Изучение власти в политической антропологии. История и современность содержание icon

Изучение власти в политической антропологии. История и современность содержание



НазваниеИзучение власти в политической антропологии. История и современность содержание
Дата конвертации02.02.2013
Размер300.67 Kb.
ТипРеферат
скачать >>>


ИЗУЧЕНИЕ ВЛАСТИ В ПОЛИТИЧЕСКОЙ АНТРОПОЛОГИИ. ИСТОРИЯ И СОВРЕМЕННОСТЬ


СОДЕРЖАНИЕ



ВВЕДЕНИЕ 2

1. Концептуальные понятия власти. 4

2. Осмысление феномена власти. 10

3. Типология власти. 12

4. Легальность и легитимность власти. 18

5. Лидерство и харизма. 20

ЗАКЛЮЧЕНИЕ 25



ВВЕДЕНИЕ



Актуальность проблемы исследования: Власть – слово, которое слышишь повсюду. Мы часто пользуемся им, не особенно задумываясь над его смыслом. Однако при ближайшем рассмотрении содержание этого понятия оказывается особенно проблематичным. Понятие и проблема власти исследовались мало. В основном, ученые занимались, прежде всего, вопросами передачи власти, ее происхождением, но сама сущность этого феномена редко привлекала внимание. Тем не менее, совершенно очевидно то, что нельзя рассматривать власть и саму ее структуру, не имея представления о власти как таковой.

Власть, в общем, и широком смысле есть господство одного над другим или другими. Власть – форма социальных отношений, характеризующаяся способностью влиять на характер и направление деятельности и поведения людей, социальных групп посредством экономических, идеологических и организационно-правовых механизмов, а также с помощью авторитета, традиций, насилия. Сущностью власти являются отношения руководства и подчинения. По сфере распространения, а также по набору соответствующих инструментов и приемов властвования выделяют, в частности, экономическую, политическую, семейную и другие виды власти. По числу индивидов, играющих ключевые роли среди властвующих, виды власти уже иные: коллективная (общественная, классовая, групповая) и личная. По степени доступности ролей в пирамиде власти для каждого субъекта системы различают власть открытую и закрытую.

Власть – одно из основных начал человеческого общежития как общего жития, жизни людей. Там, где есть общество, есть власть. И наоборот – где есть власть, есть общество. Природу власти можно понять только как отношения между людьми. Но, разумеется, власть – не всякие отношения, а только такие, которые предполагают отношения определенной зависимости между людьми, отношения руководителя и руководимого, господства и подчинения.

В связи с этим цель работы заключается в исследовании власти как предмета политической антропологии.

В процессе работы нами были выдвинуты следующие задачи:

1. изучить концептуальные понятия власти;

2. рассмотреть феномен власти;

3. проанализировать типологию власти;

4. определить особенности легальности и легитимности власти;

5. выявить признаки лидерства и харизмы, и их роль при влиянии на других людей

Объектом исследования является: концептуальный анализ власти.


Предмет исследования: феномен власти в общественном мнении.

^ Методы исследования:

  1. изучение, обработка и анализ научных источников по проблеме исследования;

  2. анализ научной литературы, учебников и пособий по философии, политологии, кратологии, политической антропологии и т.д.

В работе использованы труды известных зарубежных и отечественных ученых, занимающихся проблемами феномена власти, таких как Болл Т., Вебер М., Емельянов Ю.Н., Кейзеров Н.М., Ледяев В.Г., Подорога В.А.. и др.
^

1. Концептуальные понятия власти.



Власть как фундаментальная проблема социальных и гуманитарных наук относится к числу “вечных” и всегда будет привлекать внимание исследователей. В философской, психологической, социологической и политологической литературе проводится структурный анализ категории «власть», выявляющий следующие аспекты1:

– социальный аспект. Власть есть силовое отношение, выражающее реальное доминирование. Власть означает способность проявлять свободу действий согласно своим целям и своей воле, что в отношении объектов власти создает определённую систему ущемлений;

– психологический аспект. Власть есть отношение лидерства, оно устанавливается в межличностном взаимоотношении и взаимодействии, при котором обосабливаются ведущая и ведомая стороны, субъект и объект власти;

– гносеологический аспект. Власть есть целенаправленный способ проявления и реализации знаний. Основой власти служат знание и воля. В знании проявляется сознательный расчёт действий и всех возможных последствий в заданных обстоятельствах. В воле оформляется жёсткая подчинённость действий целям, целеустремлённость и настойчивость. Знание и воля являются непременными атрибутами власти. Знание наделяет власть осмотрительностью, предсказуемостью и обоснованностью, а воля обеспечивает необходимую для достижения поставленных целей активность;

– организационный аспект. Власть есть ресурс, воплощающийся в наращивании порядка, уровня организации, организованности и регламентации жизни по всем параметрам. Порядок сковывает творчество и инициативу людей. Инициатива, не утверждённая властью, ищет собственные обходные пути, не получая на это санкции власти;

– политический аспект. Власть есть способ осуществления влияния, подчинения, принуждения в соответствии с фактическим или предполагаемым балансом сил в обществе, направленным на сохранение существующего положения вещей или его изменение.

Для власти необходимо рассмотрение проблемы морали, которая может определяться естественноисторической обоснованностью и пониманием морали на уровне человека и общества, традициями, воспитанием, историей.

У истоков поведенческой концепции власти стояли прежде всего политические мыслители “чикагской школы” Ч.Мерриам, Г.Лассуэлл, Дж.Кетлин. Заметную популярность среди американских политологов бихевиоризм завоевал благодаря четко выраженной установке на эмпирическое исследование поведения людей. Политический процесс, трактуемый как производный от фундаментальных жизненных характеристик человеческих индивидов, представал перед бихевиористами как актуализация некоторого изначального волевого устремления, придающего политический смысл всякому поведенческому акту.

Таким устремлением они считали достижение и использование власти. Власть – исходный пункт и конечная цель политического действия; политический человек – это человек, стремящийся к власти. В известном смысле вся политическая теория оказывается учением о власти. При первом же знакомстве с концепцией бихевиористов обращает на себя внимание характерная деталь – очевидная нестрогость, размытость определений власти, которыми они оперируют. Отчасти это может быть связано с многозначностью английского термина “power”. Определяя понятия “контроль”, “влияние” и подобные им друг через друга, создается обширный, но замкнутый сам на себя круг дефиниций с нечетким, интуитивно улавливаемым полем значений2.

Стержнем любого “властного” поведения является первоначальный импульс – “стремление к власти”, как бы ни трактовалось последнее понятие; например, как считает Лассуэлл, люди могут и не воспринимать свою или чужую деятельность как прямое, явное стремление к власти, а просто хотят чего-либо – выиграть схватку, сделать карьеру, приобрести авторитет, принять и осуществить решение, но за всем этим все же стоит стремление к власти. Власть, к которой устремляется человек, – средство к “улучшению его политического состояния”, с одинаковой неизбежностью применяемое всеми людьми, во все исторические времена, в любом обществе, при любом социально-экономическом и социально-политическом строе.

Трактовка власти как средства “достижения лучшего” имеет двойственный смысл: с одной стороны, она выглядит так, будто для человека есть более значительные ценности, чем власть, ради которых собственно и нужно обладать “властью”, “контролем”, “могуществом” и т. д.; этими ценностями могут быть польза, богатство, наслаждение или свобода, независимость, безопасность и т. п. С другой стороны, очевидно, что, если исходить из контекста рассуждений Лассуэлла, в ряду этих ценностей власть находится на первом месте, а прочие цели, будучи достигнуты, сами становятся условиями и предпосылками власти3.

Таким образом, власть трактуется одновременно и как цель, и как средство. Основания этих имманентных всем субъектам воль к власти бихевиористами трактовались по-разному. Упор на психологические основания, склоняясь опять же к неофрейдизму, принадлежал Лассуэллу. В его работах получила свое развитие идея компенсации реальных или воображаемых дефектов личности, заявленная Адлером.

Внимание Лассуэлла было приковано к развитию представлений человека о самом себе, степени развития и качеству самооценки и их воплощению в поведении. Его гипотеза состояла в том, что некоторые люди обладают необычайно сильной потребностью во власти или других личностных ценностях, таких как привязанность, уважение, как в средствах компенсации травмированной или неадекватной самооценки.

Личные "ценности" или потребности такого рода могут быть рассмотрены как эго-мотивы, поскольку они являются частью эго-системы личности. У Лассуэлла можно встретить около десяти различных определений власти, многие из которых предвосхитили целые направления анализа. Но прежде всего “власть” – это некая ценность. Человек испытывает потребность в обладании ею или переживании опыта санкций или влияния по отношению к другим людям. А.Джордж, развивая концепцию Лассуэлла, определяет “потребность во власти” как желание достичь власти, этой высшей ценности.

Характер и содержание потребности во власти у человека могут быть сформированы условиями, в которых у него образовалась низкая самооценка. Поэтому власть может быть желанна по многим причинам, причем у одного и того же человека в различное время эти причины могут быть иными. Условно можно выделить три типа причин, по которым власть желанна4:

• чтобы доминировать над другими и ограничивать действия других, создавать для них определенную депривацию;

• чтобы другие люди над ним не доминировали и / или не вмешивались в его дела - иногда эта цель может быть сама по себе конечной и более высоко ценимой чем другие;

• чтобы осуществлять достижения – здесь, во-первых, потребности во власти и в достижении в действительности оказываются тесно связанными; во-вторых, власть является инструментальной, т.е. выступает как средство для удовлетворения других потребностей, таких как потребность в достижении, в уважении, в одобрении, в безопасности.

Потребность во власти, возникшая как компенсаторный механизм, может быть усилена другими потребностями или, напротив, вступить с ними в конфликт – с потребностями в любви, аффилиации, достижении. В частности, различные комбинации потребностей во власти, достижении и аффилиации по-разному влияют на поведение актора.

Другой взгляд на потребность во власти, который далек от понимания ее как компенсации заниженной самооценки, представляет собой концепция Д.Винтера, развиваемая им в ряде теоретических трудов, среди которых отметим “Потребность во власти”5. Д.Винтер считает, что потребность во власти является социальным мотивом и поэтому теснейшим образом связана с поведением. И, соответственно, основные акценты он расставляет на особенностях поведения лидеров, межличностного взаимодействия, а так же содержания вербальных текстов, которые могут служить индикатором потребности во власти.

Таким образом, исследования в области политологии, философии политики оказали значительное влияние на создании и развитии концепций власти, в том числе включающих психологические механизмы объяснения природы данного явления. Еще одним примером подобного развития в области политических наук могут служить реляционистские теории, трактующие власть как межличностное отношение.

Реляционистские концепции включают в исследование феномена власти новый аспект анализа – властные отношения. Фокусируя внимание на ролевых отношениях или реляционном аспекте власти, данные концепции акцентируют возможность волевого воздействия одних индивидов и групп на другие6.

Реляционный подход, таким образом, охватывает широкий круг теорий от психологических (так называемые “теории сопротивления”) до социологических (“теории обмена”) и политических (“раздела сфер влияния”). Все эти теории имеют некоторые общие черты. Они принадлежат к теории социального действия, в основе которого лежит рациональная мотивация: рационально действующие акторы, обладая специфическими преимуществами (ресурсами), будучи помещенными в организационную сеть принуждений и возможностей их избежать, стремятся по мере возможности достичь своих целей. Авторы этих концепций базируются на одном из типов социального действия, заимствованного из широко известной классификации М. Вебера.

Основываясь на предложенном выше разделении, остановимся на точке зрения, признанной психологической среди других вариантов реляционной интерпретации власти и получившей название “теории сопротивления”. Исходной предпосылкой авторов концепций служит утверждение, что в процессе властных отношений субъект власти подавляет сопротивление ее объекта. Дж. Френч и Б. Рейвен трактуют основания власти значительно шире, чем Вебер, предлагая пять источников власти; позднее Равен и Круглански дополнили эту классификацию еще одним видом власти. Мы ограничимся лишь перечислением этих источников: власть вознаграждения, власть принуждения, нормативная власть, власть эталона, власть знатока, информационная власть.

Анализ категории власти, по мнению отечественных исследователей (Ю.М.Батурин) ведется в настоящее время по пяти направлениям7: власть как характеристика индивидуума (персональная власть); власть как межперсональная конструкция; власть как ресурс (товар); власть как причинная конструкция; власть как философская конструкция.

Каждый из этих аспектов иллюстрирует те или иные стороны понятия власти, а взятые в совокупности они дают более или менее целостное представление о категориях власти.

^

2. Осмысление феномена власти.



Рассмотрение власти как некоего глобального явления, присущего и природе, и человеческому обществу, имеет давнюю традицию в истории общественной мысли. Еще Аристотель высказывал мнение, что начало властвования и подчинения имеет универсальное проявление, а отношения власти – естественную предопределенность одних людей подчиняться, а других – властвовать8. Само понятие власти, впрочем, как и смежные с ним понятия – авторитета, господства, влияния, силы и т.п., относится к числу тех многомерных категорий социального знания, на которые заявляют свои права философия, политология, социология, психология, этика, право.

С 90-х годов предпринимаются первые шаги на пути создания самостоятельной науки о власти как разработанного комплекса знаний, блока отраслей наук о власти. Кратологию видят в качестве одной из важнейших общественных (гуманитарных) наук, целой и целостной системы знаний, в качестве “учения о власти, о закономерностях ее происхождения, функционирования и развития, о типах и видах власти, ее субъектах, объектах, носителях, формах, функциях, задачах, механизмах, нормах и принципах, сути и особенностях разделения властей, взаимодействия власти с другими сферами жизни и властей разного рода между собой, а также с зарубежными властями”9.

Власть представляет собой явление многомерное. И с самого начала стремление к власти изучалось в различных аспектах. Мюррей говорит о потребности в доминировании. Верофф под мотивацией власти понимал стремление и способность получать удовлетворение от контроля над другими людьми. Юлеман ввел наступательное понимание “потребности во влиянии”: на первом плане здесь стоят действия власти, понимаемые как энергичное, создающее взаимные угрозы взаимодействие, не допускающее никакого страха и требующее мужества от обеих сторон.

Винтер под “социальной властью” понимал способность производить желаемые эффекты в поведении или переживаниях другого человека. МакКлелланд определяет мотив власти “...как потребность, во-первых, чувствовать себя сильным, и, во-вторых, проявлять свое могущество в действии. Влиять на других людей является лишь одним из многих способов удовлетворения потребности ощущать себя сильным”. Хекхаузен говорит о стремлении к власти как о мотиве поведения человека: действие власти всегда есть целенаправленное использование мотивов другого человека, удовлетворяемых или неудовлетворяемых, независимо от их содержания10.

Власть – это господство над кем-либо; сила – это способность к свершению, потенция. Сила в психологическом смысле не имеет ничего общего с господством; это слово означает обладание способностью. Когда мы говорим о бессилии, то имеем в виду не неспособность человека господствовать над другими, а его неспособность к самостоятельной жизни11.

Власть – это не качество, которое человек "имеет", как имеет какую-либо собственность или физическое качество. Власть является результатом межличностных взаимоотношений. Власть устанавливается тогда, когда возникает необходимость в ней. Или же имеются различные представители власти для осуществления ее в различных сферах. Когда исчезают или ослабевают качества, на которые опирается данная власть, перестает существовать и сама власть. Власть не обязательно должна воплощаться в каком-либо лице, или институте, приказывающем что-либо делать или не делать; такую власть можно назвать внешней.

Власть может быть и внутренней, выступая под именем долга, совести или "суперэго". За последние десятилетия "совесть" в значительной мере потеряла свой вес. Это выглядит так, будто в личной жизни ни внешние, ни внутренние авторитеты уже не играют сколько-нибудь заметной роли. Каждый совершенно "свободен", если только не нарушает законных прав других людей. Но обнаруживается, что власть при этом не исчезла, а стала невидимой. Вместо явной власти правит "власть анонимная". У нее множество масок: здравый смысл, наука, психическое здоровье, нормальность, общественное мнение; она требует лишь того, что само собой разумеется12.

Кажется, что она не использует никакого давления, а только мягкое убеждение. Но реально анонимная власть эффективнее открытой, потому что никто и не подозревает, что существует некий приказ, что ожидается его выполнение. В случае внешней власти ясно, что приказ есть, ясно, кто его отдал; против этой власти можно бороться, в процессе борьбы может развиваться личное мужество и независимость. В случае интериоризованной власти нет командира, но хотя бы сам приказ остается различимым. В случае анонимной власти исчезает и приказ. Вы словно оказываетесь под огнем невидимого противника: нет никого, с кем можно было бы сражаться.

^

3. Типология власти.



В зависимости от источника подчинения объекта субъекту властные отношения могут принять форму силы, принуждения, побуждения, убеждения, манипуляции и авторитета13.

Власть в виде силы означает способность субъекта достичь желаемого результата в отношениях с объектом либо путем непосредственного воздействия на его тело или психику, либо с помощью ограничения его действий. В отличие от других форм власти, сила исключает альтернативы действия объекта, не давая ему возможности сделать выбор.

В принуждении источником подчинения объекта команде субъекта выступает угроза применения субъектом негативных санкций по отношению к объекту в случае отказа от повиновения, т.е. угроза силы. Хотя сила и принуждение нередко воспринимаются как одно и то же, концептуальное различение между ними является необходимым, поскольку они имеют разные источники подчинения и разные способы осуществления.

Побуждение основывается на способности субъекта обеспечить объект ценностями и услугами, в которых тот заинтересован. В отличие от принуждения, связанного с негативными санкциями, в процессе осуществления побуждения нежелание объекта следовать распоряжениям субъекта преодолевается с помощью позитивных санкций, обещания вознаграждения. В некоторых случаях (например, когда субъект лишает объект регулярного вознаграждения) различие между принуждением и убеждением (негативными и позитивными санкциями) бывает трудно различимым. Здесь отнесение к тому или иному виду власти зависит от восприятия ситуации объектом.

В убеждении источник власти заключается в аргументах, которые субъект может использовать для подчинения объекта. В отличие от принуждения и побуждения, которые внешне могут выглядеть как убеждение, последнее подразумевает отсутствие конфликта между субъектом и объектом; у объекта есть выбор принять аргументы субъекта или нет, который не ограничен позитивными или негативными санкциями со стороны субъекта.

Манипуляция как вид власти основывается на способности субъекта осуществлять скрытое влияние на объект. В отличие от других видов власти, манипуляция может иметь место без команды субъекта и даже тогда, когда объект не знает о самом существовании субъекта. Она осуществляется либо через коммуникацию, в процессе которой субъект делает замаскированные предложения (обычно путем подачи селективной информации), либо путем влияния на окружение объекта.

Хотя с точки зрения объекта манипуляция выглядит как убеждение, это разные виды власти. В процессе убеждения субъект не лишает объект (сознательно) необходимой информации, поскольку он хочет, чтобы объект принял его точку зрения. Напротив, в манипуляции субъект не хочет, чтобы объект мыслил так же, как и он сам, и поэтому сознательно ограничивает поток информации для объекта.

Источником подчинения объекта во властном отношении в форме авторитета выступает определенная совокупность характеристик субъекта, которая делает объект обязанным принять команду субъекта независимо от ее содержания. В отличие от силы и манипуляции, авторитет зависит от восприятия объекта и обязательно результируется в его повиновении команде субъекта. Границы между авторитетом (особенно легальным авторитетом) и принуждением часто бывают размыты. Однако в “чистом” виде авторитетного отношения подчинение объекта субъекту является добровольным. Объект повинуется, поскольку рассматривает свое повиновение как должное.

В зависимости от источника подчинения, авторитет бывает персональным, традиционным или легальным14.

Второй способ классификации форм власти предполагает различение между индивидуальной властью и коллективной властью. Термин “коллективная власть” используется в двух разных значениях. Им описываются властные отношения, в которых (1) субъектом власти выступает не отдельный человек, а группа или организация и где (2) субъект состоит из нескольких единиц (которые, в свою очередь, могут быть представлены как индивидами, так и группами, организациями). В первом случае (его лучше обозначить понятием “неиндивидуальная власть” или “групповая власть”) анализ властного отношения аналогичен анализу индивидуальных форм власти, а субъект власти рассматривается как единое целое (один актор).

Во втором случае (коллективная власть в собственном смысле слова) субъект власти не воспринимается как единое целое, а представляет собой совокупность акторов; поэтому анализ данной формы власти непосредственно учитывает отношения между акторами, образующими коллективный субъект власти.

Коллективная власть определяется следующим образом: если ни А, ни В (Г, Д, Е, и т.д.) не могут индивидуально заставить Б делать X, но вместе они могут добиться этого, то А и В (Г, Д, Е, и т.д.) имеют коллективную власть над Б в отношении X. К ней не относятся ситуации, где А и В способны достичь желаемого результата независимо друг от друга, даже если А и В представляют собой единую группу. В этом случае мы имеем дело с двумя отдельными видами индивидуальной власти. Не все члены группы, которая обладает коллективной властью, являются коллективными субъектами, а только те, которые составляют и включены в организационную структуру группы, имеют соответствующие интенции и могут использовать свои ресурсы в коллективных целях.

Коллективная власть возникает только в тех ситуациях, когда составляющие группу акторы обладают специфическими информационными ресурсами, т.е. знанием определенной последовательности действий, необходимых для осуществления власти, и их действия организованы. Поэтому расплывчатые труднокоординируемые группы (нации, классы, большие территориальные общности, и т.п.) вряд ли могут быть коллективными субъектами власти.

В некоторых случаях власть группы (коллектива) трудно рассматривать, спускаясь на индивидуальный уровень, поскольку она не обусловливается непосредственно индивидуальными возможностями входящих в группу людей и не зависит от их конкретных действий (по крайней мере в данный момент). Коллектив может осуществлять власть как бы независимо от своих членов в тех ситуациях, когда он формирует определенный имидж, который оказывает подчиняющее воздействие на объект власти.

Третье различение было сделано между политическими и неполитическими формами власти. Существует два основных способа интерпретации политической власти. Некоторые исследователи рассматривают власть как политический феномен. Поэтому они фактически не делают различий между “властью” и “политической властью”, употребляя их как синонимы15.

Данный взгляд противоречит традиционному (обыденному) смыслу слова “власть” и приводит либо к слишком узким интерпретациям власти, исключающим из содержания понятия межличностные отношения и нелегитимные формы контроля, либо к неоправданно широким и расплывчатым концепциям власти, которые затрудняют понимание политики как относительно самостоятельной сферы общественной жизни16.

В силу этих причин политическую власть целесообразнее рассматривать как разновидность власти. В соответствии с этим подходом не все формы власти относятся к политическим. Поэтому спецификация политической власти зависит от интерпретации понятия “политика” (“политическое”).

В социально-философской и политологической литературе имеют место различные концепции политики. Некоторые авторы ограничивают политику сферой государства и государственного управления. Главный недостаток данного подхода состоит в том, что он не может использоваться для объяснения догосударственных общественных систем и оставляет некоторые существенно важные и имеющие политическое значение социальные отношения за пределами политики.

Другие исследователи рассматривают ее как процесс формирования и осуществления публичной политики. Хотя данный взгляд позволяет учесть и включить в политическую сферу некоторые негосударственные формы общественной деятельности, он тем не менее оставляет вне сферы политического нелегитимные антисистемные виды поведения (войны, революции, терроризм и т.д.). Поэтому понятие политической власти не охватывает всех видов властных отношений, имеющих политические последствия. Некоторые авторы отождествляют политическую власть с политическим правом. В данной интерпретации либо допускается смешение власти как отношения с ее основами (ресурсами), либо “политическая власть” ограничивается легальными (легитимными) формами социального контроля17.

Рациональнее, рассматривать “политическую власть” как понятие, относящееся ко всем видам властных отношений в политической сфере. Хотя политическая власть прямо или косвенно связана с деятельностью легальных структур управления, она не ограничивается сферой принятия государственных решений, а присутствует во всех общественных отношениях и событиях, которые оказывают существенное влияние на жизнь социальной общности (общества) в целом. В данной интерпретации “политическая власть” представляет собой достаточно широкое понятие, охватывающее и нелегальные (нелегитимные) формы отношений, и негосударственные формы деятельности. В то же время оно уже, чем во многих других подходах, поскольку из нее исключаются те виды власти, которые не оказывают существенного (политического) влияния на жизнь социальной общности.

Политическая власть не является чем-то совершенно отличным от других форм власти; например, отдельные виды экономической власти можно отнести к политической власти, если они оказывают влияние на осуществление общественного управления и становятся объектом политических отношений.

Аналогично общему понятию власти, “политическая власть” рассматривается как “власть над”; она отличается от “политического управления”, которое выражает способность политического актора достичь желаемого результата в политической сфере.

^

4. Легальность и легитимность власти.



Термины “легальность” и “легитимность” имеют общий корень, который происходит от латинского слова “leg”, что означает “закон”. Видимо, потому эти понятия нередко считают тождественными. На самом деле понятия “легальность” и- “легитимность” далеко не тождественны, хотя в определенных условиях могут совпадать18.

Легальность власти – это ее законность, понимаемая как действие через закон и в соответствии с ним, т.е. ее юридически нормативная узаконенность. Антиподом легальной власти является нелегальная, т.е. незаконная, неузаконенная власть. Причем одна вполне может переходить в другую.

Легитимность власти показывает ее фактическую значимость для людей, степень ее престижа, ее “эмпирическую” узаконенность, но не благодаря закону, исходящему от власти, а благодаря закону человеческой расположенности. Из сказанного можно сделать следующий вывод: власть может быть легальной и легитимной – тогда это крепкая власть; власть может быть легальной, но нелегитимной – тогда это шаткая власть. Всякая уважающая себя власть стремится стать и быть и легальной, и легитимной. Легальность и легитимность – качественно разные ресурсы власти, обладающие разным потенциалом функционирования.

Типы легитимности власти. Макс Вебер различал три главных типа легитимности власти как ее “внутренних оправданий”19.

1. Традиционная легитимность. Она покоится на авторитете нравов и обычаев, привычки ориентироваться на их соблюдение. Обычаи и традиции выполняют не только регулирующую роль в обществе, они обеспечивают преемственность поколений, непрерывность исторического процесса. Иногда думают, что монархия – это власть, которая сыграла свою роль, и сейчас ее можно отправить в музей древностей. Это не совсем так. Например, в современной Испании монархия обеспечила относительно плавный переход от диктаторского режима генерала Франко к демократии. Эсбер вообще считал, что для стабильности демократии полезно сохранение наследственного монарха.

2. Харизматическая легитимность. Харизма (от греч. charisma – милость, благодать, божий дар) – особая, исключительная одаренность, наделенность государственного деятеля, политического лидера такими качествами (мудрость, непогрешимость, пророчество, святость, а также бесстрашие, мужество и др.), которые резко выделяют его не только из общей массы людей, но и из состава политических “верхов”.

Воспользовавшись понятием charisma, М.Вебер расширяет его этимологию до определения способности этой личности взять на себя ответственность объявить “прорыв” законным с моральной точки зрения, выступить посредником в процессе обращения к высшему (более рационализированному и системному) этапу исторического развития.

Общество реагирует на деятельность харизматического лидера посредством этическое подражание его поведению, когда лидер служит высшим образцом, воплощая в себе абсолютную добродетель, выступает (и что немаловажно, самоопределяет себя) лишь как инструмент божественной воли, стремясь к тому, чтобы его власть над умами (ее М.Вебер называет харизмой власти) создала для проявления этой воли максимально благоприятные условия20.

Харизматическая власть – это власть, основанная на слепой преданности лидеру, которому приписывают некие высшие качества и почти мистические свойства. Если традиционная легитимность и соответствующая ей власть отличаются большой прочностью, то харизматическая власть живет, как правило, столько, сколько живет носитель харизмы.

3. Рационально-правовая легитимность, согласно Веберу, характерна для власти демократической. Ее отличает понимание обязательности выполнения своих обязанностей всеми “государственными служащими” – от рядовых до носителей власти. Граждане доверяют не отдельной личности или группе лиц, находящихся у власти, а устройству государства, законам, согласно которым функционирует власть.

Вебер называет эти типы легитимности “идеальными типами”, прекрасно понимая, что в реальной политической жизни они встречаются редко. В большинстве случаев политическая власть представляет собой различные комбинации идеальных типов, переходы от одного к другому.

^

5. Лидерство и харизма.



В любой группе выделяется руководитель, лидер. Он может быть назначен официально, а может и не занимать никакого официального положения, но фактически руководить коллективом в силу своих организаторских способностей. Руководитель назначен официально, извне, а лидер выдвигается "снизу". Лидер не только направляет и ведет своих последователей, но и хочет вести их за собой, а последователи не просто идут за лидером, но и хотят идти за ним. Исследования показывают, что знания и способности лидера оцениваются людьми всегда значительно выше, чем соответствующие качества остальных членов группы.

Почему человек становится лидером? Согласно концепции "черт", лидер обладает определенными свойствами, чертами, благодаря которым он выдвигается в лидеры21. Лидеру присущи следующие психологические качества: уверенность в себе, острый и гибкий ум, компетентность как доскональное знание своего дела, сильная воля, умение понять особенности психологии людей, организаторские способности. Однако анализ реальных групп показал, что порой лидером становится человек, и не обладающий перечисленными качествами, и, с другой стороны, человек может иметь данные качества, но не являться лидером. Возникла ситуативная теория лидерства, согласно которой лидером становится тот человек, который при возникновении в группе какой-либо ситуации имеет качества, свойства, способности, опыт, необходимые для оптимального разрешения этой ситуации для данной группы.

В разных ситуациях группа выдвигает разных людей в качестве лидера. Структура механизмов воздействия лидеров на массу зависит от свойств последователей. Лидер находится в сильнейшей зависимости от коллектива. Группа, имея образ лидера – модель, требует от реального лидера, с одной стороны, соответствия ей, а с другой – от лидера требуется способность выражать интересы группы. Только при соблюдении этого условия последователи не просто идут за этим лидером, но и желают идти за ним.

Существует такой тип лидера, который призывает своих подчиненных переступить через их собственные, личные интересы и действовать исключительно во благо организации. Такой лидер способен оказывать на подчиненных необычайное по своей силе воздействие. Их обычно называют трансформационными лидерами (transformational leader).

Франклин Д. Рузвельт, Маргарет Тэтчер, Джесси Джексон, Билл Клинтон, Мэри Кей Эш (основательница косметической компании Mary Kay Cosmetics), Стив Джобс (один из основателей Apple Computer) и бывший мэр Нью Йорка Руди Джулиани относятся к числу трансформационных лидеров. Пользуясь своими выдающимися личными способностями, они оказывают воздействие на подчиненных, вселяя в них ощущение важности и ценности выполняемых ими задач. “Я пошел бы в огонь, если бы меня попросил об этом мой начальник”, – именно так говорят о харизматических лидерах их подчиненные.

Харизма – это власть, построенная не на логике, не на давней традиции, а на силе личных качеств или способностей лидера. Власть примера, или харизматическое влияние, определяется отождествлением исполнителя с лидером или влечением к нему, а также зависит от потребности исполнителя в принадлежности и уважении. В противоположность безличному «должностному» влиянию традиции, харизматическое влияние – целиком личное. Даже невзирая на то, что исполнитель и лидер никогда не встречались, в представлении исполнителя его отношения с лидером строятся почти на равных. Исполнитель может вообразить, что у него или у нее много общего с лидером. На уровне подсознания исполнитель также ждет, что подчинение, возможно, сделает его похожим на лидера или, по крайней мере, вызовет к нему уважение.

Вот некоторые характеристики харизматических личностей22:

1) обмен энергией. Создается впечатление, что эти личности излучают энергию и заряжают ею окружающих их людей; 2) внушительная внешность. Харизматический лидер не обязательно красив, но привлекателен, обладает хорошей осанкой и прекрасно держится; 3) независимость характера. В своем стремлении к благополучию и уважению (в их понимании) эти люди не полагаются на других; 4) хорошие риторические способности. У них есть умение говорить и способность к межличностному общению; 5) восприятие восхищения своей личностью. Они чувствуют себя комфортно, когда другие выражают им восхищение, нисколько не впадая в надменность или себялюбие; 6) достойная и уверенная манера держаться. Они выглядят собранными и владеющими ситуацией.

Что такое харизматическое лидерство? Согласно теории харизматического лидерства (charismatic leadership theory), подчиненные, наблюдая определенные поведенческие модели, приписывают своим лидерам героические или необычайные лидерские способности. Авторы ряда исследований пытались выявить особые черты личности, присущие харизматическим лидерам, однако самое большее, что им удалось сделать, – это выявить пять следующих характеристик23:

  • у харизматических лидеров есть определенная перспектива, т.е. представление о том, к чему следует стремиться;

  • они готовы идти на риск, чтобы достигнуть своей стратегической цели;

  • они чувствительны к ограничениям внешнего окружения;

  • они чувствительны к потребностям своих подчиненных;

  • они демонстрируют поведенческие модели, не вписывающиеся в привычные рамки (табл. 1).

^ Таблица 1

Характеристики харизматических лидеров





Каким образом харизматические лидеры оказывают столь сильное влияние на других людей? Результаты исследований позволяют говорить об особом процессе, состоящем из четырех этапов. На первом этапе лидер формулирует некую привлекательную стратегическую цель, которая создает у других людей чувство последовательной смены событий, связывая настоящее с лучшим будущим.

На втором этапе лидер излагает свои ожидания, связанные с улучшением, и выражает уверенность в том, что подчиненные смогут их оправдать. Это укрепляет чувство собственного достоинства и уверенность подчиненных в собственных силах. На третьем этапе лидер доводит до сведения своих подчиненных – посредством слов и собственных действий – новую совокупность ценностей и на личном примере демонстрирует образцы поведения, которым они должны следовать.

Наконец, на четвертом этапе харизматический лидер идет на какие-то личные жертвы и демонстрирует нестандартные модели поведения, выражая тем самым свою решимость и убежденность в правильном выборе стратегической цели. Люди чаще испытывают влияние тех, кто обладает восхищающими их чертами характера и кто является их идеалом, похожими на которого они хотели бы быть.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ



При рассмотрении существующих ныне концепций власти, прежде всего, бросается в глаза их многочисленность и разнообразие.

В каждом человеческом союзе, каковы бы ни были его пределы, его происхождение и его призвание, можно встретить двоякого рода стремления: к свободе и к порядку. Свобода как стремление личности к самоопределению требует возможно большего торжества личного начала. Порядок как совокупность необходимых мер, ограничивающих свободу личности, существует для охраны целого и потому естественно направлен к торжеству общественного начала на счет личного. Порядок охраняется властью; но на ней лежит вместе с тем и обеспечение свободы.

Действие власти в каждом союзе может обнаруживаться в трояком направлении: 1) в установлении и поддержании внутреннего порядка в союзе, 2) в осуществлении нравственных и материальных целей союза и 3) в поддержании его достоинства и интересов относительно других подобных союзов. Чем сложнее союз, тем сложнее организации власти (например, государственная власть представляется целым рядом учреждений). Власть как организатор и охранитель порядка в соединениях людей должна располагать известной нравственной и материальною силою или могуществом.

Ввиду сопутствования друг другу понятий власти, силы и могущества слово власть часто употребляется в смысле силы или могущества. Результатом смешения этих понятий является иногда отождествление власти с силой, влекущее за собой потерю того нравственного и прогрессивно-культурного значения, которое свойственно власти как необходимому элементу организации.

Отсюда происходит также противоположение власти и свободы или власти и права: расширение свободы и личных прав считается умалением или упразднением власти. То же смешение понятий власти и силы отражается, наконец, на неверном определении "сильной" и "слабой" власти.

Под именем сильной власти разумеется не та, которая удовлетворяет всем указанным выше целям, а та, которая не допускает свободы и не благоприятствует развитию личных прав и, наоборот, слабой властью считается та, с которой совместно широкое развитие индивидуальной свободы. Другими словами, сильная власть отождествляется с деспотическою и произвольною, а слабая – с правомерною.

Итак, можно сделать вывод, что власть представляется, прежде всего, общественной формой, в которой могут быть отражены четыре содержательные сферы ценностей. Один может подчинить другого или благодаря своему уму и знаниям; или экономическим и техническим средствам, имеющимися в его распоряжении; или благодаря внутреннему богатству и законченности своей личности; или, наконец, благодаря религиозной вере, воспринимаемой другими как божья благодать.

Власть всегда заключается в одной из этих форм. Особый случай, когда человек направлен не на одну из этих ценностей, а главным для него становится могущество само по себе.


^ СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ


  1. Аристотель. Политика // Сочинения в 4-х томах. Т. 4. – М.: Мысль, 1984.

  2. Бессонов Б.Н., Гончаров П.К., Жовтун Д.Т. и др. Философия политики. Книга Властные факторы в политической системе общества. – М.: Луч, 1993.

  3. Болл Т. Власть. – М.: Полис, 2001. – № 5.

  4. Бочаров В.В. Истоки власти. – Потестарность, СПб.: 1997.

  5. Вебер М. Избранные произведения. – М, Прогресс, 1990, с.

  6. Гозман Л.Я., Шестопал Е.Б. Психология власти // Психология господства и подчинения. Хрестоматия, Мн: Харвест, 1998.

  7. Дегтярев А.А. Политическая власть как регулятивный механизм социального общения // Полис, 1996. – № 3.

  8. Дилигенский Г.Г. Психологические аспекты политического лидерства // Психология и психоанализ власти. Хрестоматия / ред.Д.Я.Райгородского – Самара.: “Бахрах”, 1999.

  9. Емельянов Ю.Н. Лидеры и их потребности // Психология и психоанализ власти. Хрестоматия/ ред.Д.Я.Райгородского. – Самара.: “Бахрах”, 1999.

  10. Ильин Е.П. Методика “Мотив власти” // Ильин Е.П. Мотивация и мотивы. – Спб: ”Питер”, 2000.

  11. Ирхин Ю.В., Зотов В.Д., Зотова Л.В. Политология: Учебник – М.: Юристъ, 2002. – 511 с.

  12. Кейзеров Н.М. Власть и авторитет. – М.: Юридическая литература, 2002.

  13. Кенджеми Дж.П. Использование власти личного авторитета или власти законных полномочий // Иностранная психология , 2000, №7.

  14. Крадин Н.Н. Политическая антропология. – М.: Логос, 2005. – 270 с.

  15. Ледяев В.Г. Власть: Концептуальный анализ // Полис. 2000. – № 1.

  16. Ледяев В.Г. Власть: концептуальный анализ. – М.: «Российская политическая энциклопедия» (РОССПЭН), 2001. – 384 с.

  17. Ледяева О.М. Понятие власти // Власть многоликая / Отв. ред А.И. Уваров. – М.: Российское философское общество, 1992.

  18. Панарин А.С. Онтология власти // Философия власти / Под ред. В.В. Ильина. – М.: Изд.-во Московского ун-та, 1993.

  19. Подорога В.А.. Феномен власти. (Беседа) // Философские науки, 1993. – № 3.

  20. Сморгунов Л.В., Семенов В.А. Политология. Учебное пособие. – СПб.: 1996.

  21. Солдатов В.Е. Авторитет должности и авторитет личности. – Свердловск, 2002.




1 Ледяев В.Г. Власть: Концептуальный анализ // Полис. 2000. – № 1.


2 Гозман Л.Я., Шестопал Е.Б. Психология власти // Психология господства и подчинения. Хрестоматия, Мн: Харвест, 1998.


3 Панарин А.С. Онтология власти // Философия власти / Под ред. В.В. Ильина. – М.: Изд.-во Московского ун-та, 1993.


4 Ирхин Ю.В., Зотов В.Д., Зотова Л.В. Политология: Учебник – М.: Юристъ, 2002. – 511 с.


5 Бессонов Б.Н., Гончаров П.К., Жовтун Д.Т. и др. Философия политики. Книга Властные факторы в политической системе общества. – М.: Луч, 1993.


6 Ледяев В.Г. Власть: концептуальный анализ. – М.: «Российская политическая энциклопедия» (РОССПЭН), 2001. – 384 с.


7 Болл Т. Власть. – М.: Полис, 2001. – № 5.


8 Аристотель. Политика // Сочинения в 4-х томах. Т. 4. – М.: Мысль, 1984.


9 Ледяева О.М. Понятие власти // Власть многоликая / Отв. ред А.И. Уваров. – М.: Российское философское общество, 1992.


10 Ильин Е.П. Методика “Мотив власти” // Ильин Е.П. Мотивация и мотивы. – Спб: ”Питер”, 2000.


11 Кейзеров Н.М. Власть и авторитет. – М.: Юридическая литература, 2002.


12 Кенджеми Дж.П. Использование власти личного авторитета или власти законных полномочий // Иностранная психология , 2000, №7.


13 Ледяев В.Г. Власть: концептуальный анализ. – М.: «Российская политическая энциклопедия» (РОССПЭН), 2001. – 384 с.


14 Солдатов В.Е. Авторитет должности и авторитет личности. – Свердловск, 2002.


15 Дегтярев А.А. Политическая власть как регулятивный механизм социального общения // Полис, 1996. – № 3.


16 Солдатов В.Е. Авторитет должности и авторитет личности. – Свердловск, 2002.


17 Сморгунов Л.В., Семенов В.А. Политология. Учебное пособие. – СПб.: 1996.


18 Крадин Н.Н. Политическая антропология. – М.: Логос, 2005. – 270 с.


19 Вебер М. Избранные произведения. – М, Прогресс, 1990, с.


20 Вебер М. Избранные произведения. – М, Прогресс, 1990, с.


21 Дилигенский Г.Г. Психологические аспекты политического лидерства // Психология и психоанализ власти. Хрестоматия / ред.Д.Я.Райгородского – Самара.: “Бахрах”, 1999.


22 Гозман Л.Я., Шестопал Е.Б. Психология власти // Психология господства и подчинения. Хрестоматия, Мн: Харвест, 1998.


23 Емельянов Ю.Н. Лидеры и их потребности // Психология и психоанализ власти. Хрестоматия/ ред.Д.Я.Райгородского. – Самара.: “Бахрах”, 1999.






Похожие:

Изучение власти в политической антропологии. История и современность содержание iconПонятие власти в политической антропологии содержание
Люди часто используют данное слово, не задумываясь о его содержании или вкладывая в него то или иное значение интуитивно. Но как...
Изучение власти в политической антропологии. История и современность содержание iconКонцепция проведения конференции «сотрудничество власти и общества в сфере сохранения военно-мемориальных сооружений: история и современность»
«сотрудничество власти и общества в сфере сохранения военно-мемориальных сооружений: история и современность»
Изучение власти в политической антропологии. История и современность содержание iconАвтор: Степура Антон Юрьевич
Политическая система вклю- чает организацию политической власти, отношения между обществом и государством, характеризует протекание...
Изучение власти в политической антропологии. История и современность содержание iconПрограмма элективного курса «Ржевская битва. История и современность»
Предпрофильный элективный курс: «Ржевская битва. История и современность» предназначен для обучающихся 9 классов
Изучение власти в политической антропологии. История и современность содержание iconФедеративные контуры политической географии России: история и современность
Федеративная форма государственного устройства России, закрепленная Конституцией Российской Федерации 12 декабря 1993 года, является...
Изучение власти в политической антропологии. История и современность содержание icon1. Власть: сущность, типы, легитимность
Причины двойственной оценки политической власти в истории мировой философской и политической мысли
Изучение власти в политической антропологии. История и современность содержание iconКурсовая работа по дисциплине «Политология»
Структура и ресурсы политической власти. Принцип разделения властей. Понятие «легитимность власти»
Изучение власти в политической антропологии. История и современность содержание iconТест. Политика. Фамилия И. О
А21. 3 Специфической чертой политической власти, в отличие от иных видов власти, является (-ются)
Изучение власти в политической антропологии. История и современность содержание iconАксиомы власти. Проблемы полномочий в обществе Аксиомы власти. Проблемы полномочий в обществе
Проблема власти является одной из центральных в политической науке. Уяснение сущности, потребности и механизма власти имеет важное...
Изучение власти в политической антропологии. История и современность содержание iconКонтрольная работа по дисциплине «Политология» Тема №13 Политическая власть
Структура и ресурсы политической власти. Принцип разделения властей. Понятие «легитимность власти»
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©rushkolnik.ru 2000-2015
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы