«перспективы гражданского общества в россии: проблемы оценки и выбора» icon

«перспективы гражданского общества в россии: проблемы оценки и выбора»



Название«перспективы гражданского общества в россии: проблемы оценки и выбора»
страница1/2
Дата конвертации14.04.2013
Размер0.61 Mb.
ТипДоклад
скачать >>>
  1   2

Стенограмма научного семинара Лаборатории исследования гражданского общества ГУ-ВШЭ по теме:

«ПЕРСПЕКТИВЫ ГРАЖДАНСКОГО ОБЩЕСТВА В РОССИИ:
ПРОБЛЕМЫ ОЦЕНКИ И ВЫБОРА»



Дата проведения: 25.02.2009


Ведущий: Якобсон Лев Ильич, д.э.н., профессор, первый проректор ГУ-ВШЭ, заведующий Лабораторией исследования гражданского общества.


Докладчики:

Александр Васильевич Соколов, к.ф.-м.н., заместитель директора Института статистических исследований и экономики знаний ГУ-ВШЭ

«Форсайт – методология формирования будущего»

Доклад будет посвящен описанию общих принципов и эволюции Форсайта как систематического процесса оценки средне- и долгосрочных горизонтов развития, основанного на участии всех заинтересованных сторон, нацеленного на принятие текущих решений и мобилизацию совместных действий. Будет дано описание основных методов и методологии Форсайта, освещены особенности применения методов Форсайта для социальной сферы.


^ Ирина Владимировна Мерсиянова, к.социол.н., старший научный сотрудник ЛИГО ГУ-ВШЭ

Сергей Анатольевич Шашнов, к.фил.н., заведующий отделом стратегического прогнозирования Института статистических исследований и экономики знаний ГУ-ВШЭ

«Цели и альтернативы развития гражданского общества: дорожная карта для России»

В докладе будут рассмотрены подходы и методы Форсайта (экспертные опросы, сценарии, дорожные карты), использованные для оценки перспектив развития гражданского общества в России. Будут представлены первые результаты построения дорожной карты развития гражданского общества в России до 2020 г. В ней в наглядном виде отображены основные цели и задачи развития гражданского общества, важнейшие параметры его текущего и будущего состояний, критические факторы и возможные пути достижения поставленных целей.



ЯКОБСОН: Семинар традиционный, а заседание сегодня отчасти необычное, правда, у нас и каждое заседание получается «с лица не общим выраженьем», но сегодня необычность вот в чем. В прошедшем 2008 году Лаборатория исследования гражданского общества выполняла одну из тем плана фундаментальных исследований Высшей школы экономики, и тема эта касалась методов прогнозирования развития гражданского общества. То есть речь шла не столько о прогнозе как таковом, сколько об изучении подходов к определению перспектив гражданского общества, методов прогнозирования и подготовки некоего пилотного прогноза на основе метода Форсайт.


И вот мы хотели бы сегодня ознакомить вас с тем, что в итоге получилось и, разумеется, как это всегда бывает на нашем семинаре, нелицеприятно это обсудить, поскольку те, кто тему выполняли, они хотя и исполнены чувства законной или незаконной гордости, но при этом не намерены завтра уходить на пенсию, а намерены продолжать свою деятельность, а, соответственно, хотели бы получить некие замечания и справедливую критику.

Вот, собственно, и все. А сейчас я хотел бы предоставить слово Александру Васильевичу Соколову, заместителю директора Института статистических исследований и экономики знаний ГУ-ВШЭ, для доклада «Форсайт – методология формирования будущего. Александр Васильевич, пожалуйста. Сколько времени нужно?


СОКОЛОВ А.В.: Нужно около 20-25 минут.


ЯКОБСОН: Хорошо. Когда пройдет 20 минут, я вам дам знать, и вы потом в 5 минут уложитесь, если не уложитесь до того. Пожалуйста.


СОКОЛОВ А.В.: Хорошо. Здравствуйте, уважаемые коллеги! Моя задача в сегодняшнем выступлении своем сделать общий обзор о том, в чем заключаются современные методы долгосрочного прогнозирования, которые объединяются под общим названием, которое вы видите в названии сегодняшней презентации – «Форсайт».

Я думаю, что английский здесь все знают, foresight переводится напрямую непосредственно как взгляд в будущее или предвидение, но в русском языке уже состоялось это слово, и оно используется уже самыми разными людьми, включая самых высших руководителей нашего государства, что уже означает, что это слово вошло в обиход.

Я в своей презентации расскажу, в чем заключается в принципе и каким образом происходила эволюция вот этого набора методов долгосрочного прогнозирования. В чем, собственно, эти методы входят и каким образом они используются, и расскажу немножко об опыте. У нас, к сожалению, еще этот опыт очень ограничен, но, тем не менее, уже некоторый опыт имеется, а в мире он накоплен уже довольно значительный, опыт применения этих методов в области социальной сферы.

Сначала об общих принципах эволюции. Что такое «Форсайт». Это систематический процесс оценки средних и долгосрочных горизонтов развития, основанный на участии всех заинтересованных сторон, и нацеленный на принятие текущих решений и мобилизацию совместных действий. То есть это одно из определений. Определений много разных.

Вот здесь выделены красным слова, которые являются ключевыми для него. То есть, это процесс, который носит систематический характер, то есть он не одноразовый и, как правило, он повторяется либо в каком-то цикле одинаковых исследований, либо с развитием по некой спирали. Участие заинтересованных сторон или то, что на Западе называют держатели акций, стейк-холдеры. И речь идет о том, чтобы оценивать будущие перспективы, но не просто для чего-нибудь, а для того, чтобы принимать решения сегодня уже, приближающие нас к наиболее оптимальному будущему в выбранном месте.

Ключевыми элементами этого подхода являются – оценка различных вариантов будущего, то есть «Форсайт» исходит из того, что будущих может быть много разных, установление и развитие сетевых связей, то есть привлечение всех заинтересованных сторон и возникновение на этой основе неких взаимосвязей между ними, и формирование и планирование будущего на основе установления некоего совместного видения. Я чуть-чуть более детально об этом скажу.

Где, в каких сферах обычно наиболее эффективно применение «Форсайта». Обычно это связано с тем, что в стране, в регионе возникают какие-то социально-экономические проблемы долгосрочного характера. Часть из них перечислена здесь. В том числе, они могут иметь социальный характер, необходимо достигнуть сплоченности общества, и масса других задач может ставиться.

Другой случай, это если есть проблемы технологического характера, нужен переход на новый уровень технологического развития, и аналогичные задачи.

Очень эффективен «Форсайт» в тех случаях, когда нужно принимать политические решения в выборе тех или иных стратегических альтернатив, где имеются различные варианты движения в ту или иную сторону, и нужно иметь общее мнение, связанное, в том числе, с достижением консенсуса между государством, бизнесом, обществом, в том числе и организацией гражданского общества.

Каким образом происходила эволюция форсайт-исследований. Сначала, где-то с конца 50-х годов прошлого века, и особенно активно начиная с 70-х годов, это была оценка долгосрочных перспектив развития науки и технологий, в первую очередь, фундаментальных исследований, затем это развитие шло в более прикладном направлении для оценки наиболее перспективных направлений науки и технологий, затем уже в сфере национальных инновационных систем и повышения эффективности этих систем. Начиная с 1990-х, где-то в большей степени это относилось к развитию технологии формирования перспективных рынков. И вот уже в последние 10, может быть, 15 лет все более активно «Форсайт» вторгается в социальную сферу.

Здесь на слайде приведены некоторые отдельные направления и приложения методов и те страны, где это наиболее активно применялось. Я должен сказать, что сегодня эти методы применяются в десятках стран, это мягко будет сказано, а в сотнях, может быть, стран, практически в большинстве стран в той или иной степени применяется. В некоторых – исключительно активно. Например, могу сказать, что в Европейской комиссии самая большая строка их бюджета связана со структурами и фондами, они предназначены для развития отсталых регионов и регионов, столкнувшихся с теми или иными проблемами. Могу сказать, что регионы, не проводившие у себя форсайт-исследования, они просто не допускаются к финансированию по линии этих структурных фондов.

Общая схема применения Форсайта примерно следующая. Это сначала определение будущих вызовов. Это могут быть перспективы развития общества, экономики, наиболее важные проблемы, определяющие будущее страны, региона, отдельной корпорации. На основе анализа этих вызовов определяется система целей, достижение которых может способствовать ответу на эти будущие вызовы с учетом необходимости достижения общего видения со стороны различных игроков. На этой основе определяется последний этап достижения этих целей, те приоритетные задачи, которые требуют решения в первую очередь. И уже на этой основе, собственно, формируется система мер, позволяющая эффективно приближаться к поставленным целям.

Если посмотреть на схему Форсайта, я уже сказал, что это систематический характер, как правило, носит. В идеале процесс Форсайта выглядит следующим образом. На подготовительном этапе формируется некая методология реализации проекта, на следующем этапе идет привлечение участников, где должны вовлекаться и лица, принимающие решения, и эксперты, и это может быть гражданское общество в том числе. Затем, собственно, идет разработка проекта. На следующем этапе предпринимаются действия по реализации достигнутых результатов. И, собственно, следующий этап, это обновление и начинается новый цикл «Форсайта». В Японии сейчас уже идет 9-й цикл, например, научно-технологического прогноза, который разрабатывается с горизонтом на 30 лет.

Теперь я расскажу о некоторых методах и о практике применения форсайт-методов.

В принципе, методов довольно много. Вот здесь, на этом слайде перечислены некоторые из них, но далеко не все. Это так называемый Форсайт-ромб. Здесь что важно. Методы могут быть и качественными, и количественными, могут быть смешанными, как, например, метод Дельфи, о котором я чуть позже скажу, но очень важно, чтобы в методологии проведения реализации того или иного проекта входили методы, по возможности представляющие все углы вот этого ромба. То есть это нужно обеспечить наличие доказательной информации, это может быть информация из литературы, из разных баз данных, из аналитических исследований, с одной стороны. С другой стороны, должны быть привлечены эксперты наиболее высокого уровня, обеспечивающие качество экспертизы. Эти эксперты должны привлекаться таким образом, чтобы они действовали максимально креативно, то есть они выдавали некие новые идеи и не просто отбывали номер, а реально участвовали в реализации этого проекта. И взаимодействие, что означает привлечение самых разные экспертов и обеспечение живого взаимодействия между ними. Не просто, чтобы вы собрали информацию от десяти или от ста, или от тысячи человек и объединили, а все-таки попытались, чтобы это было какое-то живое обсуждение.

Я расскажу сейчас о некоторых методах, о примерах их применения в России и, может быть, в некоторых других странах.

Наиболее известный метод «Дельфи», он был разработан в середине 50-х годов прошлого века. Это многотуровый анкетный опрос, как правило, проводится два тура, два раунда, где обеспечивается анонимность оценок. На следующем этапе эти оценки интегрируются и общая сводная оценка предоставляется экспертам в том, чтобы они могли, не теряя лица, изменить свое мнение. И этот метод применяется довольно активно. В Японии, я уже упоминал, научно-технологический прогноз сейчас выполняется в 9-й раз, но с 1990-х годов он очень активно используется в самых разных странах, в том числе в России сейчас.

Я хочу два слова сказать о долгосрочном прогнозе научно-технологического развития, который был завершен в прошлом году, и министр образования и науки докладывал это на правительственной комиссии. И он был воспринят вполне хорошо. Высшая Школа Экономики отвечала в этом прогнозе за собственно научно-технологический прогноз, который мы реализовывали с помощью метода «Дельфи».

Вот на этом слайде обрисована схема реализации проекта. Уже отсюда видно, что это довольно сложный процесс был с вовлечением большого числа экспертов и самых разных методов. Это был анализ, здесь некоторые элементы упомянуты, это и сканирование на основе анализа зарубежных прогнозов, самых разных аналитических обзоров, литературы, бэнчмаркинг, сопоставление российского и мирового уровня в тех или иных областях. Это и статистический анализ, самого разного рода экспертные упражнения и работа с панелью экспертов, интервью и опросы самые разные. Собственно, опросы Дельфи, это в два этапа проводилось. Вот анализ по итогам опросов Дельфи. И это завершалось разного рода семинарами, обсуждениями.

Сама эта структура Дельфи, она состояла из 10 направлений, около 60 областей, которые детализировали эти направления. Вот здесь на слайде приведены для примера все эти 10 направлений высшего уровня, и для одного из них приведены те области науки и технологии, по которым эти направления детализировались. Всего было порядка 900 тем. Тема Дельфи - это некое выражение, обозначающее научное достижение новой технологии либо инновационный товар, выходящий на рынки в прогнозируемом горизонте.

Просто для того, чтобы подчеркнуть масштаб этого исследования, это было более 40 регионов, более 2 тысяч экспертов, это колоссальная работа была, которая проходила в течение двух лет. Были охвачены все ведущие промышленные предприятия, крупнейшие НИИ и ВУЗы.

В качестве неких результатов я приведу самые краткие. Например, были выделены те направления, где у России наиболее высокого уровня разработки, а для тех из них, которые могут быть реализованы в течение ближайших 10 лет, были выделены некоторые основные кластеры. Например, в рамках направления живых систем это была интеграция био- и нано- информационных технологий – биосенсоры и биомедицина, клеточные и другие технологии. Аналогичные вещи были сделаны для других направлений.

Из другого слайда видно, например, красным цветом, понятно, что это прочитать невозможно, красным цветом здесь обозначены области из направления медицины и здравоохранения, и верхний круг, это те темы, которые обеспечивают вклад в решение социальных проблем. А внизу, это повышение конкурентоспособности внутренних (нрзб) и усиление позиций на мировых рынках. Отсюда, например, видно, это вопрос для гражданского общества в том числе, что медицина у нас, если мягко говорить, не самого высокого уровня, то есть она работает на внутренний рынок, что, в принципе, заставляет задуматься о том, что с этим делать. Ни одна из тем практически в области медицины не была признана достаточно высокого уровня, чтобы конкурировать на мировых рынках.

Два слова о методе критических технологий. Он используется довольно активно в России, сейчас начинается, в этом году, четвертый цикл. Сегодня действует перечень из 30 с лишним критических технологий. Он используется для формирования федеральной целевой научно-технической программы и, в общем-то, в основу формирования этого перечня были положены те инновационные продукты и услуги, которые могут либо обеспечить наибольший вклад в экономический рост, либо обеспечивающий национальную безопасность. И горизонт реализации критических технологий рассматривался 10 лет. Я на этом подробно не буду останавливаться, просто скажу, что одно из направлений.

Аналогичные работы делались для ряда регионов.

Форсайт активно используется для отдельных корпораций. Здесь что важно, что сначала во главу угла ставится определение образа будущего. Например, для того, чтобы разработать новый автомобиль «Мерседес», сначала эксперты задумываются, а каким образом будет выглядеть общество будущего, как люди будут жить, будут они ездить на работу или они будут работать дома, будет больше пожилых людей, и нужны ли им другие автомобили и прочее. Исходя из этого, уже строится их стратегическое видение, каким образом должны выглядеть эти автомобили.

Теперь еще один метод – это метод дорожных карт. Я на нем не буду подробно останавливаться, потому что в следующей презентации о нем расскажут. Я просто скажу, что мы сейчас делаем очень большую работу для Российской корпорации нанотехнологий, это самый большой проект, который Высшая школа экономики имела, по-моему, за все время существования. И это колоссальная работа абсолютно, где делается – вот сегодня мы делаем девять дорожных карт. Здесь для примера приведена вам одна для ракетно-космической промышленности. Мы таких делаем сегодня девять. Пятнадцать еще у нас в планах. Плюс еще целый ряд работ, связанных с Форсайтом.

Я два слова скажу о том, где применяется Форсайт для социальной сферы. Здесь на картинке приведен молодежный Форсайт в Великобритании. Это что-то вроде наших бывших олимпиад для школьников средних классов 13-14 лет. В данном случае, им дается задание, группам из 6-7 школьников, и они стараются решить некие проблемы в режиме мозгового штурма в течение нескольких часов. Вот здесь приведен на рисунке пример, когда ставилась задача – технология и мода. Я не буду рассказывать, очки специальные, в очках стекла, это телевизоры, ушки, это микрофоны одновременно, другое ушко, это телефон, то есть вы можете их использоваться в самых разных областях. А вот справа вы видите, это когда делают пирсинг на животе, то это специальные микросхемы внутри, которые позволяют менять цвет этого пирсинга.

Теперь - Форсайт для городов. Вот здесь слева, чтобы вы понимали, это Москва, как ее видели 100 лет назад, 1914 год, на открытках, а справа, это Германия в 2000 году. Довольно любопытные картинки сами по себе. Я хочу сказать, что Форсайты для городов, они довольно успешно реализуются в целом ряде городов, здесь приведены некоторые из них, но их намного больше на самом деле.

Какие эффекты здесь. Просто интересно будет для гражданского общества. С одной стороны, для руководства, городской администрации это видение мероприятий для нового генплана, увеличение большего круга экспертов, интеграция возможностей разных экспертов. А для населения это довольно много разных плюсов – это и вовлечение в процесс изменения, и некая разработка видения, и возможность высказать свои наболевшие проблемы, обсудить, каким образом город должен развиваться и, в этом смысле, каким-то образом сотрудничать с правительством.

Например, для одного из городов Швеции, Гетеборг, это второй по населению город Швеции, они делали некое сценарное видение, где анализировали ситуацию, выбирали критерии для роста и альтернативные сценарии, и была программа по их реализации.

Вот сценарное видение. Я не буду подробно говорить, времени мало. Одно – это разумное и эффективное использование энергии. Второе – развитие городского транспорте. Следующее направление – экология. И городское планирование. Я скажу два слова чуть позже об этом.

В экологической части, например, вы видите из этого слайда, что планировалось за 20 лет снизить долю несортированного мусора с 70% до 4%. Это одно из наиболее интересных предложений. И у них был разработан сценарий очень интересный, позволяющий сконцентрировать жизнь вокруг нескольких центров в городе и обеспечить очень быстрое передвижение из одного центра в другой за счет скоростного трамвая. Я просто бывал там не раз, и я очень хорошо представляю, как это реализовано.

Другое направление, так называемый образовательный Форсайт, у нас он проводился уже несколько раз, и сейчас мы проводим это для наноиндустрии, но было у нас для ИКТ, для сферы интеллектуальных услуг и для других направлений.

Я назвал несколько направлений с применением Форсайта возможных в сфере гражданского общества, но я надеюсь, что во втором докладе вам расскажут намного более практичные и уже вещи, касающиеся непосредственно исследований.

Упомяну лишь несколько других проектов, чтобы вы просто представляли масштабы. Это дом будущего в Германии, телевидение для детей, Мальта, социальная ответственность правительства и бизнеса, Франция, будущее Австрии, где очень много внимания уделялось аспектам социального характера. Германия, работа для пожилых. И другие аспекты.

И самый последний слайд. Я просто хочу сказать, что мы издаем журнал, который называется «Форсайт». И если кому-то интересно, у нас на сайте можно найти информацию о нем, какие-то статьи. И я призываю вас, если кому-то интересно, то с удовольствием ответим на вопросы. Спасибо.


ЯКОБСОН: Наверняка вопросы появились. Но я бы предпочел, чтобы мы задавали вопросы уже после второго доклада, тем более, что есть некоторая надежда, что сам доклад будет содержать ответы на некоторые из сейчас возникших вопросов.

В частности, наверняка возникли вопросы, касающиеся того, что – ну, метод, он, в общем, для другого в действительности, больше для технологий, и, хотя в заключительной части доклада Александр Васильевич продемонстрировал, но из-за моей жестокости у него не было времени рассказать, он просто назвал целый ряд успешных Форсайтов для сугубо социальных процессов и решения социальных проблем.

Сейчас мы с вами уже обратимся непосредственно к тому, что было сделано по Форсайту для российского гражданского обществ. Доклад сделают Ирина Владимировна Мерсиянова и Сергей Анатольевич Шашнов. Сколько нужно времени.


ШАШНОВ С.А.: Я думаю, минут 20-25 нам, наверное, хватит.


ЯКОБСОН: На двоих.


ШАШНОВ С.А.: Да, на двоих.


ЯКОБСОН: Хорошо. Тоже после 20 минут я вам дам знать.


ШАШНОВ С.А.: Добрый день уважаемые коллеги. В нашем сообщении будут рассмотрены подходы и методы Форсайта, которые были использованы для оценки перспектив развития гражданского общества в России, результаты, которые были при этом получены. А также вашему вниманию будет представлена дорожная карта одного из возможных вариантов развития гражданского общества.


МЕРСИЯНОВА И.В.: В начале я бы хотела сделать некие вводные замечания для того, чтобы то, о чем мы будем говорить, воспринималось именно в том ключе, в котором мы хотели бы это подать. Во-первых, в любом обществе сосуществуют и конкурируют различные представления о том, какими должны быть ориентиры развития гражданского общества и как достигать этих ориентиров. Однако какие бы ориентиры не выбирались, исключительно важно обеспечить соответствие целей и средств, маршрутов достижения целей. Ученый не может и не должен навязывать обществу свои представления о целях общественного развития, но он может предложить инструментарий оптимальной трансформации целей во внутренне непротиворечивые и оптимальные дорожные карты. Мы демонстрируем, как это сделать, исходя из тех целевых ориентиров, которые содержатся в ежегодных докладах Общественной палаты РФ.


ШАШНОВ С.А.: Я продолжу. Мы постараемся дополнять друг друга по возможности. Александр Соколов в своем докладе дал достаточно подробную характеристику о методологии Форсайта, и привел достаточно много примеров использования его в социальной сфере. На самом деле, к настоящему моменту известно уже немало примеров применения этой методологии и для гражданского общества. Ну и, в частности, здесь вам будут представлены результаты той работы, которую мы сделали.

Прежде всего, я хотел бы сказать несколько слов, которые раскрывают, почему же Форсайт становится все более популярным в этой области. Рост интереса к Форсайту в значительной степени связан с тем, что это относительно новый подход к определению перспектив развития гражданского общества, который достаточно успешно зарекомендовал себя в других сферах. Популярность Форсайта объясняется также увеличением спроса на знания о будущем и все более широким распространением новых принципов разработки политики, которая предполагает выбор приоритетов и концентрацию основных усилий по их достижению.

Внимание к этому методу также связано с ценностью как прямых его результатов, так и значительной пользы, приобретаемой участниками этого процесса. Причем, последние, а это может быть, например, более ясное стратегическое видение, осуществление коммуникаций, обмен информацией и так далее, во многих случаях даже оказывается более важным итогом, чем первые результаты.

Как здесь уже говорилось, одной из основных наших задач было построение дорожной карты для гражданского общества. Поэтому я хотел бы сказать несколько слов об этом методе.

Дорожные карты предназначены для разработки и визуального представления среднесрочной стратегии развития сектора, отрасли и компании. Это нормативный метод предвидения, то есть предполагается моделирование развития от будущего к настоящему. В рамках данного метода предполагается, что мы знаем, куда мы хотим прийти или чего мы хотим достичь, и наша задача заключается в том, чтобы ответить на вопрос, каким образом оптимально это сделать.

Временной горизонт для данного метода обычно составляет от 5 до 15 лет. Дорожная карта строится в виде схемы маршрута, который последовательно приводит к заранее установленной совокупности целей через решение промежуточных задач.

Представляет она собой, как правило, синхронизированную многослойную схему, где каждый слой содержит однородные элементы. Это могут быть, например, цели, задачи, меры, элементы состояния, и основной акцент при этом делается на согласование временных координат, событий и действий, что придает данному инструменту динамический характер и позволяет отслеживать всю реализацию этого процесса. При этом, при построении дорожных карт всегда стремятся к представлению результатов максимально четко и в понятной форме, чтобы они были более доступны для большого числа заинтересованных лиц и служили основой для принятия текущих решений в соответствующих областях.

На данном слайде приведены базовые принципы, на которые мы опирались при построении дорожной карты. Я не буду на них останавливаться, они понятны. Хочу только сказать, что и при построении дорожной карты, и при конструировании сценариев, которые одновременно с ней строились, нами был проведен анализ основных стратегических документов, имеющих прогностическую направленность. Прежде всего, мы достаточно именно с наших позиций, с тех точек зрения, которые нас интересовали, рассматривали документы Общественной палаты, Концепцию долгосрочного развития до 2020 года, среднесрочные программы экономического развития страны и другие подобные документы.

Еще я хотел бы отметить, что при конструировании наших сценариев мы также старались, чтобы они коррелировали и соответствовали тем сценариям, которые заявлены в долгосрочной концепции развития страны до 20-го года. Я имею в виду инновационный и инерционный сценарии.

Если говорить о построении дорожной карты, она предполагала выполнение следующих этапов. Во-первых, это определение цели, решаемых задач и временных рамок. Основное назначение дорожной карты заключается в выборе и представлении возможных направлений и приоритетов развития гражданского общества, определении системы необходимых мер и точек их наиболее перспективного приложения, построение траектории достижения поставленных задач и отражение альтернативных вариантов.

Далее. Разработка методологии и выбор методов. Естественно, методы выбирались таким образом, чтобы у нас имелась возможность оценить перспективы развития гражданского общества и собрать всю информацию, которая требовалась для описания элементов дорожной карты.

Далее. В соответствии с выбранной системой методов привлекались участники, различные эксперты, представители организации гражданского общества, представители различных групп населения. Вот с ними происходила работа, но, соответственно, происходил и сбор информации от населения.

В конечном счете, эта информация вся обрабатывалась таким образом, чтобы ее можно было использовать для подготовки дорожных карт и для подготовки сопроводительных информационно-аналитических документов.

Теперь несколько слов о выборе методов. Для получения необходимой информации для построения дорожной карты нами использовалась совокупность различных методов. Все эти методы представлены в рамках вот этой фигуры координат – ромба Форсайта, о которой говорилось в предыдущей презентации. Как видно, эти все методы, они распределены по всей фигуре и, таким образом, отражают важнейшие черты и свойства этого подхода. А стрелочками указана та последовательность, в которой эти методы применялись.

Как видно, процесс начинается с таких традиционных методов, как обзор литературы и контент-анализ. Далее, проводились интервью с экспертами, также проводились фокус-группы в разных формах, очные и онлайновые, с различными экспертами и опросы населения. Может быть, об этих методах несколько подробнее расскажет моя коллега. И вся собранная информация, она использовалась в построении сценариев и дорожной карты.

Несколько слов о методе сценариев. Сценарии использовались нами для определения возможных перспектив развития гражданского общества и определения возможных вариантов его развития. Цель подготовки сценариев заключалась в том, чтобы представить возможные картины будущего, отразить альтернативные пути их достижения.

Сценарии были посвящены событиям и направлениям событий, которые являются предметом наибольшего интереса и беспокойства. Они основывались на ключевых драйверах, влияние которых в значительной степени было предсказуемо, и они первоначально конструировались на основе таких драйверов, а также во внимание принимались те элементы, с которыми связаны значительные неопределенности. Ну и, понятно, что так как всегда существует много таких элементов, то приходится конструировать несколько сценариев. У нас сначала было довольно много сконструировано таких предварительных сценариев, но потом они, в конечном счете, все были сведены к трем сценариям.

Что касается подходов к построению сценариев. Использовался при построении сценариев, понятно, исследовательский подход, то есть мы шли от настоящего к будущему, а непосредственно контуры сценариев, их логика… При построении сценариев мы использовали два подхода, один из которых можно назвать условно «лента событий», а второй, то, что можно назвать «техника сценарных осей».

Если говорить о первом подходе, то суть его заключается в следующем, мы пытаемся сформулировать какие-то ключевые события, они могут выглядеть как что-то подобное газетным заголовкам, и привязываем их ко времени. И, в результате выстраивания вот таких вот ключевых событий в привязке ко времени, мы формулируем контур сценария.

На этом слайде я привел пример, как мог бы выглядеть сценарий, если обратиться к материалам, интересным материалам 8-го научно-технологического Форсайта, который был проведен несколько лет назад, если рассматривать технологические аспекты адаптации наименее социально защищенных групп в Японии.

Просто приведу два события, которые здесь присутствуют. В самом низу, то есть это практически уже свершилось, это возможность подавать заявления и иные официальные заявления в государственные учреждения через Интернет. Я не знаю, существует ли сейчас такая возможность в Японии, но, я думаю, что уже, возможно, существует. И самое отдаленное событие, которое, если мне память не изменяет, где-то относилось к 27-му году, это технологии помощи людям, не способным к устному или письменному общению из-за болезни или по иным причинам, путем создания механизмов телепатического общения через прямое восприятие мозговой активности. Я хочу отметить, что 50 экспертов считали, что это, в принципе, возможно будет до 2027 года. Ну, это было для иллюстрации.

И основной подход, который использовался нами при построении уже наших сценариев, это техника сценарных осей. Суть этого подхода заключается в следующем, что мы рассматриваем различные факторы, которые влияют на гражданское общество, либо характеризуют его какие-то важнейшие составляющие. И мы перебираем различные вот эти факторы и смотрим, какова может быть динамика. Например, мы берем такие факторы, как уровень жизни и социальная сплоченность – смотрим, в рамках этих осей рост по каждому из фактов или, наоборот, уменьшение. И, таким образом, очень удобно формировать такие предварительные простейшие сценарии или можно их назвать сюжеты. И в результате перебора различных комбинаций и факторов у нас получается совокупность таких простейших сценариев, которые мы затем уже можем группировать в какие-то кластеры и уже, собственно, формулировать сами содержательные сценарии.

Это пока все, что я хотел сказать.


МЕРСИЯНОВА И.В.: Вашему вниманию мы предложим три возможных сценария, которые у нас получились в результате вот такого агрегирования за счет рассмотрения в разных координатах, но покажем мы их для того, чтобы подвести к дорожной карте, которая будет иллюстрировать только один из возможных сценариев.

Первый сценарий условно называется «Общество солидарности», в котором имеет место высокая социальная активность населения на фоне роста доходов и образовательного уровня населения, сопровождающаяся укреплением социальной базы гражданского общества (увеличение доли ядра и уменьшение буферной зоны). Преобладание восприятия общества как сплоченного среди большинства населения. Рост доверия, ответственности, ощущения своих возможностей оказывать влияние. Деятельность Третьего сектора обладает свойством устойчивости, в том числе за счет хорошего кадрового обеспечения. Услуги НКО являются востребованными со стороны органов власти и бизнес-структур. Вклад Третьего сектора в ВВП не менее, чем в развитых западных странах.

Второй сценарий – «Инерционное общество». Функционирование институтов гражданского общества проявляется в конкретных практиках, однако вовлеченность в них россиян находится на низком и среднем уровне. Одновременно существуют категории, проявляющие себя наиболее активно (люди с высшим образованием, традиционная интеллигенция и др.). Организации Третьего сектора разнообразны, однако неустойчивы. Отдельные виды НКО могут вносить вклад в решение вопросов местного значения. Наиболее развиты формы взаимодействия с властями на муниципальном уровне. Общественная активность по месту жительства имеет тенденцию приватизации органами местного самоуправления.

Третий сценарий – «Общество социальной пассивности», где низкие показатели социальной активности населения, готовности объединяться с другими людьми, неразвитость установок на участие в практиках гражданского общества. Слабая социальная база гражданского общества, ее периферию составляет более половины населения. Неустойчивый Третий сектор из-за слабости ресурсной базы, в первую очередь – кадры (сотрудники и добровольцы). Формы взаимодействия с властями не многообразны, преобладают нематериальные формы. НКО не рассматриваются как ресурс социально-экономического развития муниципалитетов, регионов, и страны в целом.

Совершенно ясно, что первый сценарий является наилучшим. Многим хотелось бы верить в то, что развитие гражданского общества в России пойдет по этому сценарию. Нам дают основание так думать результаты всероссийского репрезентативного опроса населения (1600 респондентов), который был проведен нами в конце декабря 2008 года. Здесь мы видим ожидания россиян, их видение будущего.

Так, 57% россиян считают, что необходимо, чтобы наша страна к 2020 году стала похожа на развитые страны Запада в том смысле, что в них большинство граждан участвуют в работе общественных, религиозных, благотворительных и других негосударственных некоммерческих организаций, совместно решают посредством этого свои проблемы, непосредственным участием в этих общественных организациях.

Следующий слайд нам покажет распределение мнений респондентов по вопросу о том, будут ли к 2020 году россияне участвовать в работе общественных, религиозных, благотворительных и других НКО для совместного решения своих проблем, помощи другим людям, а также контроля действий властей. 41% россиян считают, что будут. 30% полагают, что не будут.

Когда я характеризовала первый сценарий и говорила о том, что будут расти показатели социальной активности населения на фоне того-то и того-то, то этот фон мы, собственно, получили, опять же, из результатов массовых опросов населения, когда спрашивали у наших россиян, какие из перечисленных условий, а вы сейчас видите распределение это на слайде, наиболее важны для того, чтобы большинство россиян стали участвовать в работе общественных и других некоммерческих организаций.

Посмотрите, пожалуйста, практически каждый второй говорит о том, что таким условием является значительный рост доходов граждан, и на уровне трети нам говорят о повышении уровня доверия между людьми, о повышении образовательного уровня населения и о том, что между людьми должны быть более нравственные отношения. Каждый четвертый говорит о понимании людьми своих интересов, повышении прозрачности, эффективности работы самих некоммерческих организаций. И, собственно, повышение внимания к этим организациям со стороны государства тоже для каждого пятого является условием для того, чтобы люди, наши россияне, стали больше участвовать в деятельности негосударственных некоммерческих организаций.

И последняя картинка, которую мы берем в результатах наших опросов, она нам продемонстрирует ответ на вопрос о том, зависит или не зависит возможность России стать ведущей мировой державой к 2020 году зависит от участия рядовых граждан в деятельности общественных и других негосударственных некоммерческих организаций. Смотрите, какие интересные цифры. 55% россиян говорят, что зависит, а 33% говорят, что не зависит.

И переходим теперь собственно к дорожной карте. Основные элементы нашей дорожной карты соответствуют той классике, о которой нам рассказал Александр Васильевич. Дорожная карта построена в рамках стратегического направления, которое мы почерпнули из докладов Общественной палаты о состоянии гражданского общества в Российской Федерации. Оно состоит в создании общества свободной самоорганизации, представляющего собой совокупность общественных институтов, непосредственно не включенных в структуры государства и позволяющие гражданам, их добровольным объединениям наиболее полно реализовывать свои интересы и инициативы, вести конструктивную социальную деятельность и равноправный диалог с властью.

Подчеркиваю особым образом, что определение целей развитие гражданского общества – это предмет политического выбора. Наше представление – это результат научного поиска, результат реализации научно-исследовательских процедур.

Движение в рамках этого стратегического направления обеспечивается за счет реализации перечня целей развития гражданского общества:

  • Укрепление социальной базы гражданского общества;

  • Повышение качества институтов гражданского общества, причем в данном случае имеется в виду улучшение таких характеристик как современность и эффективность;

  • Расширение многообразия и распространенности социальных практик гражданского общества;

  • Снижение региональных различий с точки зрения благоприятности предпосылок для развития гражданского общества (многие присутствующие здесь знают, что мы в своих разработках делаем упор именно на характеристику предпосылок, которые лежат в плоскости индивидуального субъекта, то есть то, что мы эти предпосылки характеризуем с точки зрения участия населения или развитости установок у населения на участие в социальных практиках гражданского общества. Хотя понятно, что факторы, которые дифференцируют регионы с точки зрения благоприятности предпосылок, они могут быть и другими, то есть те, которые лежат в русле развитости институциональных форм взаимодействия органов власти и НКО, в конце концов, количество нормативно-правовых актов в регионе, которые принимаются для поддержки развития некоммерческих организаций и т.д.);

  • Широкое распространение ценностей гражданского общества – инициативность, общественная активность, альтруизм и др.

  • Соответствие качества человеческого потенциала интересам формирования гражданского общества в России.

  • Установление стабильной обратной связи органов власти с населением через институты гражданского общества;

  • Расширение возможностей для самореализации граждан;

  • Повышение уровня доверия населения к институтам и структурам гражданского общества.

Знаете, большое есть желание вообще уже карту показать, и остальное я буду говорить на фоне карты. Давайте мы карту загрузим. Карта большая, ее можно увидеть хорошо, только когда она в формате А3 в цветном виде распечатана. Мы это прекрасно понимаем, поэтому я и предлагаю ее сейчас загрузить, чтобы хотя бы как-то привыкнуть к ее виду в нынешних условиях.

Итак, сверху слева мы видим стратегическое направление, которое я только что обрисовала, справа у нас уходят цели, которые конкретизируют это стратегическое направление. Развитие гражданского общества мы рассматриваем в трех проекциях. Вот как раз вы видите здесь эти три проекции. Первая проекция – институциональная проекция, то есть здесь идет речь об институтах гражданского общества, о третьем секторе, о благотворительности и тех практиках, в которых проявляется функционирование институтов гражданского общества.

И следующие две проекции – социоструктурная и проекция с точки зрения человеческого потенциала, которая для нас смыкается в одном – в социальной базе гражданского общества. Методологическая основа для выбора этих проекций лежит в русле трансформационной теории российского общества, которая разработана известным социологом Татьяной Ивановной Заславской.

Далее. На самой дорожной карте гражданского общества представлена совокупность показателей, которые характеризуют состояние гражданского общества вплоть до 2020 года. Для примера я назову несколько показателей, хотя на самой карте их у нас 19, а в наших рабочих материалах еще на десяток больше. В качестве точки отсчета мы выбирает 2010 год. Причем сильной стороной является то, что мы даем не качественную характеристику этих показателей, а количественную, опираясь на наше знание о текущем состоянии гражданского общества по этим показателям, благодаря исследованиям в рамках нашего мониторинга состояния гражданского общества.

Итак, давайте посмотрим. Доля ядра социальной базы гражданского общества в 2010 году будет составлять 8%, к 2015 году – 20%, к 2020 году – 25%. На этом примере, кстати, хорошо иллюстрируется связь с другими показателями. Как Вы знаете, в соответствии с нашим теоретическим представлением о социальной базе гражданского общества, ядро составляют люди, готовые объединяться с другими людьми для каких-либо совместных действий, если их идеи и интересы совпадают, участвующие в благотворительной деятельности, информированные о деятельности отдельных видов НКО и участвующие в деятельности НКО. Что касается прогнозных значений этих показателей в рамках выбранного сценария («общество солидарности»), то доля готовых объединяться изменяется по нашей линии времени как 60%-65%-70%, доля участвующих в повседневных практиках благотворительности – 70%-80%-90% (понятно, что значения показателя для участвующих в благотворительности через НКО мы берем значительно меньше, отталкиваясь от текущего уровня в 1-5% взрослого населения), доля информированных об НКО – 75%-85%-95%, доля участвующих в деятельности НКО и гражданских инициатив – 12%-20%-25%.

Далее. Слева в третьем слое идет блок задач, решение которых должно обеспечить достижение поставленных целей. Это:

  • Повышение устойчивости функционирования НКО;

  • Развитие практики благотворительной деятельности и добровольчества физических лиц;

  • Развитие практики благотворительной деятельности и поддержки добровольчества на предприятиях;

  • Обеспечение эффективной поддержки благотворительной деятельности и добровольчества на региональном и муниципальном уровнях;

  • Формирование положительных установок граждан, связанных с участием в социальных практиках гражданского общества;

  • Расширение спроса органов власти бизнес-организаций на услуги НКО;

  • Развитие гражданского образования;

  • Развитие территориального общественного самоуправления;

  • Мониторинг состояния гражданского общества;

  • Мониторинг деятельности федеральных и региональных органов исполнительной власти по развитию институтов гражданского общества.

Решение этих задач в следующем слое карты раскрывается через систему конкретных мер. Например, развитие практики благотворительной деятельности и добровольчества физических лиц происходит за счет расширения налоговых стимулов участия граждан в благотворительной деятельности, расширения моральных и иных нефинансовых стимулов участия в добровольческой деятельности, повышение доверия населения благотворительным организациям мерами информационной политики, распространение деятельности организаций, обеспечивающих массовый сбор пожертвований, развитие социальной рекламы и т.д. Об этом мы уже сейчас говорим с очень большой долей определенности, потому что имеется уже на подходе Концепция содействия развитию благотворительной деятельности и добровольчества в РФ.

В нижнем слое дорожной карты выборочно перечислены критические факторы, влияющие на достижение целей развития гражданского общества, а значит на решение задач, реализацию мер, и достижение значений показателей состояния гражданского общества. К ним относятся: качество и уровень жизни населения, образ жизни, культурная интеграция общества, состояние института прав и свобод, социо-структурная динамика, международная обстановка и т.д.

В этой нашей карте еще некоторое время назад я бы сказала, что есть некое слабое место. Сейчас я уже этого не скажу, и чтобы другие не говорили, я просто заострю на этом внимание, связанное с тем, что вроде как дорожная карта должна показывать взаимосвязь мер и времени, задач и времени. И, по большому счету, наши меры должны как бы вытекать одна из другой. То есть сегодня сделали это, как это положено в технологических картах, в нанотехнологиях – сегодня один наношпунтик, завтра уже наношпунтик с нановинтиком и так далее, и так к 2020 году уже будет космический нанокорабль. А у нас объект свой – человек. Соответственно, мы, когда ставим задачи формирования положительных установок населения на участие в практиках гражданского общества, я, по крайней мере, не могу взять на себя такую смелость и сказать, что, например, к 2010 году меняем установку такую-то с отрицательной на положительную, к 2013 году, соответственно, произойдет то-то, к 2015 году – вот это. Потому что наш объект – он специфический. И, соответственно, в нашей дорожной карте мы просто показываем, что меры практически могут и, по сути дела, должны начинаться одновременно, дай бог, чтобы были для этого созданы институциональные условия тоже, а заканчиваются, как говорится, «где-то там» на линии времени.

В общем, вашему вниманию представлена дорожная карта развития гражданского общества в России. Причем, это не диагноз и не рецепт, а это, в первую очередь мы показываем пример того, как работает наша методология оценки перспектив развития гражданского общества. По большому счету, эти дорожные карты могут быть построены совершенно для отдельных секторов, которые внутри гражданского общества живут, вообще говоря, своей жизнью. Нужно быть очень смелыми людьми, чтобы выйти с дорожной картой для развития всего гражданского общества. Дорожная карта должна быть для филантропического сектора. Дорожная карта для территориального общественного самоуправления и так далее. И, таким образом, тогда у нас, наверное, получится карта, которую уже можно будет рассмотреть на презентации и буквы будут видны. А когда у нас вот такой большой объект, соответственно, получается нечто, где можно ориентироваться только по цветам.


ЯКОБСОН: Можно я задам вопрос? Я знаю ответ, просто мне показалось, что он не прозвучал явно. А зачем она, эта самая карта? Кому и зачем она нужна в самом гражданском обществе. Вот жили без нее и ладно.


МЕРСИЯНОВА И.В.: Вообще говоря, мы много внутри своего творческого коллектива как раз обсуждали ответ на вопрос – кому и зачем она нужна. Поэтому реально, если мы даже выскажемся по кругу, это будет хорошо, я имею в виду не по большому кругу, а среди нашего коллектива – я, Сергей Анатольевич и Александр Васильевич. Моя мысль заключается в том, что она делает развитие гражданского общества более предсказуемым для различных субъектов. И, соответственно, когда мы стали обретать концепцию содействия развитию благотворительности, ведь как стало повышаться настроение, например, у донорского сообщества. Повышаться настроение в том смысле, что развитие благотворительной деятельности (усилия государства) получили шанс стать не просто понятными, а еще и предсказуемыми.


ЯКОБСОН: Я все-таки попробую ответить на вопрос. Ответ состоит в следующем. Понятно, что мы не можем знать, как будет развиваться гражданское общество. Это пункт номер один. Не можем знать наверняка. Пункт номер два состоит в том, что представление о гражданском обществе, об этом Ирина Владимировна сказала в самом начале, естественным образом у разных общественных сил разные. Но вот пункт номер три состоит в необходимости консистентного видения для каждой из общественных сил.

Если привести аналогию, которая лежит на поверхности – никто не знает, когда кончится экономический кризис. Но при этом человек грамотный отличается от человека неграмотного тем, что он прослеживает и понимает некие взаимосвязи. Он может говорить: если так – то так.

Применительно к развитию гражданского общества, на самом деле, без того или иного инструментария предвидения наше представлений о будущем, а без представлений о будущем действовать нельзя, они всегда имплицитно есть у каждого участника, эти представления, они вряд ли оказываются системными – мы очень часто впадаем в ситуацию Агафьи Тихоновны, сами того не замечая. Но даже если в нее и не попадаем, мы своими действиями… Повторяю, есть разные сюжеты – один хочет одного, другой другого, здесь ничего навязать нельзя, но вот если мы хотим чего-то, мы должны действовать в соответствии с тем, что мы хотим. А это, на самом деле, задача весьма и весьма трудно разрешимая.

Вот, я не знаю, насколько внятно я ответил и насколько творческий коллектив со мной согласен, но я это не просто так придумал, а это из общения с творческим коллективом.


СОКОЛОВ А.В.: Очень хорошо сказали все. Один есть момент, очень, может быть, совсем тривиальный и очевидный, но он важный. Вы на карте на одной имеете некое наглядное представление, то есть визуальное представление, которое позволяет, например, лицам, принимающим решение, эту проблему обозреть в течение 10 минут. Что у многих лиц, принимающих важное решение, у них просто нет времени разбираться в больших отчетах или в каких-то вещах, а здесь он видит наглядно. И если ему что-то интересно или что-то нужно, всегда есть документы некие описательные, и из них можно почерпнуть нужную информацию и найти ответы какие-то. Но это очень важный элемент, и я хочу его подчеркнуть. Для чего, собственно, она и создается, эта дорожная карта – чтобы человек мог быстро оценить взаимосвязи, которые не всегда видны из отчетных документов, и на этой основе уже лезть куда-то дальше, более глубоко, с тем, чтобы иметь некое лучшее впечатление.


ШАШНОВ С.А.: Я тоже хотел бы сказать два слова. Я согласен с Ириной полностью, что это очень специфический объект, очень сложный объект и, конечно, одной картой тут трудно обойтись. Тут нужна просто система взаимоувязанных карт, тогда это будет наглядным инструментом именно для лиц, принимающих решения.


МЕРСИЯНОВА И.В.: Ну, а с учетом специфики, опять же, нашего объекта… Что значит «для лиц, принимающих решения»? Это и для самих организаций гражданского общества, для донорского сообщества, для всех субъектов, которые в этой сфере функционируют.


ПЕТРЕНКО Е.С., ФОНД «ОБЩЕСТВЕННОЕ МНЕНИЕ»: Я хочу сказать большое спасибо, очень интересно и неожиданно. И у меня несколько, наверное, очень наивных вопросов. Первый докладчик сказал, что массивы экспертов имеют статистические характеристики, да? Что имеется в виду? То есть они кого-то должны представлять, в нашем банальном понимании – репрезентировать кого-то, - или нет? Аналогично ко второму докладчику. По сути дела, в основе лежали опросы населения, да? Не только, да, но и тем не менее. Вот ядро там, да. Опросы населения лежали. Значит, по сути дела, тогда получается, что наши респонденты суть эксперты? Это вопрос. И еще вопрос, я тогда уже все сразу. И кризис вот этот - результаты наших опросов и кризис. Как-то мы это учитывали, когда эту карту строили? И последний вопрос. Ну, наверняка учитывали. Так что у нас будет с доверием и с солидарностью завтра? Ну, летом. Спасибо.


ДИСКИН И.Е.: У меня вопросы пока методологического характера. Достаточно хорошо известно, что Форсайт используется, в общем, от безысходности. Все там, где не работают теоретические представления… Понятно, мы не очень хорошо себе представляем, как развиваются научно-технические процессы, это первое, но не это главное. Главное еще то, что метод Форсайт хорошо себя оправдал, в общем, в системах, находящихся под человеческим контролем – технологических, научно-технических и так далее. И в этом смысле его проявляется такая авторитарная позиция, нормативно-авторитарная позиция. Вот мой вопрос. Первый. А там, где есть представления о том, как функционируют соответствующие системы, там больше используются генетические способы представления – некие теоретические конструкции, модели функционирования. Недаром в классической экономике так много сил уделяется созданию динамических моделей.

Итак, первый вопрос. Не является ли перенесение авторитарной нормативной позиции метода Форсайт переносом, вменением гражданскому обществу неких авторитарных нормативных позиций? Это первый вопрос. Второе. А каким образом в данном подходе реализованы генетические представления? Потому что в тех целях, которые были названы, там были слова – свободное развитие, свободная реализация внутренних интересов – такие генетические характеристики. И каким образом эта генетическая характеристика гражданского общества - оно само по себе исходно и исторически, и всяческим другим образом, оно генетическое, - каким образом были реализованы генетические компоненты развития гражданского общества? И третье. А не является ли – тоже такая методологическая позиция, - такой ход вменением гражданскому обществу не тех целей и методов, которое оно само себе представляет, а тех, которые представляются авторами? Спасибо.


НИКОВСКАЯ Л.И., ИНСТИТУТ СОЦИОЛОГИИ РАН: У меня первый вопрос повторяет мою коллегу из ФОМ. Все-таки, когда вы вели эту масштабную работу по форсайт-анализу проекта, насколько вы на контекст кризиса прогнозировали и могли ввести вот этот контекст? Потому что это перевернет у вас все. И второй вопрос, который у меня логически вылетает из первого вопроса. Ну, понятно, что у вас гражданское общество, оно белое и пушистое, оно конструктивно настроено, и оно у нас только позитив несет. А вот сейчас, в условиях кризиса, у нас повылезают деструктивные силы, и тоже элементы гражданского общества. Я вспоминаю старый спор о гражданском обществе везде и всюду. Насколько в вашем форсайт-анализе вот это учитывалось? И третий момент. Насколько дорожная карта просчитывает степень позитивного что ли, устойчивого развития гражданского общества. На линии разрыва. Вот я имею в виду внесистемные, с элементом ужаса моменты состояния прорывов в развитии нашего вообще гражданского общества. Потому что тот масштаб кризиса, который надвигается, и стремительность его, с которой тает наша шестая экономика в мире, островок стабильности и гавань спокойствия, могут нам что угодно принести в наше ближайшее время. Спасибо.


ЗАДОРИН И.В., ЦИРКОН: У меня краткий, но в продолжение того, что было сказано, вопрос. Меня так 20 лет назад учили, что, по большому счету, нормативное прогнозирование, по хорошему, всегда должно быть в паре с поисковым прогнозированием. Более того, следовать за ним. Вот вопрос о том, был… То есть метафора Ирины Владимировны по поводу того, что у нас не диагноз и не рецепт, я бы его все-таки немножко перевернул - здесь представлен рецепт, но без диагноза. И в этом смысле хотелось бы спросить, а есть ли в планах даже дополнить, даже не дополнить, а сначала все-таки провести поисковый прогноз по поводу выявления тенденций и построения дерева проблем, а уже потом от этого отталкиваться, приходить, собственно, к целям. Спасибо.


ЯКИМЕЦ В.Н., ИНСТИТУТ СИСТЕМНОГО АНАЛИЗА РАН: У меня, наверное, к Александру Васильевичу первый вопрос. Мы просто участвовали вот в этом прошлым летом, в ответах на вопросы по поводу Форсайта, который вы представляли тоже здесь. И я могу сказать, что, на самом деле, вот в нынешней ситуации мы бы отвечали по-другому, по крайней мере, я точно. Отсюда возникает вопрос: дорожная карта, она может быть с ухабами, рытвинами и так далее? Или просто гладенькая такая дорожечка? Это первый вопрос. И второй вопрос вот какой. На самом деле, мне кажется, в значительной степени, и дорожная карта, про которую говорили коллеги Ирина и Сергей, может, в том числе, в значительной степени зависеть от того, кто обобщает. Вот, понимаете, здесь эксперты работали, двухстадийная дельфийская процедура, у вас опросы были, вы собрали вот эту информацию, и я про экспертов что-то не услышал. Это еще один вопрос. Но только как они, вот эта двухраундовая, что-то ничего не было сказано. И тогда вопрос. Обобщения. Вот если я беру, строю ситуацию такую. Отбираю у вас этот проект и отдаю на сторону. Тот же результат будет? Со всеми теми же посылками. Или нет? Если нет, тогда что же это будет?


КУКЛИНА И.Н., ИМЭИМО РАН: От господина Дискина я услышала слово «генетическая», и меня так немножко… вздрогнула в общем. Потому что генетически я еще участвовала в составлении больших-больших прогнозов, на несколько десятков лет, в советский период. Не буду говорить, что я там прогнозировала, это совершенно не важно. Просто я думаю, что я старше, поэтому я больше участвовала. И меня всегда смущало, что вот некоторые очевидные вещи, которые даже без всякого прогнозирования просто видны каждому без исключения, но почему-то вот на этом строится - прогноз обязательно надо какой-то оформлять и так далее. Это я в связи с проведением метода Дельфи по медицине. Очень меня интересует. Поскольку у нас особые отношения с товарищем Голиковой, очень меня интересует, сколько же было затрачено средств на этот проект, и какие конкретные результаты вытекут из этого исследования. По медицине. По нашей системе здравоохранения. И второй. Ну, это правило, конечно. Три варианта развития обычно всегда предлагается. Один усредненный, крайний и самый хороший. А почему четвертого нет, вот особенно в гражданском обществе? Почему нет четвертого вектора, например, саморазрушения? Вот это тоже вопрос. Спасибо.


РЕПЛИКА: Катастрофа.


РАХМАНОВА Г.В., ДЕТСКИЙ ФОНД «ВИКТОРИЯ»: Я, наверное, да, все-таки задам, потому что это тоже, наверное, связано с теми коллегами, которые говорили. Я хотела бы спросить по поводу как раз, коллеги говорили, о рецепте и диагнозе. Насколько в диагнозах или когда готовили сценарное планирование, участвовали результаты исследования по ценностям, которые есть. Потому что это не совсем звучало. Вы как бы спрашиваете людей, но это немножко другое. Потому что, мы знаем, были проведены масштабные исследования, которые вообще неплохо могут нам кое-что подсказывать по поводу того, что может быть с гражданским обществом. Потому что, когда вы говорили о сценариях, мы видим эти три сценария, но, в общем, я соглашусь с коллегами, что объем аналитической работы, которую нужно сделать, чтобы прийти к этим сценариям, я не думаю, что он такой большой. И вы говорили о том, что вы радужно смотрите на первый сценарий, где у нас общество солидарности, да? А насколько в этой вашей вере, что вы так радужно смотрите, опять-таки, участвовали вот эти экспертные исследования, результаты исследований по ценностям. Потому что, мне кажется, это важно. Ну, или, по крайней мере, что лежит в вашем таком вот выборе этого сценария? Разные есть исследования на эту тему, есть международные исследования, но они достаточно информативные для нас могли бы быть, участвовали ли они у вас в сценарном планировании? И насколько ваш выбор, вы говорите о том, что общество солидарности, потому что, на мой взгляд, в своей сфере сидя, это мало прогнозируемый вообще для нас такой сценарий. Спасибо.


МЕРСИЯНОВА И.В.: …я еще не по вопросам. Просто, Лев Ильич, мы рассказываем вообще о результатах труда целого коллектива, а у нас сейчас появилось понятие творческого коллектива из нас троих, кто доклад готовил, но есть еще понятие трудового коллектива, кто трудился. Поэтому давайте мы все-таки Льва Ильича включим в состав отвечателей на вопросы, потому что он наш…


ЯКОБСОН: …будет неправильно, если я из роли медиатора перейду в роль, скажем так, представителей одной из сторон. Это справедливо. Ну, посмотрим. Я имею право так же, как и все, участвовать в обсуждении. Сейчас важнее иное. Сейчас надо попробовать ответить на те вопросы, которые заданы, и не один из них не упустить. Александр Васильевич, пожалуйста.


СОКОЛОВ А.В.: Тут прозвучало несколько вопросов. Большое спасибо за той живой интерес. Это радует. Что касается статистических характеристик, я просто в последовательности задаваемых вопросов буду отвечать. Здесь шла речь, я когда рассказывал о статистических характеристиках, имелось в виду, если это касается экспертных вопросов, опросов Дельфи, в частности, то имеется в виду вот что. У нас было 2 тысячи экспертов. В среднем порядка 200–200 с лишним человек на одно направление. На первом этапе раздавалась анкета, я просто специально, из экономии времени не стал приводить ее здесь, в этой анкете спрашиваются довольно нейтральные вопросы по довольно нейтральным темам. Темы, например, если из области медицины, например, выявление механизма возникновения раковых мутаций. Я привожу для примера. Если вы решаете эту фундаментальную задачу, то за ней ясно, что сразу идут некие методы лечения, лекарства и другие вещи. Есть, например, разработка диагностического аппарата на одном чипе, например, который может человеку либо вживаться, либо… Но что-то вроде этого. Это я просто, чтобы вы понимали, о чем идет речь. Вот эти 200 человек, не все из них могут ответить как эксперты на вопрос соответствующий, кто-то раком занимается, кто-то не занимается, кто лучше понимает, кто-то хуже. Но, тем не менее, на первом этапе людей опрашивают, для каждой из этих тем они должны ответить на целый ряд вопросов. Эти вопросы одинаковые для всех тем - это страна-лидер, главные (нрзб) время организаций возможных и прочее.

Просто я хочу сказать, что есть статистика, она используется в том смысле, что дается некий усредненный ответ, и эксперт, видя этот ответ, он может увидеть и изменить свой ответ, учитывая мнение большинства. Может быть, я неправильно понял вопрос или еще что-то. Вот в каком смысле используется статистика здесь. Я не беру сейчас статистику, связанную с проведением опросов в рамках этого проекта, это вот Ирина расскажет отдельно, наверное.

Следующий вопрос. В части методологии, «используется от безысходности». Я в какой-то степени соглашусь с этим, да? Но, с другой стороны, это пересекается с тем вопросом, который связан от настоящего к будущему или от будущего к настоящему мы это дело прогнозируем, да? Я сразу хочу сказать, что этот опыт, он начальный и, может быть, когда будет следующие опыты, мы, наверное, какие-то вещи учтем, что-то будем пересматривать. Естественно, мы всего не могли учесть, но, тем не менее, мы старались эти методы применять максимально аккуратно. И, я считаю, что гражданское единство тоже можно добавить здесь, но я не считаю, что здесь мы подходили с позиций авторитарных и диктовали что-то, пытались диктовать гражданскому обществу. Наоборот, мне кажется, что здесь, коллеги в большей степени, я в меньшей степени старались смотреть на то, каким образом это может развиваться, то есть идти от настоящего к будущему. С одной стороны. А с другой стороны, понимаете, гражданское общество развивается не в пространстве каком-то безвоздушном, а оно, в принципе, реагирует на какие-то меры, и какие-то меры могут влиять позитивно, какие-то отрицательно. И в этом смысле изображенные на карте меры, они направлены на то, чтобы гражданское общество развивалось в позитивном направлении, все-таки, а не в том, о котором тут шла речь, негативном. То есть, я хочу сказать, что никак не вменялись здесь те цели, которое гражданское общество само для себя не строит.

Следующее. О контексте кризиса я говорить не буду, может быть, Ирина скажет об этом лучше.

Про нормативное прогнозирование я сказал.

О том, может ли быть с ухабами дорожная карта. Безусловно. Мало того, я могу сказать, что если вы возьмете так называемые слабые сигналы и вот то, что называется, в одном из углов там был такой метод – WILD CARDS, - это означает, что вы должны предусмотреть некие возможные события, которые маловероятны, но могут изменить все радикально просто. И, естественно, этот момент, он в большинстве прогнозов является одним из наиболее слабых. Мало того, сейчас ему уделяется очень большое внимание. И, конечно, развал СССР, который мало кто мог предвидеть, нефтяные кризисы и сейчас этот кризис у нас – конечно, это надо учитывать, но это может быть недостаточно учитывалось здесь, в данном проекте, но, наверное, это надо в будущем больше внимания этому уделить. Я согласен сто процентов.

Насчет медицины. Я просто хочу сказать, что результаты можно найти на веб-сайте Агентства по науке и инновациям, там большой отчет на 800 страниц размещен. Но я просто хочу сказать, что, вы знаете, ведь не сводилось все к очевидным вопросам и очевидным ответам. Было довольно много экспертов задействовано. И я вам скажу, что между этими экспертами не было единодушия о том, что важно, что менее важно. И результаты, я считаю, они и даже в части медицины достаточно интересные, хотя я не являюсь специалистом в области медицины, но они, кроме тех вещей, что я сказал, что они очевидно эту тенденцию отражают, что наша медицина не находится на мировом уровне, да? Но, кроме этого, если в детали углубиться, то там можно очень много чего найти. Я сейчас не буду просто об этом говорить за неимением времени.

Вот, наверное, все, что я хотел сказать. Спасибо.


МЕРСИЯНОВА И.В.: Что касается сценариев. Вы (Рахманова Г.В. – ред.), может быть, правильно заметили, что для того, чтобы их написать не нужно больших трудозатрат, и интеллектуальных в том числе, для того, чтобы то все сформулировать. Но, во-первых, для того, чтобы приблизиться к их формулировке, их написанию необходимо было проделать очень большую подготовительную работу, в ходе которой были получены самостоятельные очень важные результаты. Примеры этого – наши разработки по социальной базе гражданского общества, по дифференциации российских регионов с точки зрения благоприятности предпосылок для развития гражданского общества, результаты всероссийских обследования НКО и т.д. Во-вторых, полученные сценарии - это все-таки рабочий материал, а не фундаментальный результат, выносимый, как говорится, на защиту. Мы говорили о том, что дорожная карта иллюстрирует один из сценариев. Мы показываем пример, а не авторитарно навязываем, как сказал Иосиф Евгеньевич. Стратегическое направление задается не нами, потому что мы его сели и придумали, а задается извне – в документах, в докладах Общественной палаты РФ.


ЯКОБСОН: Я действительно выхожу из роли ведущего, но хочу подчеркнуть, это тоже может быть понято так, что мы читаем доклад Общественной палаты как священное писание. Это не так. Проблема состоит в том – я, действительно, сейчас не буду отвечать сам на вопрос, - речь идет об инструменте, не более того. Вот берется нечто данное экзогенно. Хороший, плохой инструмент, вопрос другой, полезная, не полезная работа, просто надо объяснить, что было сделано. Берутся экзогенно заданные цели, в данном случае в этом документе, ну вот в КДР (Концепция долгосрочного развития России до 2020 года – ред.), да? Вот заданы цели были экзогенно, и дальше ведется некая работа – полезная, бесполезная, правильная, не правильная. Я просто вынужден был здесь вмешаться, потому что, по-моему, восприятие было не такое. Пожалуйста.


МЕРСИЯНОВА И.В.: Конечно, разочаруются те, кто шел на семинар на встречу с нами как с предсказателями будущего.


МУЖЧИНА: (выключен микрофон) …в другом документе могут быть заданы, получится другая карта, а инструмент будет тем же самым.


МЕРСИЯНОВА И.В.: Вообще, Александру Васильевичу, например, в его работах и Сергею Анатольевичу по технологическому Форсайту очень везет. Когда смотришь их карты, а их очень много, там вот цели. И всегда написано: цель такая-то. И в скобочках (оттуда-то). То есть их цели, они всегда, что называется, в кавычках, из постановлений партии и правительства. Наши цели не бывают из постановлений партии и правительства. Поэтому для того, чтобы как раз не привносить вот этого субъективизма и моего представления о том, куда должно двигаться гражданское общество и так далее, мы единственное за что смогли, именно смогли, подчеркиваю, зацепиться, это за доклад Общественной палаты. Потому что у нас дело такое, у нас нет этих постановлений. Соответственно, вот оно. Эх, Елена Серафимовна, жалко, рано ушла! Вот когда Владимир Николаевич спросил, а если взять проект, отобрать, другому отдать, тут же (нрзб) Петренко, и я подумала: так, а что было бы, если бы, например, Иван Климов бы подключился к этому, или Александр Владимирович (Кинсбургский – ред.) – как люди, которые занимаются именно протестной активностью. Может быть, действительно, я вижу жизнь в радужных тонах, и участие населения в местном самоуправлении, и участие наших граждан в практиках гражданского общества, именно в конструктивных практиках – во взаимопомощи, в благотворительности, в добровольчестве. А они-то как раз жизнь видят сквозь протест, но наверняка у них ухабы, что называется, свои появились, а у нас карта, как вы видите, благодаря художественному мастерству, получилась красивая и цветная, где эти ухабы не просматриваются.

Теперь, что касается информационной базы исследования. Да, у нас были массовые опросы населения. И в этом смысле, когда Елена Серафимовна говорит, что респонденты, эти 1600 россиян выступают в качестве экспертов, а я опять же возвращаюсь к своей вере в победу коллективного разума. Реально. Когда я оценивала, в данном случае, роль массовых опросов населения, очень важно нам поймать вот эту тенденцию, ощущение россиян, что там будет, в 2020 году. Тем более, что этот опрос был на самом деле массивным, он был посвящен оценке будущего России, где мы спрашивали, какой будет страна. Просто мы сейчас все эти результаты не имеем возможности показать. Какой будет страна в 2020 году. Какую роль будут играть те-то, те-то и те-то. Там была большая анкета, как мы любим, на 100 вопросов. А здесь показали только три или четыре вопросика.

Кроме массовых опросов населения – опросы экспертов. Не были туры. Мы себе не то что не могли этого позволить, безусловно, могли это позволить и у нас, в общем-то, и особых ограничений не было ни во времени, ни каких-то других, но у нас было то, что мы в нашем цехе называем, раньше особенно называли методологической триангуляцией. То есть тогда, когда мы массу методов, результатов, полученных разными методами, подтянули. То есть здесь у нас были фокус-группы. Причем, не традиционные фокус-группы, которых я сама для таких целей, я эти результаты не люблю, честно, потому что я им в данном случае не доверяю. У нас были online-фокус-группы. И за счет этого мы получили очень большой массив информации. Потому что online-фокус-группа позволяет в течение 5-7, 10 дней, так сказать, «мучить» этих людей, которые на очную фокус-группу могут прийти максимум на два часа и что-то вдруг сказать.

Мы набрали много вот этих целевых аудиторий и из числа экспертов, и из числа «проводников» (в кавычках) этих социальных практик гражданского общества, начиная от социальных работников и библиотекарей, то есть тех, которые работают с людьми, и заканчивая, понятно, активистами, работниками региональных администраций.

Про учет кризиса. Начинали мы, честно, в докризисные времена, продолжали тогда, когда еще сами не понимали кризис или нет, ну а потом, что называется, уже стало всем все ясно. Поэтому массовые опросы населения уже проходили, естественно, с поправкой на кризис, потому что это уже был декабрь, когда мы их проводили. Опросы… Ну, тогда еще не до каждого дошло, причем, я даже знаю таких, до кого не дошло…


ЯКОБСОН: …уже почти два часа.


МЕРСИЯНОВА И.В.: Елена Серафимовна у нас спрашивает, вот в контексте этого, а что будет летом, что будет с солидарностью, что будет с доверием. А мой ответ такой. Опять же, к вопросу о том, а будут больше или меньше создаваться некоммерческие организации, например, да? Ответ будет такой, что, когда у нас кризис, у нас НКО создаются, потому что люди объединяются для взаимопомощи. А когда у нас уже не кризис, у нас просто другого рода НКО создаются. И, вы знаете, я так подозреваю, что, что при том сценарии, что при этом, на конечную цифру выйдем, что называется, на одну и ту же.


ШАШНОВ С.А.: Я считаю, что этот вопрос об информационной базе, он, может быть, был в недостаточной степени освещен, и поэтому и возникли такие вопросы.

Вот на этом слайде все эти методы представлены и, в общем-то, ясно, что были интервью и фокус-группы, и другие методы. И даже, в частности, действительно, такой метод, как вайл-кардс, это, что касается, возможны ли другие сценарии. Да, они возможны. Но, мы между собой в рабочей группе обсуждали, они, в общем-то, такие грустные и пессимистические, мы решили пока на такое широкое обсуждение их не выносить. В принципе, мы тоже, конечно, это обсуждали.

Теперь что касается нормативного и поискового прогнозирования. В нашем случае поисковое прогнозирование выполняет сценарии, а нормативное, это, понятно, дорожные карты. И, так как это итеративный процесс, то все время идет уточнение этих двух методов, какое-то такое взаимное обогащение. И поэтому, на мой взгляд, в равной степени обе эти функции были реализованы.

И что касается еще вопроса, если бы информационная база, которая у нас была получена, была бы предоставлена другим специалистам, что бы получилось. Ну, я не знаю, это вообще… А, вы уже…


МЕРСИЯНОВА И.В.: …нет, не уже. Просто, когда вопрос задавался, я уже поняла, кому, как говорится, отдадимся для того, чтобы проверить, что там будет.


ШАШНОВ С.А.: Ну, на мой взгляд, наверное, все-таки получилось бы нечто другое. Хотя, вы же прекрасно понимаете, что мы конструируем весь инструментарий под свое видение, и какое у нас есть исходное видение, в конечном счете, оно определяется.


МЕРСИЯНОВА И.В.: Наша-то задача была показать, КАК, да? Единственное, что мы в конце уже показали, ЧТО мы получили, для того, чтобы показать примеры из того, как вот на этом КАК получается вот это ЧТО.

Что касается исследований ценностей. Безусловно, мы сами проводили массовые опросы населения, в результате которых выявляли некую иерархию ценностей и для того, чтобы понять корреляцию между возможными стратегиями поведения россиян с точки зрения участия в практиках гражданского общества и того, что действительно для них в данный момент является значимым. Также мы обращались к другим исследованиям, в т.ч. международным. Последние для нас были важны, потому что один из важных элементов построения дорожной карты, это еще и высвечивание неких тенденций. Просто здесь мы уже, ввиду того, что места не хватало, мировые тенденции опустили. Именно на карте. А показать, например, место нашей страны по уровню доверия между людьми, по уровню участия в благотворительности и т.д. очень важно было бы. И мы делали в своих рабочих материалах такие выкладки, они у нас есть, безусловно.


ЯКОБСОН: Еще вопросы (нрзб).


МЕРСИЯНОВА И.В.: Честно говоря, все, что я успела записать, вроде про это уже сказали.


ЯКОБСОН: (нрзб).


МЕРСИЯНОВА И.В.: А, можно про генетические факторы, Лев Ильич?


ЯКОБСОН:
  1   2




Похожие:

«перспективы гражданского общества в россии: проблемы оценки и выбора» iconСеминар «Перспективы гражданского общества в России: проблемы оценки и выбора», гу-вшэ, 25 февраля 2009 г

«перспективы гражданского общества в россии: проблемы оценки и выбора» iconКраткосрочное сценарное прогнозирование развития гражданского общества в России
«Краткосрочное сценарное прогнозирование развития гражданского общества в России», осуществленного Исследовательской группой циркон...
«перспективы гражданского общества в россии: проблемы оценки и выбора» iconПрограмма интегрированного курса «Я гражданин России»
От его успешности во многом зависит построение правового государства и гражданского общества в России. Главной целью стандартов «нового...
«перспективы гражданского общества в россии: проблемы оценки и выбора» iconПолитический режим и гражданское общество
Без гражданского общества нет и правового государства, ибо правовое государство должно выражать и отражать интересы гражданского...
«перспективы гражданского общества в россии: проблемы оценки и выбора» iconВозможности формирования гражданского общества в России
Данная ситуация очень похожа на ситуацию начала века, когда Россия также искала новый путь развития. И в то время, и в настоящий...
«перспективы гражданского общества в россии: проблемы оценки и выбора» iconБежуманов А. Г. 1
В статье рассматриваются проблемы взаимодействия органов власти и гражданского общества, анализируется существующая нормативная антикоррупционная...
«перспективы гражданского общества в россии: проблемы оценки и выбора» iconПрограмма семинара Центра исследований гражданского общества и некоммерческого сектора
Памфилова Элла Александровна – старший научный сотрудник Центра исследований гражданского общества и некоммерческого сектора Национального...
«перспективы гражданского общества в россии: проблемы оценки и выбора» iconГражданское государство и правовое общество
История развития концепции гражданского общества. Структура гражданского общества
«перспективы гражданского общества в россии: проблемы оценки и выбора» icon«Современные подходы к системе организации гражданского и патриотического воспитания детей в образовательных учреждениях: опыт, проблемы и перспективы»
Целью конференции является обсуждение актуальных проблем патриотического и гражданского воспитания в системе общего образования
«перспективы гражданского общества в россии: проблемы оценки и выбора» iconПроблемы выбора критериев и оценки морального вреда

Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©rushkolnik.ru 2000-2015
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы