. Политико-правовое учение Руссо 25 Список литературы 34 Политико-правовое учение Гоббса Своеобразным было отношение к революции одного из наиболее выдающихсяанглийских мыслителей Томаса Гоббса (1588 –1679), известны его близость (нанекоторых этапах жизни) к роялистским кругам, боязнь революционныхпертурбаций, приверженность к абсолютной политической власти. Тем не менее,в стане феодальной реакции он не находился, с ретроградами-легитимистами,озабоченными «правами» наследственной монархии, не смыкался. Политико-юридическая доктрина Т. Гоббса содержится, прежде всего, в его трудах: «Философское начало учения о гражданине» (1642 г.), «Левиафан, илиМатерия, форма и власть государства церковного и гражданского» (1651 г.). В основу своей теории государства и права Т. Гоббс кладет определенноепредставление о природе индивида. Он считает, что изначально все людисозданы равными в отношении физических и умственных способностей и каждыйиз них имеет одинаковое с другими «право на все». Однако человек еще исущество глубоко эгоистическое, обуреваемое жадностью, страхом ичестолюбием. Окружают его лишь завистники, соперники, враги. «Человекчеловеку – волк». Отсюда фатальная неизбежность в обществе «войны всехпротив всех». Иметь «право на все» в условиях такой войны – значитфактически не иметь никакого права ни на что. Это бедственное положение Т.Гоббс называет «естественным состоянием рода человеческого». Гоббсову картину «естественного состояния» можно рассматривать какодно из первых описаний нарождавшегося английского буржуазного общества сего разделением труда, конкуренцией, открытием новых рынков, борьбой засуществование. Самому же мыслителю казалось, что он распознал природучеловека вообще, выявил естественную для всех времен и народов формусоциального бытия. Это был далекий от историзма взгляд. В природе людей заложены, по Т. Гоббсу, не только силы, ввергающиеиндивидов в пучину «войны всех против всех». Человеку исконно присущи исвойства совсем иного плана; они таковы, что побуждают индивидов находитьвыход из столь бедственного естественного состояния. Прежде всего это страхсмерти и инстинкт самосохранения, доминирующий над остальными страстями.Заодно с ними выступает естественный разум, т.е. способность каждого здраворассуждать о позитивных и негативных последствиях своих действий. Инстинктсамосохранения сообщает первый импульс процессу преодоления естественногосостояния, а естественный разум подсказывает людям, на каких условиях онимогут данный процесс осуществить. Эти условия (их и выражают предписанияестественного разума) суть естественные законы. Главный, самый фундаментальный естественный закон гласит: необходимостремиться к миру и следовать ему. Все прочее должно использоваться лишь вкачестве средств достижения мира. Важнейшим среди них является отказкаждого от своих прав в той мере, в какой этого требуют интересы мира исамозащиты (второй естественный закон). Отказ от права совершается большейчастью перенесением его по договору на определенное лицо или на некоторуюгруппу лиц, из второго естественного закона вытекает третий: люди обязанывыполнять заключенные ими соглашения; в противном случае последние не будутиметь никакого значения. В третьем естественном законе содержится источники начало справедливости. Кроме указанных трех, есть еще 16 естественных (неизменных и вечных)законов. Все они резюмируются в одном общем правиле: не делай другому того,чего бы ты ни желал, чтобы было сделано по отношению к тебе. Действительныесоциально-исторические прототипы тех естественных законов, о которыхтолкует Т. Гоббс, – взаимосвязи товаровладельцев, частных собственников,опосредствуемые актами обмена и оформляемые договорами. Таким образом, витоге именно обмен и договор выступают, согласно концепции Т. Гоббса,предпосылками установления мира в человеческом общежитии. Сколь ни внушительна роль естественных законов, однако они сами посебе к исполнению не обязательны. Превратить их в безусловный императивповедения может только сила. Для Гоббса естественный закон есть свобода что-либо делать или не делать, а позитивный закон – предписание делать или,наоборот, не делать что-либо. Естественные законы обязывают индивида желатьих осуществления, но не могут его заставить практически действовать всоответствии с ними. Непременно нужна сила, способная жестко лимитироватьправо каждого на все и решать, что кому принадлежит, что является правом, ачто им не является. Абсолютная власть государства – вот, по мнению Т. Гоббса, гарант мираи реализации естественных законов. Она принуждает индивида выполнять их,издавая гражданские законы. Если естественные законы сопряжены с разумом, то гражданские –опираются на силу. Однако по своему содержанию они одинаковы. Всякиепроизвольные выдумки законодателей не могут быть гражданскими законами, ибопоследние суть те же естественные законы, но только подкрепленныеавторитетом и мощью государства. Их нельзя ни отменять, ни изменять простымволе изъявлением государства. Ставя гражданские законы в такую строгуюзависимость от естественных, Т. Гоббс хотел, вероятно, направитьдеятельность государства на обеспечение развития новых, буржуазныхобщественных отношений. Но вряд ли он имел при этом намерение подчинитьгосударственную власть праву. Государство учреждается людьми для того, чтобы с его помощью покончитьс «войной всех против всех», избавиться от страха незащищенности ипостоянной угрозы насильственной смерти – спутников «разнузданногосостояния безвластия». Путем взаимной договоренности между собой (каждыйсоглашается с каждым) индивиды доверяют единому лицу (отдельному человекуили собранию людей) верховную власть над собой. Государство и есть этолицо, использующее силу и средства всех людей так, как оно считаетнеобходимым для их мира и общей защиты. Носитель такого лица – суверен.Суверен обладает верховной властью, а всякий другой является его подданным.Таким изображает Т. Гоббс возникновение государства- Заключив однажды общественный договор и перейдя в гражданскоесостояние, индивиды утрачивают возможность изменить избранную формуправления, высвободиться из-под действия верховной власти. Им запрещаетсяпротестовать против решений суверена, осуждать его акции и т. а Прерогативыже суверена относительно подданных чрезвычайно обширны. Все этоусугубляется еще и тем, что обладатель верховной власти никаким договоромсо своим народом не связан и потому ответственности перед ним в принципе ненесет. Отсюда ясно, что установка Т. Гоббса на водворение поистинежелезного порядка оказалась намного сильнее идеи последовательногопроведения правовой организации самого государства. С точки зрения Т. Гоббса, государства могут возникать не только черездобровольное согласие индивидов образовать единое лицо (представляемоеодним человеком либо собранием людей) и подчиниться ему в надежде на то,что оно сумеет защитить их против всех. Иной путь – приобретение верховнойвласти силой. Например, глава семьи принуждает детей подчиниться ему подугрозой погубить их в случае неповиновения или некто подчиняет врагов своейволе военными средствами и, добившись их покорности, дарует им на этомусловии жизнь (государства с «отеческой», патерналистской и деспотическойвластью). Т. Гоббс называет государства, возникающие в результате добровольногосоглашения, основанными на установлении или политическими государствами(впоследствии термин «политическое государство» получил широкое хождение взападноевропейских доктринах государства). Государства, появляющиеся насвет с помощью физической силы, мыслитель относит к основанным наприобретении; к ним он особого расположения не выказывает. И в этойклассификации государств также просматривается неприязнь Т. Гоббса канглийским дореволюционным феодально-монархическим порядкам. О каких бы разновидностях и формах государства ни шла речь, властьсуверена в нем, по Т. Гоббсу, всегда абсолютна, т.е. она безгранична:обширна настолько, насколько это вообще можно себе представить. Тот, комувручена (передана) верховная власть, не связан ни гражданским законом, никем бы то ни было из граждан. Суверен сам издает и отменяет законы,объявляет войну и заключает мир, разбирает и разрешает споры, назначаетвсех должностных лиц и т.д. Прерогативы суверена неделимы и не передаваемыникому. «Делить власть государства, значит, разрушать ее, так какразделенные власти взаимно уничтожают друг друга». Власть суверена естьфактически его монополия на жизнь и смерть подвластных; причем «все, что быверховный представитель ни сделал по отношению к подданному под каким бы тони было предлогом, не может считаться несправедливостью или беззаконием всобственном смысле». Подданные же по отношению к верховной власти прав неимеют, и потому она не может быть по праву уничтожена людьми,согласившимися ее установить. Т. Гоббс понимал, что предлагавшийся им подход к определению размераправомочий суверена, объема содержания абсолютной власти способен отвратитьлюдей от нее. Он, однако, уверяет: «В абсолютной власти нет ничеготягостного, если не считать того, что человеческие установления не могутсуществовать без некоторых неудобств. И эти неудобства зависят от граждан,а не от власти». Своеобразно отвергает Т. Гоббс и мнение, чтонеограниченная власть должна вести ко многим дурным последствиям. Егоглавный довод – отсутствие такой власти (оборачивающееся непрерывной«войной всех против всех») чревато значительно худшими последствиями. Кактеоретика политического абсолютизма Т. Гоббса возможность тираническогоиспользования неограниченной и бесконтрольной власти государства беспокоитгораздо меньше, чем необузданные конфликты частных интересов и порождаемаяими смута социальной анархии. Концепция Т. Гоббса об абсолютности государственной власти ценнаоткрытым и ясным выражением весьма типичного для определенного толкаидеологии представления об основном достоинстве государства. Ее выразителисчитают, что государство обладает таким достоинством, если надежно охраняет(в принципе – любыми средствами) порядок – порядок угодных им отношений вобществе. Но такие кардинальные вопросы, как: становится ли при этомгосударство самодовлеющей силой, чуждой обществу и противостоящей ему,подконтрольно ли оно обществу и ответственно ли перед ним, строится ифункционирует ли государство на демократических и правовых началах, –сторонниками политического абсолютизма либо игнорируются, либо признаютсямалозначащими и отодвигаются куда-то на задний план. Наделенное абсолютной властью государство должно выполнять, по Т.Гоббсу, не одни только полицейско-охранительные функции. Его задача:«поощрять всякого рода промыслы, как судоходство, земледелие, рыболовство,и все отрасли промышленности, предъявляющие спрос на рабочие руки»; силойпринуждать к труду физически здоровых людей, отлынивающих от работы. Емунадлежит заниматься воспитательно-просветительской деятельностью (вособенности внушением подданным, сколь безгранична власть суверена и скольбезусловны их обязанности перед ним). Государство гарантирует своим подданным свободу, которая является (уТ. Гоббса) правом делать все то, что не запрещено гражданским законом, вчастности «покупать и продавать и иным образом заключать договоры друг сдругом, выбирать свое местопребывание, пищу, образ жизни, наставлять детейпо своему усмотрению и т.д.». Такая трактовка свободы имела для Англиисередины XVII в. (пожалуй, и для всей тогдашней Западной Европы)пробуржуазный и исторически прогрессивный социальный смысл. Активная роль государства проявляется в энергичной борьбе с темиучениями, которые ослабляют или ведут государство к распаду. Суть одного изэтих «мятежных учений» формулируется, на взгляд Т. Гоббса, в следующемтезисе: каждому отдельному человеку принадлежит право на различениеобщественного добра и зла, справедливого и несправедливого, а потому он самсудья в вопросе о том, какие действия хороши и какие дурны. Данный тезис Т.Гоббс отвергает категорически. Для него единственное мерило добра и зла –гражданский закон, единственный судья – законодатель (монарх либоолицетворяющее суверена собрание людей). Мыслитель убежден: если упомянутое«мятежное учение» не искоренить, то люди станут «склонными дебатироватьдруг с другом и обсуждать повеления государства, а затем повиноваться илине повиноваться им в зависимости от собственного усмотрения». Т. Гоббс,однако, призывал использовать силу закона «не против тех, кто заблуждается,а против самих заблуждений». В произведениях Т. Гоббса говорится «об обязанностях суверена». Всеони, как считает мыслитель, содержатся в одном положении: благо народа –высший закон. Долг суверена, по Т. Гоббсу, хорошо управлять народом, ибогосударство установлено не ради самого себя, а ради граждан. Эти формулыисполнены политической мудрости и гуманизма. Но в рамках учения Т. Гоббса огосударстве они выглядят скорее как декоративные вставки – прекраснодушныеи в практическом плане ничего не значащие фразы. Дело в том, что, согласноТ. Гоббсу, люди, которые уже осуществляют верховную власть, в какой-либореальной зависимости от народа не находятся и посему никакой обязанностиперед ним не несут. Правители испытывают лишь нечто субъективное «поотношению к разуму, который представляет собой естественный, моральный ибожественный закон и которому они должны повиноваться во всем, насколькоэто возможно». Так как создания соответствующих социальных и правовыхинститутов, которые бы извне гарантировали подобное повиновение суверена,Т. Гоббс не допускает, то оно вообще представляется химерическим. Этосовершенно в духе идеологов абсолютизма – заботу о порядке в обществевозлагать на аппарат, гражданские законы, на всю реальную физическую мощьгосударства, а заботу о благополучии народа отдавать на откуп «доброй воле»правителей. В качестве теоретика политического абсолютизма, ратовавшего занеограниченную власть государства как такового, Т. Гоббс не уделял большоговнимания проблеме государственных форм. По его мнению, «власть, если толькоона достаточно совершенна, чтобы быть в состоянии оказывать защитуподданным, одинакова во всех формах». Согласно Т. Гоббсу, может быть лишьтри формы государства: монархия, демократия (народоправство) иаристократия. Отличаются они друг от друга не природой и содержаниемвоплощенной в них верховной власти, а различиями в пригодности косуществлению той цели, для которой они были установлены. И все же глубинные симпатии Т. Гоббса на стороне монархии. Он убежден,что она лучше других форм выражает и реализует абсолютный характер властигосударства; в ней общие интересы очень тесно совпадают с частными (т.е. ссобственными, особыми) интересами суверена. Верховной власти удобнее бытьименно монархической, поскольку «в личности короля олицетвореногосударство». Позднее это положение повторит (с противоположных позицийобнажив его смысл) Б. Спиноза в своем «Политическом трактате»: «Царь естьсамо государство». Целиком подчиняя индивида абсолютной власти государства, Т. Гоббс темне менее оставляет ему возможность воспротивиться воле суверена. Этавозможность – право на восстание. Она открывается лишь тогда, когдасуверен, вопреки естественным законам, обязывает индивида убивать иликалечить самого себя либо запрещает защищаться от нападения врагов. Защитасвоей собственной жизни опирается на высший закон всей природы – законсамосохранения. Закон этот не вправе преступать и суверен. Иначе он рискуетпотерять власть. Местом классика политико-юридической мысли Т. Гоббс в немалой степениобязан и своим приемам исследования государства и права. Т. Гоббсстремился внедрить в науку о государстве и праве элементы математическогометода (в частности, действия сложения и вычитания однопорядковых величин).Он полагал, что в политике можно вычислить отношения государств, еслисуммировать договоры между ними; в юриспруденции – определить права илиправонарушения, если сложить закон и факт. Желанием поставить изучение государства и права на рельсы объективногонаучного анализа были обусловлены широко применявшиеся Т. Гоббсом (хотя идавно известные) аналогии государства с человеческим организмом. Строениегосударства он уподоблял устройству живого организма: суверена – душегосударственности, тайных агентов – глазам государства и т.д. Гражданскиймир сравнивался им со здоровьем, а мятежи, гражданские войны – с болезньюгосударства, влекущей за собой его распад и гибель. Основную методологическую нагрузку несут у Т. Гоббса, однако, не этибиологические параллели. Главную роль играет подход к государству как к«искусственному человеку», т.е. как к целесообразно, искусносконструированному людьми из различных пружин, рычагов, колес, нитей ипроч. механизму-автомату. Противоречило ли такое сугубо механистическоевидение государства уподоблениям государственности живому организму? Нет,не противоречило, ибо Т. Гоббс считал саму природу, вообще все существующеев мироздании устроенными и функционирующими по типу механизма. XVII в.недаром был периодом триумфа классической механики и выраставшего на почвеее достижений механицизма как универсального объяснительного принципа.Начиная с Т. Гоббса, в западноевропейской политической теории утверждаетсяпонимание государства в качестве машины, имевшее затем долгую и сложнуюсудьбу. Вслед за Н. Макиавелли и Г. Гроцием Т. Гоббс стал рассматриватьгосударство не через призму теологии, а выводить его законы из разума иопыта. Но это вовсе не значит, что эпиграфом к своей политико-юридическойдоктрине он избрал слова «Бога нет!». К современникам Т. Гоббс обращался наязыке, им доступном: цитировал Священное Писание, рассуждал о христианскомгосударстве и царстве тьмы, называл государство ввиду его земноговсемогущества «смертным богом» (схожую формулу мы встретим потом у Гегеля)и т.д. В том, что он вел борьбу не со словами, выражавшими религиозныепредрассудки и суеверия, а, прежде всего, с самими этими суевериями ипредрассудками в их сути, ярко проявились научный талант и зрелыйполитический такт Т. Гоббса. Учение Локка о государстве и праве В 1688 г. в Англии произошел государственный переворот. Король Яков IIСтюарт, доселе проводивший абсолютистскую политику, бежал из страны.Королевский престол занял Вильгельм Оранский. Он согласился установитьконституционную монархию, что открывало и закрепляло реальный доступкрупной буржуазии и обуржуазившемуся дворянству к управлению деламигосударства. Между земельной и денежной аристократией, т.е. верхамидворянства и верхами буржуазии, был заключен компромисс: про изведен дележпубличной власти. Так закончилась полоса революционных преобразований английскогообщества из феодального в капиталистическое, и, наступил период егоэволюционных изменений. Идеологом социального компромисса 1688 г. выступил Джон Локк (1632–1704), который свое политико-юридическое учение изложил в труде «Дватрактата о государственном правлении» (1690 г.). Дж Локк занял позицию тех общественных групп, которые добились наконецгарантированного участия в руководстве обществом, что побудило егоотмежеваться прежде всего от радикальных воззрений эпохи революции. Онраскритиковал махрово-реакционный опус Р. Фильмера и твердо отклонилконцепции абсолютности и неограниченности власти государства. Равнымобразом им были сочтены неприемлемыми республиканско-демократическаяпрограмма левеллеров и социалистическая утопия диггеров. Дж-Локк, однако, полностью разделял идеи естественного права,общественного договора, народного суверенитета, неотчуждаемых свободличности, сбалансированности властей, законности восстания против тирана ит.д. Но он, разумеется, не просто воспроизводил подобного рода идеи,высказанные до него другими. Дж. Локк развил их, видоизменил, дополнилновыми и интегрировал в целостное политико-правовое учение – доктринураннебуржуазного либерализма. По принятому тогда обыкновению и эта доктрина начиналась с вопроса овозникновении государства. Строго говоря, сам по себе действительныйгенезис государственности во всей его специфичности и конкретности Дж.Локка прямо не интересовал. Историко-фактологическая проблема(происхождение государства) ставилась им как форма решения проблемы иной,нормативно-теоретической: какими должны быть организационные, этические июридические основания государства. По Дж. Локку, до возникновения государства люди пребывают вестественном состоянии. В предгосударственном общежитии нет «войны всехпротив всех». Индивиды, не испрашивая ничьего разрешения и не завися ни отчьей воли, свободно распоряжаются своей личностью и своей собственностью.Господствует равенство, «при котором всякая власть и всякое право являютсявзаимными, никто не имеет больше другого». Чтобы нормы (законы) общения,действующие в естественном состоянии, соблюдались, природа наделила каждоговозможностью судить преступивших закон и подвергать их соответствующимнаказаниям. Однако в естественном состоянии отсутствуют органы, которыемогли бы беспристрастно решать споры между людьми, осуществлять надлежащеенаказание виновных в нарушении естественных законов и т.д. Все этопорождает обстановку неуверенности, дестабилизирует обычную размереннуюжизнь. В целях надежного обеспечения естественных прав, равенства исвободы, защиты личности и собственности люди соглашаются образоватьполитическое сообщество, учредить государство. Дж. Локк особенноакцентирует момент согласия: «Всякое мирное образование государства имело всвоей основе согласие народа». Государство представляет собой, по Дж. Локку, совокупность людей,соединившихся в одно целое под эгидой ими же установленного общего закона исоздавших судебную инстанцию, правомочную улаживать конфликты между ними инаказывать преступников. От всех прочих форм коллективности (семей,господских владений, хозяйственных единиц) государство отличается тем, чтолишь оно воплощает политическую власть, т.е. право во имя общественногоблага создавать законы (предусматривающие различные санкции) длярегулирования и сохранения собственности, а также право применять силусообщества для исполнения этих законов и защиты государства от нападенияизвне. Государство есть тот социальный институт, который воплощает иотправляет функцию публичной (у Дж. Локка – политической) власти. Неверно,однако, выводить таковую из якобы врожденных, данных самой природой каждомуотдельному лицу свойств-дозволений заботиться о себе (плюс об остальнойчасти человечества) и наказывать проступки других. Дж. Локк именно вуказанных «естественных» свойствах индивида усматривал первоначальное правои источник как «законодательной и исполнительной власти, а равно и самихправительств и обществ». Здесь перед нами яркое проявление тогоиндивидуализма, который пронизывает содержание практически всех либеральныхполитико-юридических доктрин. Строя государство добровольно, прислушиваясь тут только к голосуразума, люди предельно точно (можно даже сказать, скупо) отмеряют тот объемполномочий, который они затем передают государству. О каком-либо полном,тотальном отказе индивидов от всех принадлежащих им естественных прав исвобод в пользу государства (что имело место, например, в учении Т. Гоббса)у Дж. Локка нет и речи. Право на жизнь и владение имуществом, свободу иравенство человек не отчуждает никому и ни при каких обстоятельствах. Этинеотчуждаемые ценности – окончательные границы власти и действиягосударства, преступать которые ему заказано. Государство получает от образовавших его людей ровно столько власти,сколько необходимо и достаточно для достижения главной цели политическогосообщества. Заключается же она в том, чтобы все (и каждый) моглиобеспечивать, сохранять и реализовывать свои гражданские интересы: жизнь,здоровье, свободу «и владение такими внешними благами, как деньги, земли,дома, домашняя утварь и т.д.» Все перечисленное Дж. Локк называл однимсловом – собственность. Отмеченное выше понимание «великой и главной цели» государствараскрывает в Дж. Локке идеолога, заинтересованного в неприкосновенности иразвитии буржуазных частнособственнических отношений. В формулировании тоготезиса, что целью деятельности государства должны быть охранасобственности, обеспечение гражданских интересов, правомерно также видетьопределенное осознание Дж.Локком факта зависимости государства отобъективных условий жизни людей. Реалистичность политического мышления Дж. Локка (чуткое восприятие иадекватная оценка насущных потребностей общественного развития) сказалисьне только в постановке перед государством такой основной цели, которая былаему «по плечу» и вполне отвечала зову времени, направлению происшедших встране перемен. Не менее выразительно этот политический реализм проявился ив выборе Дж.Локком средств, призванных содействовать осуществлению даннойцели (законность, разделение властей, оптимальная для нации формаправления, право народа на восстание в связи с злоупотреблениями властью идр.). На закон и законность Дж. Локк возлагал очень большие надежды. Вустановленном людьми общем законе, признанном ими и допущенном по их общемусогласию в качестве меры добра и зла для разрешения всех коллизий, онусматривал первый конституирующий государство признак. Закон в подлинномсмысле – отнюдь не любое предписание, исходящее от гражданского общества вцелом или от установленного людьми законодательного органа. Титул законаимеет лишь тот акт, который указывает разумному существу поведение,соответствующее его собственным интересам и служащее общему благу. Еслитакой нормы-указания предписание в себе не содержит, оно не может считатьсязаконом. Кроме того, по Дж. Локку, закону обязательно должны быть присущистабильность и долговременность действия. Ратуя за режим законности, он настаивал на следующем положении: кто быконкретно ни обладал верховной властью в государстве, ему вменяется«управлять согласно установленным постоянным законом, провозглашеннымнародом и известным ему, а не путем импровизированных указов». Законы тогдаспособствуют достижению «главной и великой цели» государства, когда их всезнают и все выполняют. В государстве абсолютно никто, никакой орган неможет быть изъят из подчинения его законам. Такая позиция Дж. Локкаопределенно предвосхищала идею «правового государства», обстоятельноразвитую в буржуазной политико-юридической литературе XVIII –XIX вв. Высокий престиж закона проистекает из того, что он, по Дж. Локку,решающий инструмент сохранения и расширения свободы личности, который такжегарантирует индивида от произвола и деспотической воли других лиц. «Там,где нет законов, там нет и свободы». Функция индивидуальной свободы неисчерпывается первостатейной ее значимостью для жизни отдельно взятогочеловека, ибо она является еще и неотъемлемой частью общего благацелостного политического организма. Вот почему нельзя достичь блага всех,если не обеспечить посредством законов свободы каждому. Эти идеи Дж. Локкаподнимали европейскую науку о государстве и праве на новый уровень политико-юридической культуры, стимулируя разработку одной из центральных проблемданной науки («государство – личность») в духе гуманизма. Как все иные политические установления, как само государство,позитивные законы создаются по воле и решению большинства. Дж. Локкпоясняет, что все совершаемое каким-либо сообществом (единым целым)делается исключительно с одобрения входящих в него лиц. Всякое такоеобразование должно двигаться в одном направлении, и необходимо, чтобы оно«двигалось туда, куда его влечет большая сила, которую составляет согласиебольшинства». Отсюда заключение: каждый человек, согласившись вместе сдругими образовать единый политический организм, подвластный одномуправительству, берет на себя «обязательство подчиняться решению большинстваи считать его окончательным». Тем самым Дж.Локк существенно скорректировалпод углом зрения демократизма индивидуалистическое начало, котороеприсутствовало в его учении о государстве и праве. В свете такойкорректировки было бы, вероятно, обоснованным квалифицировать это учениекак либерально-демократическое. Поддержание режима свободы, реализация «главной и великой цели»политического сообщества непременно требуют, по Дж. Локку, чтобы публично-властные правомочия государства были четко разграничены и поделены междуразными его органами. Правомочие принимать законы (законодательная власть)полагается только представительному учреждению всей нации – парламенту.Компетенция претворять законы в жизнь (исполнительная власть) подобаетмонарху, кабинету министров. Их дело ведать также сношениями с иностраннымигосударствами (отправлять федеративную власть). Дж. Локк, однако, привнес вполитическую теорию нечто гораздо большее, чем просто мысль о необходимости«уравновесить власть правительства (в данном контексте «правительство» естьсиноним «государства»), вложив отдельные ее части в разные руки». Имея в виду не допускать узурпации кем-либо всей полнотыгосударственной власти, предотвратить возможность деспотическогоиспользования этой власти, он наметил принципы связи и взаимодействия«отдельных ее частей». Соответствующие типы публично-властной деятельностирасполагаются им в иерархическом порядке. Первое место отводится властизаконодательной как верховной (но не абсолютной!) в стране. Иные властидолжны подчиняться ей. Вместе с тем они вовсе не являются пассивнымипридатками законодательной власти и оказывают на нее (в частности, властьисполнительная) довольно активное влияние. По существу, нормальная «структура правления» рисовалась воображениюДж. Локка комплексом официальных нормативно закрепляемых сдержек ипротивовесов. Эти представления о дифференциации, принципах распределения,связи и взаимодействии отдельных частей (слагаемых) единой государственнойвласти легли в основу рождавшейся в XVII в. доктрины буржуазногоконституционализма. В особенности они были подхвачены и развиты Ш.Монтескье. Столетие спустя после опубликования «Двух трактатов огосударственном правлении» Декларация прав человека и гражданина, принятая26 августа 1789 г. Национальным Собранием Франции, провозгласит: «Общество,в котором не обеспечено пользование правами и не проведено разделениевластей, не имеет конституции» (ст. 16). Непосредственный социально-классовый смысл представлений Дж. Локка оразделении властей ясен. Они идеологически оправдывали тот компромисс междупобедившей английской буржуазией и лишившейся монополии власти феодальнойаристократией, который сложился в итоге «славной революции» 1688 г. Врезультате этого компромисса в парламенте возобладали пробуржуазныегруппировки (партия вигов), а в аппарате администрации осели попреимуществу сторонники знатного родового земельного дворянства (партиятори). Но концепция разделения властей заключала в себе еще и теоретико-познавательный смысл. В ней имелся момент осознания возникшей объективнойпотребности в разграничении деятельности публичного властвования, в технико-организационном и институциональном разделении усложняющегося труда поуправлению государством. Вопрос о государственной форме, традиционный для европейскойполитической мысли со времен Аристотеля, тоже интересовал Дж. Локка.Правда, он не отдавал какого-то особого предпочтения ни одной из ужеизвестных или могущих возникнуть форм правления; им лишь категорическиотвергалось абсолютистски-монархическое устройство власти. Личные егосимпатии склонялись скорее к той ограниченной, конституционной монархии,реальным прообразом которой являлась английская государственность, какойона стала после 1688 г. Для Дж. Локка важнее всего было, чтобы любая формагосударства вырастала из общественного договора и добровольного согласиялюдей, чтобы она имела надлежащую «структуру правления», охранялаестественные права и свободы индивида, заботилась об общем благе всех. Дж. Локк отлично понимал, что нет таких идеальных государственныхформ, которые были бы раз и навсегда застрахованы от опасности вырождения втиранию – политический строй, где имеет место «осуществление власти помимоправа». Когда органы власти (законодательной, исполнительной – все равно)начинают действовать, игнорируя право и общее согласие, обходя надлежащимобразом принятые в государстве законы, тогда не только дезорганизуетсянормальное управление страной и становится беззащитной собственность, нопорабощается и уничтожается сам народ. Ссылки узурпаторов на стремлениетаким способом обеспечить порядок, спокойствие и мир в государстве Дж.Локкпарировал указанием на то, что желаемое тиранами спокойствие есть вовсе немир, а ужаснейшее состояние насилия и грабежа, выгодное единственноразбойникам и угнетателям. В отношении правителей, которые осуществляют над своим народомдеспотическую власть, у людей остается лишь одна возможность – «воззвать кнебесам», применить силу «против несправедливой и незаконной силы». Позакону, « изначальному и превосходящему все людские законы», народ«обладает правом судить о том, имеется ли у него достаточный поводобратиться к небесам». Суверенитет народа, по Дж. Локку, в конечном счете(и это ясно обнаруживается в кризисных ситуациях) выше, значительнеесуверенитета созданного им государства. Если большинство народа решаетположить предел наглости нарушивших общественный договор правителей, товооруженное народное восстание с целью вернуть государство на путь свободы,закона, движения к общему благу будет совершенно правомерным. Тезис о правенарода на восстание – не случайный в либерально-буржуазной доктрине Дж.Локка. Провозглашая его, мыслитель как бы реабилитировал уже про изведеннуюгосударственным переворотом 1688 г. смену формы правления и прямопредостерегал королевскую власть на будущее от посягательств на завоеванияанглийской революции. Учение Дж. Локка о государстве и праве явилось классическим выражениемидеологии раннебуржуазных революций со всеми ее сильными и слабымисторонами. Оно вобрало в себя многие достижения политико-юридическогознания и передовой научной мысли XVII в. В нем эти достижения были непросто собраны, но углублены и переработаны с учетом исторического опыта,который дала революция в Англии. Таким образом, они стали пригодными длятого, чтобы ответить на высокие практические и теоретические запросыполитико-правовой жизни следующего, XVIII столетия – столетия Просвещения идвух крупнейших буржуазных революций нового времени на Западе: французскойи американской. Политико-правовое учение Монтескье Шарль Луи Монтескье (1689 –1755) – один из ярких представителейфранцузского Просвещения, выдающийся юрист и политический мыслитель. Наряду с юриспруденцией и политикой в поле его внимания и творчестванаходились проблемы философии, этики, истории, социологии, религии,политической экономии, естественных наук, искусства и литературы. Тремя основными его произведениями являются «Персидские письма»(1721), «Размышления о причинах величия и падения римлян» (1734) и,наконец, итог двадцатилетнего труда – «О духе законов» (1748). Уже первая из этих работ, содержавшая яркую сатиру на феодально-абсолютистские порядки Франции начала XVIII в., сразу же стала значительнымсобытием общественной жизни и за год выдержала восемь изданий. В«Размышлениях...» передовые просветительские и антидеспотические идеиМонтескье подкрепляются аргументами и опытом исторических исследованийобщественной, политической и духовной жизни Древнего Рима. Здесь он делаетсущественный шаг вперед в историческом понимании явлений действительности,в рационалистическом толковании объективных закономерностей историческогоразвития. Он стремится обосновать вывод о том, что миром управляет небожественный промысел или фортуна, а действующие в любом обществеобъективные общие причины морального и физического порядка, определяющие«дух народа» и соответствующие формы и нормы его государственной и правовойжизни. Развернуто и последовательно гуманистическая и просветительскаяпозиция Монтескье представлена в трактате «О духе законов». Эта книга,сделавшая Монтескье одним из авторитетных классиков во всемирной историиполитической и правовой мысли, была встречена идеологами тогдашнегоабсолютизма и церкви злобной критикой и сразу же внесена в черные списки«Индекса запрещенных книг». Монтескье достойно встретил атаку реакционныхсил и блестяще ответил им в своей «Защите «О духе законов» (1750). Главная тема всей политико-правовой теории Монтескье и основнаяценность, отстаиваемая в ней, – политическая свобода. К числу необходимыхусловий обеспечения этой свободы относятся справедливые законы и надлежащаяорганизация государственности. В поисках «духа законов», т.е. закономерного в законах, он опирался нарационалистические представления о разумной природе человека, природе вещейи т.д. и стремился постигнуть логику исторически изменчивых позитивныхзаконов, порождающие их факторы и причины. Свой подход Монтескье характеризовал следующим образом: «Я начал с изучения людей и нашел, что все бесконечное разнообразие ихзаконов и нравов не вызвано единственно произволом их фантазии. Я установилобщие начала и увидел, что частные случаи как бы сами собою подчиняются им,что история каждого народа вытекает из них как следствие и всякий частныйзакон связан с другим законом или зависит от другого, более общего закона». Закономерное в тех или иных отношениях (т.е. закон, правилосоответствующих отношений) означает, согласно Монтескье, разумное инеобходимое, противопоставляемое им случайному, произвольному и фатальному(слепой судьбе). Закон, по Монтескье, как раз и выражает момент определяемости,обусловленности и пронизанности тех или иных отношений разумным началом,т.е. присутствие разумного (и необходимого) в этих отношениях. Общим понятием закона охватываются все законы – как неизменные законы,действующие в мире физическом, так и изменчивые законы, действующие в миреразумных существ. Как существо физическое человек, подобно всем другимприродным телам, управляется неизменными естественными законами, но каксущество разумное и действующее по собственным побуждениям человек (в силунеизбежной ограниченности разума, способности заблуждаться, подверженностивлиянию страстей и т.д.) беспрестанно нарушает как эти вечные законыприроды, так и изменчивые человеческие законы. Применительно к человеку законы природы (естественные законы)трактуются Монтескье как законы, которые «вытекают единственно изустройства нашего существа». К естественным законам, по которым человек жилв естественном (дообщественном) состоянии, он относит следующие свойствачеловеческой природы: стремление к миру, к добыванию себе пищи, к отношениюс людьми на основе взаимной просьбы, желание жить в обществе. Монтескье специально отмечал неправоту Гоббса, приписывавшего людямизначальную агрессивность и желание властвовать друг над другом. Напротив,человек, по Монтескье, вначале слаб, крайне боязлив и стремится к равенствуи миру с другими. Кроме того, идея власти и господства настолько сложна изависит от такого множества других идей, что не может быть первой вовремени идеей человека. Но как только люди соединяются в обществе, они утрачивают сознаниесвоей слабости. Исчезает существовавшее между ними равенство, начинаютсявойны двоякого рода – между отдельными лицами и между народами. «Появлениеэтих двух видов войны, – писал Монтескье, – побуждает установить законымежду людьми». Появляются законы, определяющие отношения между народами(международное право); законы, определяющие отношения между правителями иуправляемыми (политическое право); законы, которые определяют отношениявсех граждан между собой (гражданское право). Потребность людей, живущих в обществе, в общих законах обусловливает,согласно Монтескье, необходимость образования государства: «Общество неможет существовать без правительства. "Соединение всех отдельных сил, – какпрекрасно говорит Гравина, – образует то, что называется политическимсостоянием (государством)"». Такое соединение силы отдельных людейпредполагает наличие уже единства их воли, т.е. гражданское состояние. Дляобразования государства (политического состояния) и установления общихзаконов необходимо, таким образом, достаточно развитое состояние жизнилюдей в обществе, которое Монтескье (со ссылкой на Гравину) называетгражданским состоянием. Положительный (человеческий) закон предполагает объективный характерсправедливости и справедливых отношений. Справедливость предшествуетположительному закону, а не впервые им создается. «Законам, созданнымлюдьми, должна была, – подчеркивал Монтескье, – предшествовать возможностьсправедливых отношений. Говорить, что вне того, что предписано илизапрещено положительным законом, нет ничего ни справедливого, нинесправедливого, значит утверждать, что до того, как был начертан круг, егорадиусы не были равны между собою». Закон вообще – это, по Монтескье, человеческий разум, управляющийвсеми людьми. Поэтому «политические и гражданские законы каждого народадолжны быть не более как частными случаями приложения этого разума». Впроцессе реализации такого подхода Монтескье исследует факторы, образующиев своей совокупности «дух законов», т.е. то, что определяет разумность,правомерность, законность и справедливость требований положительногозакона. Перечисляя необходимые отношения, порождающие закон (т.е.законообразующие отношения и факторы), Монтескье, прежде всего, обращаетвнимание на характер и свойства народа, которым должен соответствоватьзакон, устанавливаемый для данного народа. Кстати говоря, также иправительство, соответствующее этим требованиям, расценивается им какнаиболее сообразное с природой вещей. Отсюда вытекает и общий вывод о том,что лишь в чрезвычайно редких случаях законы одного народа могут оказатьсяпригодными также и для другого народа. Данная идея Монтескье в дальнейшемстала исходным пунктом воззрений представителей исторической школы права(Г. Гуго, К. Савиньи, Г. Пухты и др.) о «народном духе» как основнойправообразующей силе и носителе права. Далее, Монтескье отмечает необходимость соответствия положительныхзаконов природе и принципам установленного правительства (т.е. формеправления), географическим факторам и физическим свойствам страны, ееположению и размерам, ее климату (холодному, жаркому или умеренному),качеству почвы, образу жизни населения (земледельцев, охотников, торговцеви т.д.), его численности, богатству, склонностям, нравам и обычаям и т.д.Специальное внимание уделяется необходимости учета взаимосвязанностизаконов (или, как сейчас бы сказали, системной целостностизаконодательства), особых обстоятельств возникновения того или иногозакона, целей законодателя и т. п. Решающее влияние на законы, согласно Монтескье, оказывают природа ипринцип правительства, учреждаемого в гражданском состоянии. Он различаеттри образа (формы) правления: республиканский, монархический идеспотический. При республиканском правлении верховная власть находится вруках или всего народа (демократия), или его части (аристократия). Монархия– это правление одного человека, но посредством твердо установленныхзаконов. В деспотии все определяется волей и произволом одного лица вневсяких законов и правил. Такова, по оценке Монтескье, природа каждогообраза правления, из которой вытекают «основные краеугольные законы» даннойформы правления. От этой природы правления он отличает присущий каждой форме принципправления, тоже играющий существенную законообразующую роль. Поясняя этоотличие, он писал: «Различие между природой правления и его принципом втом, что природа его есть то, что делает его таким, каково оно есть; апринцип – это то, что заставляет его действовать. Первая есть его особенныйстрой, а второй – человеческие страсти, которые двигают им». Говоря о законах, вытекающих непосредственно из природы различных формправления, Монтескье применительно к демократии отмечает, что здесь народявляется государем только в силу голосований, которыми он изъявляет своюволю. Поэтому основными для демократии он считает законы, определяющиеправо голосования. Народ, утверждает он, способен контролироватьдеятельность других лиц, но не способен вести дела сам. В соответствии сэтим законы в условиях демократии должны предусматривать право народаизбирать своих уполномоченных (должностных лиц государства) иконтролировать их деятельность. К числу основных в демократии относится изакон, определяющий саму форму подачи избирательных бюллетеней, включаявопросы об открытом или тайном голосовании и т.д. Одним из основных законов демократии является закон, в силу которогозаконодательная власть принадлежит только народу. Но кроме постоянныхзаконов, подчеркивает Монтескье, необходимы и постановления сената, которыеотносятся им к актам временного действия. Он отмечает, что подобные актыполезны и в том отношении, что появляется возможность в течениеопределенного срока проверить их действие, прежде чем установитьокончательно. В обоснование этого законотворческого принципа, получившего вдальнейшем свою конкретизацию в идее законодательного эксперимента,Монтескье ссылается на поучительный опыт Рима и Афин, где постановлениясената имели силу закона в продолжении года и только по воле народапревращались в постоянный закон. К основным законам аристократии он относит те, которые определяютправо части народа издавать законы и следить за их исполнением. В общемвиде Монтескье отмечает, что аристократия будет тем лучше, чем более онаприближается к демократии, что, естественно, и должно определять, по егомнению, главное направление аристократического законодательства в целом. В монархии, где источником всякой политической и гражданской властиявляется сам государь, к основным Монтескье относит законы, которыеопределяют «существование посредствующих каналов, по которым движетсявласть», т.е. наличие «посредствующих, подчиненных и зависимых» властей, ихправомочий. Главной из них является власть дворянства, так что бездворянства монарх становится деспотом. «Уничтожьте в монархии прерогативысеньоров, духовенства, дворянства и городов, и вы скоро получите врезультате государство либо народное, либо деспотическое». Основным законом деспотического правления, где, собственно, нетзаконов и их место занимают произвол и прихоть деспота, религия и обычаи,является наличие должности полновластного визиря. Природа каждой формы правления, таким образом, определяет основные,конституирующие данный строй (и в этом смысле – конституционные) законы. Природе каждого вида правления соответствует и свой принцип,приводящий в движение механизм человеческих страстей, – особый для данногополитического строя. В республике (и особенно в демократии) таким принципом являетсядобродетель, в монархии – честь, в деспотии – страх. Монтескье специальноподчеркивает, что, говоря об этих принципах, он имеет в виду не реальносуществующее положение, а должный (соответствующий каждому строю) порядок:« из этого следует лишь, что так должно быть, ибо иначе эти государства небудут совершенными». Характеризуя законотворческое значение и законообразующую силусоответствующего принципа, Монтескье пишет: «...законы вытекают из него,как из своего источника». В плане конкретизации общей идеи о необходимости соответствияпозитивных законов принципам правления Монтескье обстоятельно, иногдадоходя до частностей, исследует вытекающие из данной идеи следствияприменительно к законам для общества в целом, к законам о воспитании, обобороне и т.д. Подробно прослеживается им влияние, оказываемое принципамиразличных видов правления на характер гражданских и уголовных законов, наформы судопроизводства и определение наказаний. Специальное внимание Монтескье уделяет проблеме соотношения закона исвободы. Он различает два вида законов о политической свободе: 1) законы,устанавливающие политическую свободу в ее отношении к государственномуустройству, и 2) законы, устанавливающие политическую свободу в ееотношении к гражданину. Речь, следовательно, идет об институциональном иличностном аспектах политической свободы, подлежащих законодательномузакреплению. Без сочетания этих двух аспектов политическая свобода остаетсянеполной, нереальной и необеспеченной. «Может случиться, – замечаетМонтескье, – что и при свободном государственном строе гражданин не будетсвободен, или при свободе гражданина строй все-таки нельзя будет назватьсвободным. В этих случаях свобода строя бывает правовая, но не фактическая,а свобода гражданина фактическая, но не правовая». Монтескье подчеркивает, что политическая свобода возможна вообще лишьпри умеренных правлениях, но не в демократии или аристократии, а тем болеев деспотии. Да и при умеренных правлениях политическая свобода имеет местолишь там, где исключена возможность злоупотребления властью, для чегонеобходимо достичь в государстве разделения властей на законодательную,исполнительную и судебную. Такое умеренное правление характеризуется как«государственный строй, при котором никого не будут понуждать делать то, кчему его не обязывает закон, и не делать того, что закон ему дозволяет». Основная цель разделения властей – избежать злоупотребления властью.Чтобы пресечь такую возможность, подчеркивает Монтескье, «необходим такойпорядок вещей, при котором различные власти могли бы взаимно сдерживатьдруг друга». Подобное взаимное сдерживание властей – необходимое условие ихправомерного и согласованного функционирования в законно очерченныхграницах. «Казалось бы, – пишет он, – эти три власти должны прийти всостояние покоя и бездействия. Но так как необходимое течение вещейзаставит их действовать, то они будут вынуждены действовать согласованно».Причем ведущие и определяющие позиции в системе различных властей занимает,согласно Монтескье, законодательная власть. Разделение и взаимное сдерживание властей являются, согласноМонтескье, главным условием для обеспечения политической свободы в ееотношениях к государственному устройству. «Если, – замечает он, – властьзаконодательная и исполнительная будут соединены в одном лице илиучреждении, то свободы не будет, так как можно опасаться, что этот монархили сенат станет создавать тиранические законы для того, чтобы такжетиранически применять их. Не будет свободы и в том случае, если судебнаявласть не отделена от власти законодательной и исполнительной. Если онасоединена с законодательной властью, то жизнь и свобода граждан окажутся вовласти произвола, ибо судья будет законодателем. Если судебная властьсоединена с исполнительной, то судья получает возможность статьугнетателем. Все погибло бы, если бы в одном и том же лице или учреждении,составленном из сановников, из дворян или простых людей, были соединены этитри власти: власть создавать законы, власть приводить в исполнениепостановления общегосударственного характера и власть судить преступленияили тяжбы частных лиц». Монтескье при этом подчеркивает, что политическая свобода состоит не втом, чтобы делать то, что хочется. «В государстве, т.е. в обществе, гдеесть законы, свобода может заключаться лишь в том, чтобы иметь возможностьделать то, чего должно хотеть, и не быть принуждаемым делать то, чего недолжно хотеть. Свобода есть право делать все, что дозволено законами. Еслибы гражданин мог делать то, что этими законами запрещается, то у него небыло бы свободы, так как то же самое могли бы делать и прочие граждане». Личностный аспект свободы – политическая свобода в ее отношении уже нек государственному устройству, а к отдельному гражданину – заключается вбезопасности гражданина. Рассматривая средства обеспечения такойбезопасности, Монтескье придает особое значение доброкачественностиуголовных законов и судопроизводства. «Если не ограждена невиновностьграждан, то не ограждена и свобода. Сведения о наилучших правилах, которымиследует руководствоваться при уголовном судопроизводстве, важнее длячеловечества всего прочего в мире. Эти сведения уже приобретены в некоторыхстранах и должны быть усвоены прочими». Политическая свобода граждан в значительной степени зависит отсоблюдения принципа соответствия наказания преступлению. Свобода, поМонтескье, торжествует там, где уголовные законы налагают кары всоответствии со специфической природой самих преступлений: наказание здесьзависит не от произвола и каприза законодателя, а от существа дела. Такоенаказание перестает быть насилием человека над человеком. Причем «законыобязаны карать одни только внешние действия». Для обеспечения свободы необходимы и определенные судебныеформальности (процессуальные правила и формы) – правда, в такой степени,чтобы они содействовали целям реализации закона, но не превратились бы впрепятствие для этого. Составной частью учения Монтескье о законах являются его суждения оразличных разрядах (типах) законов. Люди, отмечает он, управляютсяразличными законами: естественным правом; божественным правом (правомрелигии); церковным (каноническим) правом; международным правом (вселенскимгражданским правом, по которому каждый народ есть гражданин вселенной);общим государственным правом, относящимся ко всем обществам; частнымгосударственным правом, имеющим в виду отдельное общество; правомзавоевания; гражданским правом отдельных обществ; семейным правом. Ввиду наличия этих различных разрядов законов, замечает Монтескье,«высшая задача человеческого разума состоит в том, чтобы точным образомопределить, к какому из названных разрядов по преимуществу относятся те илииные вопросы, подлежащие определению закона, дабы не внести беспорядка в теначала, которые должны управлять людьми». Специальное внимание Монтескье уделяет способам составления законов,законодательной технике. Основополагающим принципом законодательства является умеренность: «духумеренности должен быть духом законодателя». Он формулирует, в частности, следующие правила составления законов,которыми должен руководствоваться законодатель. Слог законов должен бытьсжатым и простым. Слова закона должны быть однозначными, вызывая у всехлюдей одни и те же понятия. Законы не должны вдаваться в тонкости,поскольку «они предназначены для людей посредственных и содержат в себе неискусство логики, а здравые понятия простого отца семейства». Когда законне нуждается в исключениях, ограничениях и видоизменениях, то лучшеобходиться без них. Мотивировка закона должна быть достойна закона.«Подобно тому, как бесполезные законы ослабляют действие необходимыхзаконов, законы, от исполнения которых можно уклониться, ослабляют действиезаконодательства». Не следует запрещать действия, в которых нет ничегодурного, только ради чего-то более совершенного. «Законам должна бытьприсуща известная чистота. Предназначенные для наказания людской злобы, онидолжны сами обладать совершенной непорочностью». Разработка теории законов в произведениях Монтескье прочно опираетсяна анализ истории законодательства. Он обстоятельно исследует римскоезаконодательство, происхождение и изменения гражданских законов во Франции,историю права многих других стран. Исторический подход к праву тесносочетается у Монтескье с сравнительно-правовым анализом законодательныхположений различных эпох и народов. Учение Монтескье о «духе законов» и разделении властей оказалосущественное воздействие на всю последующую политико-правовую мысль,особенно на развитие теории и практики правовой государственности. Политико-правовое учение Руссо Жан-Жак Руссо (1712 –1778) – один из ярких и оригинальных мыслителейво всей истории общественных и политических учений. Его социальные и политико-правовые взгляды изложены в таких произведениях, как: «Рассуждение по вопросу: способствовало ли возрождениенаук и искусств очищению нравов?» (1750), «Рассуждение о происхождении иоснованиях неравенства между людьми» (1754), «О политической экономии»(1755), «Суждение о вечном мире» (впервые опубликовано после смерти, в 1782г.), «Об общественном договоре, или Принципы политического права» (1762). Проблемы общества, государства и права освещаются в учении Руссо спозиций обоснования и защиты принципа и идей народного суверенитета. Распространенные в то время представления о естественном состоянииРуссо использует как гипотезу для изложения своих, во многом новых,взглядов на весь процесс становления и развития духовной, социальной иполитико-правовой жизни человечества. В естественном состоянии, по Руссо, нет частной собственности, всесвободны и равны. Неравенство здесь вначале лишь физическое, обусловленноеприродными различиями людей. Однако с появлением частной собственности исоциального неравенства, противоречивших естественному равенству,начинается борьба между бедными и богатыми. Вслед за уничтожением равенствапоследовали, по словам Руссо, «ужаснейшие смуты - несправедливые захватыбогатых, разбои бедных», «постоянные столкновения права сильного с правомтого, кто пришел первым». Характеризуя это предгосударственное состояние,Руссо пишет: «Нарождающееся общество пришло в состояние самой страшнойвойны: человеческий род, погрязший в пороках и отчаявшийся, не мог уже нивернуться назад, ни отказаться от злосчастных приобретений, им сделанных». Выход из таких условий, инспирированный «хитроумными» доводами богатыхи вместе с тем обусловленный жизненными интересами всех, состоял всоглашении о создании государственной власти и законов, которым будутподчиняться все. Однако, потеряв свою естественную свободу, бедные необрели свободы политической. Созданные путем договора государство и законы«наложили новые путы на слабого и придали новые силы богатому, безвозвратноуничтожили естественную свободу, навсегда установили закон собственности инеравенства, превратили ловкую узурпацию в незыблемое право и ради выгодынескольких честолюбцев обрекли с тех пор весь человеческий род на труд,рабство и нищету». Неравенство частной собственности, дополненное политическимнеравенством, привело, согласно Руссо, в конечном счете к абсолютномунеравенству при деспотизме, когда по отношению к деспоту все равны в своемрабстве и бесправии. В противовес такому ложному, порочному и пагубному для человечестванаправлению развития общества и государства Руссо развивает свою концепцию«создания Политического организма как подлинного договора между народами иправителями». При этом основную задачу подлинного общественного договора, кладущегоначало обществу и государству и знаменующего превращение скопления людей всуверенный народ, а каждого человека – в гражданина, он видит в создании«такой формы ассоциации, которая защищает и ограждает всею общею силоюличность и имущество каждого из членов ассоциации и благодаря которойкаждый, соединяясь со всеми, подчиняется, однако, только самому себе иостается столь же свободным, как и прежде». Каждый, передавая в общее достояние и ставя под единое высшееруководство общей воли свою личность и все свои силы, превращается внераздельную часть целого. Последствия общественного договора, по Руссо,таковы: «Немедленно вместо отдельных лиц, вступающих в договорныеотношения, этот акт ассоциации создает условное коллективное Целое,состоящее из стольких членов, сколько голосов насчитывает общее собрание.Это Целое получает в результате такого акта свое единство, свое общее я,свою ж изнь и волю. Это лицо юридическое, образующееся, следовательно, врезультате объединения всех других, некогда именовалось Гражданскоюобщиной, ныне же именуется Республикою, или Политическим организмом: егочлены называют этот Политический организм Государством, когда он пассивен,Сувереном, когда он активен, Державою – при сопоставлении его с емуподобными. Что до членов ассоциации, то они в совокупности получают имянарода, а в отдельности называются гражданами как участвующие в верховнойвласти и подданными как подчиняющиеся законам Государства». Обосновываемая Руссо концепция общественного договора выражает в целомидеальные его представления о государстве и праве. Основная мысль Руссо состоит в том, что только установлениегосударства, политических отношений и законов, соответствующих егоконцепции общественного договора, может оправдать – с точки зрения разума,справедливости и права – переход от естественного состояния в гражданское.Подобные идеальные представления Руссо находятся в очевидном противоречии сего же догадками о роли частной собственности и неравенства в общественныхотношениях и обусловленной этим объективной необходимости перехода кгосударству. Уже первое предложение «Общественного договора» – «Человек рождаетсясвободным, но повсюду он в оковах» – нацеливает на поиски путей разрешенияэтого противоречия с ориентацией на идеализированные черты «золотого века»естественного состояния (свобода, равенство и т.д.). Подобная идеализацияестественного состояния диктуется идеальными требованиями Руссо кгражданскому состоянию,




Нажми чтобы узнать.

Похожие:

Политико-правовые учения iconПолитические и правовые учения Древней Греции
В ней сконцентрирован большой политико-правовой опыт прошлых поколений, отражены основные направления, вехи и итоги предшествующих...
Политико-правовые учения iconЕ. Стариченко Политические и правовые учения в Древней Греции
В ней сконцентрирован большой политико-правовой опыт прошлых поколений, отражены основные направления, вехи и итоги предшествующих...
Политико-правовые учения iconПолитико-правовые воззрения Вольтера

Политико-правовые учения iconН. А. Бердяев: политико-правовые взгляды

Политико-правовые учения iconПолитико-правовые взгляды Никколо Макиавелли

Политико-правовые учения iconПолитико-правовые теории средневековой Западной Европы

Политико-правовые учения iconПолитико-правовые взгляды М. М. Сперанского и политические идеи Н. М. Карамзина

Политико-правовые учения iconПолитические и правовые учения в Древнем Риме

Политико-правовые учения iconПолитические и правовые учения в древнем мире

Политико-правовые учения iconПолитические и правовые учения Древней Греции

Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©rushkolnik.ru 2000-2015
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы