Доклад на IX международную Конференцию «Модернизация экономики и глобализация» Аникин В. А icon

Доклад на IX международную Конференцию «Модернизация экономики и глобализация» Аникин В. А



НазваниеДоклад на IX международную Конференцию «Модернизация экономики и глобализация» Аникин В. А
Дата конвертации28.12.2012
Размер134.96 Kb.
ТипДоклад
скачать >>>

Доклад на IX Международную Конференцию «Модернизация экономики и глобализация»

Аникин В.А.

Модернизация российского общества в свете динамики
изменения его социально-профессиональной структуры1



1. Введение, обоснование темы

С конца 70-х годов XX века глобальная конкуренция на рынках труда обусловливает перераспределение добавочной стоимости в пользу основного социально-профессионального слоя постиндустриальных обществ – высококвалифицированных работников2, обнажая связь между инновационным развитием национальной экономики и особым типом социально-профессиональной структуры, в которой слой работников квалифицированного труда становится доминирующим, как в структурном, так и в функциональном плане.

Что в свете этого представляет собой отечественная социально-профессиональная структура, и каковы характеристики её основных слоев, в частности работников нефизического труда? Какова динамика структуры занятости в России и сдвиги в составе основных социально-профессиональных групп российского общества? Позволяют ли они нам говорить о модернизационном потенциале российской социально-профессиональной структуры?


^ 2. Общая картинка социально-профессиональной структуры. Характеристика
работников нефизического труда


Исследование проводилось на панельных данных RLMS за 1994-2006 гг., где для анализа характера социально-профессиональной структуры использовался кодификатор профессий ISCO-88, скорректированный нами для России3. Анализ показал, что в настоящее время профессионалы составляют 12,6% от всей доли занятых россиян (если брать ядро профессионалов, использующих в своей работе компьютер, – то всего 9,9%). Число управленцев с годами сильно колеблется, и в 2006 году их было 4,1% занятого населения, полупрофессионалов – 17,4%, офисных работников (клерков) – 7,7%, доля работников сферы обслуживания и торговли – 11,2%, военнослужащих – 0,7%. Остальная часть занятых приходится на представителей физического труда (46%).

Прежде чем перейти к динамике этой структуры, рассмотрим основные характеристики перечисленных групп занятости, и начнем с образовательного среза лиц, занятых нефизическим трудом. Несмотря на то, что наличие административных функций тесно связано с наличием высшего образования (Adj. Res. = 11,8), среди чиновников, управляющих и предпринимателей в 2006 году лишь чуть более половины (56,2%) имели высшее образование4. Среди полупрофессионалов доля людей с высшим образованием составила на 2006 год 36,8%. Обладатели диплома о законченном высшем образовании встречаются также среди офисных работников (12,9%)5.

Сравнительно невысокий процент обладателей высшего образования как среди управленцев, так и среди белых воротничков (если не брать в расчёт профессионалов и работников сферы услуг, то это 36,4%) позволяет поставить вопрос о качестве человеческого капитала полупрофессионалов и в целом представителей нефизического труда в современной России. Уже одного этого достаточно, чтобы говорить, о том, что тот тип социально-профессиональной структуры, который сложился в России на 2006 год, не позволяет российскому обществу выдерживать конкуренцию с промышленно развитыми обществами, такими как Германия, Швеция, Англия и США, где подобные статусы предполагают высшее образование хотя бы первой ступени.

Что касается инвестиций в свой человеческий капитал, а также установок по этому поводу, то, во-первых, стоит отметить, что обучение на любых курсах (в том числе по повышению квалификации, иностранных языков и т.п.) характерно, пока фактически только для профессионалов (16,8%) и полупрофессионалов (10,8%). Реже всего среди потребителей подобного рода услуг можно встретить работников третичного сектора и торговли (5,2% от числа данного социально-профессионального слоя), операторов, сборщиков и водителей (4,6%), а также низкоквалифицированных рабочих (2%). Во-вторых, желание продолжить в течение ближайших лет обучение на курсах, в техникуме или ВУЗе чаще наблюдается среди полупрофессионалов, офисных служащих, а также работников третичного сектора и торговли, то есть среди работников нефизического труда, обладающих средней и низкой квалификацией. При этом на получение в течение ближайших лет фундаментального образования (в частности окончание магистратуры, аспирантуры, докторантуры) нацелены, прежде всего, офисные служащие (80%) и работники третичного сектора и торговли (67,3%), что косвенно отражает их желание повысить свой социально-профессиональный статус. Для профессионалов же (68,2%), полупрофессионалов (44%) и управленцев (56,5%) в большей степени характерны установки на профессиональную переподготовку.

В этих условия тезис о «неконкурентоспособности» отечественной социально-профессиональной структуры не видится таким уж беспочвенным, особенно если учесть глобальные тенденции информатизации экономик, когда знание выступает как специфический актив, определяющий условия классовой ситуации и поляризующий статус тех, кто этим активом обладает (или не обладает).

Проблемы, связанные с перспективой развития российской социально-профессиональной структуры, становятся более понятными, если в качестве дифференцирующего критерия, помимо образования, взять другие переменные (тип населённого пункта, регион, отрасль). Как показало исследование, умственный труд характерен в основном для жителей областных центров (67% представителей «ядра профессионалов» проживают в областных центрах, при 45,3% среди остальных представителей нефизического труда: полупрофессионалов и офисных работников). Вместе с тем, занятость в секторе обслуживания и торговли не связана с типом населённого пункта. Если не брать в расчёт россиян, занятых в сфере бытовых услуг и торговле, то можно говорить о дифференциации социально-профессиональной структуры, которая сложилась в российском обществе к 2006 году.

Это видно при двух срезах: территориальном и отраслевом. Так, в территориальном плане наибольшее количество профессионалов сосредоточено в крупных городах – Москве, Санкт-Петербурге, Нижнем Новгороде и т.п.6 Что же касается отраслевой специфики, то «синие воротнички», занятые в промышленности, работают в таких отраслях, как нефтяная промышленность, гражданское машиностроение, тяжёлая промышленность, транспорт, строительство. Профессионалам же более свойственно работать в образовании (32,2% от всех профессионалов), здравоохранении (11,5%), науке и культуре (8,6%), финансах (6,2%), органах государственного управления (4%) и ВПК (3,2%). При этом работники разных отраслей неравномерно распределены по территории России. Это значит, что регионализация распределения статусов социально-профессиональной иерархии российского общества, хотя и является отчасти следствием процесса неравномерного развития регионов, но, выливаясь в независимый феномен, сама по себе может привести к закреплению классовых неравенств по регионально-территориальному признаку.


^ 3. Динамика социально-профессиональной структуры. Миграция рабочей силы между группами занятости нефизического труда

Анализ динамики показателей занятости вызывает опасения, связанные с падением численности профессионалов в российской экономике в последние годы (см. рис. 1), что расходится с официальными данными статистики ФСГС, но подтверждается данными исследований О.И. Шкаратана на других массивах. И хотя основное падение показателя пришлось на первую половину 1990-х годов7, в 2000-х годах не произошло сравнимой по амплитуде его коррекции, несмотря на наблюдаемые в последние годы высокие темпы развития российской экономики.



Рис. 1 ^ Динамика доли укрупнённых профессиональных групп (по данным RLMS, ISCO-88 после перекодировки, на панели по индивидам), в %8

Что же касается управленцев, то до последнего времени их занятость оставалась нестабильной, о чем свидетельствует, в частности, тот факт, что доля управленцев 2005 года в группе управленцев 2006 года составляла около 70% процентов, 1994 года – 16%9. Это значит, что с начала 90-х годов слой чиновников, руководителей и предпринимателей практически полностью обновился, и, видимо, этот процесс ещё не завершился. С точки зрения макроэкономики занятости, наблюдаемые колебания можно воспринимать как поиск «оптимальности», диктуемый ужесточающейся конкуренцией (перераспределение ресурсов, смена «старых кадров» и т.п.), особенно, если учитывать, что эти колебания связаны статистически значимой связью с динамикой численности профессионалов.

Чтобы в данных условиях лучше понять тенденции, связанные со статусом занятости руководителей и предпринимателей, необходимо вернуться к вопросу о качестве человеческого капитала и динамике его воспроизводства в данной группе. Как показали результаты исследования, рост числа управленцев в середине 1990-х, а также в послекризисый период (1998-2000 гг.), обеспечивался за счёт тех, у кого за плечами было лишь общее среднее образование. Тем не менее, нельзя сказать, что данная ситуация для управленцев является типичной, – общее среднее образование связано с рассматриваемым социально-профессиональным статусом негативной статистически значимой связью (то есть, для руководителей не свойственно иметь среднее общее образование). Это говорит о том, что внутри данной группы достаточно быстро должна происходить смена образовательного уровня её субъектов. В то же время, крайняя неустойчивость занятости в среде руководителей, обеспечение роста численности управленцев за счёт лиц с невысоким уровнем образования, а также эпизодические случаи миграции высокообразованных руководителей в другие социально-профессиональные группы, даже учитывая, что высшее образование для управленцев является доминирующим уровнем образования, не позволяют говорить об однородности человеческого капитала в среде управленцев или о его высоком качестве.

Этот вывод косвенно подтверждают и другие данные исследования, согласно которым в постсоветские годы структура управленцев, чиновников и крупных предпринимателей претерпела изменения (во многом связанные с установлением нового экономического порядка), повлекшие снижение интенсивности миграции в данную социально-профессиональную группу квалифицированных работников умственного труда. Так, доля профессионалов 1994 года в структуре руководителей 2006 года составляет 23,7%, в то время как доля профессионалов 2005 года не превышает и 6%.

Вместе с тем, именно профессионалы, как никакой другой социальный слой, могли бы рассматриваться в качестве потенциального источника «кадров» для чиновников, руководителей и предпринимателей. Куда же, помимо позиций, связанных с администрированием, уходили (и уходят) специалисты с высшим образованием?

Из данных по ежегодной динамике миграции профессионалов в другие социально-профессиональные группы, представленные на рисунке 2, видно, что в среднем 7,5% профессионалов в течение 13 лет каждый год стабильно переходят в состав полупрофессионалов. Это намного больше, чем сокращение числа структурных позиций профессионалов. Это и свидетельствует о том, что в условиях растущей конкуренции за эти позиции человеческий капитал, как минимум, десятой части российских профессионалов не обеспечивает им должного уровня конкурентоспособности, что вынуждает их к незначительной нисходящей социальной мобильности.



Рис. 2 ^ Ежегодная миграция профессионалов в состав руководителей, полупрофессионалов и торговлю в 1995-2006 гг., в % от числа профессионалов за предыдущий период10

Вместе с тем, стоит отметить, что качество их человеческого капитала является достаточным для перехода этих россиян именно в число полупрофессионалов, а не ниже, – так, считанные проценты их уходят в последние годы в торговлю, и лишь единицы пополняют состав функциональных работников (клерков и т.п.). Так, с 1994 года общая доля специалистов с высшим образованием, которые перешли в состав занятых в торговле, не превышает 5%11.

Что касается полупрофессионалов, то они, несмотря на то, что также «неактивно» переходят в состав линейного персонала и сектор бытовых услуг и торговлю, уходят в третичный сектор помощники профессионалов как минимум в 8 раз чаще, чем собственно профессионалы. Вместе с тем, интенсивность миграции полупрофессионалов в третичный сектор в целом за 13 лет снизилась, хотя стабильное снижение пришлось лишь на 2003 – 2006 годы. И всё же, поскольку занятость в слое полупрофессионалов растёт стабильно и по составу группа довольно устойчива (доля полупрофессионалов 1994 года в составе групп в 2006 году составляет 60%, 2005 года – более 81%), снижение уровня миграции полупрофессионалов в эту группу может быть связано со снижением перспективности третичного сектора и торговли. В пользу этого говорит и то, что с 1998 года отмечается также снижение интенсивности перехода в третичный сектор и торговлю конторских служащих, а также смена знака статистически значимой связи этого перехода. Это связано с тем, что с конца 1990-х годов происходит обновление офисных служащих и занятых в секторе бытовых услуг и торговли: сегодняшняя структура этих социально-профессиональных слоёв являет собой результат сравнительно недавнего прошлого. Так, большую часть офисных работников 2006 года образуют офисные работники 2000-х годов: доля «клерков» 1994-1998 гг. колеблется в районе 39-46%. Похожую ситуацию мы можем наблюдать также среди работников сферы обслуживания и торговли.

Вкупе с тем, что занятость в сфере услуг и торговли положительно связана с крайне негативными оценками собственных возможностей профессионального роста (наряду с невысоким уровнем удовлетворённости своей жизнью, не свойственным, например, офисным работникам), это свидетельствует о сохраняющемся «кризисном» характере данного типа занятости. С другой стороны, это обстоятельство позволяет говорить о том, что кадровый состав сферы обслуживания и торговли пока находится в стадии своего становления. То же можно сказать про конторских служащих, в составе которых с годами медленно растёт доля россиян с высшим образованием (с 7% в 1994 до 12,3% в 2006 г.). Однако здесь практически нет поводов для оптимизма, поскольку рост доли россиян, обладающих высшим образованием, в рассматриваемых социально-профессиональных группах связан со снижением спроса на человеческий капитал этих людей в сферах с более высокой долей интеллектуального труда. Более того, отмеченное увеличение доли занятых в сфере обслуживания и торговли свидетельствует о доминировании тенденции нисходящей социальной мобильности среди россиян, переходящих в сектор обслуживания и торговли.


4. Выводы

Складывающийся сегодня в России тип социально-профессиональной структуры не позволяет пока говорить о том, что наше общество движется в сторону постиндустриального развития. Здесь, главным образом, стоит обратить внимание на колебания в структуре занятости доли профессионалов, а также на проблему человеческого капитала этой группы. Более того, качество человеческого капитала остаётся достаточно низким и в среде руководителей (судя по имеющимся данным, рост группы управленцев происходил, по крайней мере, в 1995-2002гг., в большей степени не за счет переходивших в нее профессионалов, а за счет лиц со сравнительно низким образовательным уровнем), полупрофессионалов и других представителей нефизического труда. Всё это свидетельствует о том, что российской экономике сегодня не нужны высококвалифицированные кадры даже в том количестве, в котором они уже имеются в российском обществе, что, разумеется, не отметает возможности региональных диспропорций, при которых в них не может ощущаться повышенный спрос на отдельных локальных рынках труда или их сегментов12. Если добавить к сложившейся картине замечание о постепенном расширении сектора бытовых услуг и торговли, занятость в котором, как показали результаты исследования, продолжает развиваться по кризисному типу, то общий вывод работы получается неутешительным. Тип социально-профессиональной структуры, которая сложилась сегодня в России, свидетельствует о невозможности российской экономике эффективно конкурировать с наиболее развитыми обществами или говорить о тенденции развития ее в сторону экономик постиндустриального типа. Судя по продемонстрированным выше тенденциям, Россия подходит к ситуации, когда экономика, в условиях одинаковой ценности труда квалифицированных специалистов и обычных рабочих, готова платить ренту, прежде всего, на специфический человеческий капитал.

Тем не менее, хотелось бы закончить наш анализ на позитивной ноте, благо основания для этого всё же есть. Во-первых, в последнее время социально-профессиональная структура российского общества в целом стабилизировалась, что находит подтверждение и в альтернативных исследованиях. Во-вторых, стоит сказать не только о наблюдаемой в последние годы уверенной положительной динамике численности управленцев в обществе, но, самое главное, о наметившемся увеличении роли человеческого капитала в этой группе. Поэтому говорить о полной утрате шансов России войти в число развитых современных обществ пока преждевременно, хотя частичная утрата возможностей для этого происходит на наших глазах, и если не озаботиться этой проблемой сейчас, то завтра говорить о ней будет уже поздно.


1 Статья подготовлена в рамках работы по проекту № 06-03-00558 (грант РГНФ)

2 См. подробнее ^ Brown D.K. Globalization and Employment Conditions Study // Social Protection Discussion Paper No. 0708, April 2007. – Washington D.C.: The World Bank, 2007, pp. 18-24.

3 См. подробнее статью Аникин В.А. Тенденции изменения социально-профессиональной структуры России в 1994-2006 гг. (по материалам RLMS) // Мир России, 2009 (в печати).

4 Здесь и далее, при интерпретации значений таблиц сопряжённости, приводятся только статистически значимые результаты. Критерием значимости служило значение отклонения наблюдаемой частоты от ожидаемой, измеренной в числе стандартных отклонений (Adjusted Residual [Zij = (Nij Eij) / σij]). Предполагается, что если переменные независимы, то при больших N случайная величина Zij имеет нормальное распределение с нулевым математическим ожиданием и единичной дисперсией: N ~ (0,1). Для Zij практически невероятно отклонение, большее трех стандартных отклонений, т.к. вероятность такого исхода составляет менее 0,0027 (менее 0,27% из 100 – правило «трех сигм»). Поэтому, если мы получаем значение Zij, превышающее 3, то можем считать, что i-ое значение и j-ое значения X и Y связаны.

5 В результате перекодировки ISCO-88 слой профессионалов образуют россияне преимущественно с высшим образованием.

6 Результат статистически значимой связи с уровнем значимости p < 0.05.

7 Это падение можно связать, прежде всего, с кризисом в этот период российской экономики и, отчасти, с массовой миграцией высококвалифицированных работников умственного труда в другие страны, которая пришлась на рассматриваемый период. См. работы: Шкаратан О.И. Ястребов Г.А. Социально-профессиональная структура и ее воспроизводство в современной России: Предварительные итоги представительного опроса экономически активного населения России 2006 г. Препринт WP7/2007/02. Серия WP7 (Теория и практика общественного выбора). – М.: ГУ ВШЭ, 2007; Топилин А.В., Малаха И.А. Сдвиги в занятости и миграция высококвалифицированных научных кадров в России // Социологические исследования, № 11, 2004.; De Tinguy A. La grande migration. La Russie et les Russes depuis l’ouverture du rideau de fer. – Paris: Plon, 2004.

8 Данные на рис. 1 приведены по «индивидуальным историям», то есть, взяты из 15-й волны (2006 года), в которую были по индивидам добавлены соответствующие переменные из панелей RLMS за предыдущие годы.

9 Близкие результаты можно получить при хорошо специфицированной модели однофакторной полиномиальной логистической регрессии. В данном же случае мы обходимся частотными распределениями, поскольку по смыслу они предполагают те же предельные эффекты, но более наглядны.

10 Рисунок 2 показывает ежегодную миграцию профессионалов в состав управленцев, полупрофессионалов, и работников сферы торговли и бытового обслуживания. Например, точка 1995 года показывает долю профессионалов 1994 года, которая перешла в состав соответствующих групп в 1995 году. Точка 1996 года показывает, сколько профессионалов 1995 года перешло в состав соответствующих групп к 1996 году и т.д. и т.п.

11 Несмотря на то, что типичным уровнем образования среди занятых в сфере бытовых услуг и торговле является законченное общее среднее образование, в данной группе постепенно происходит хоть и весьма незначительными темпами, но все же повышение качества человеческого капитала, которое стало особенно заметным в 2000-х годах. Так, с 2000 по 2005 год доля россиян с высшим образованием, занятых в сфере услуг и торговле, увеличилась с 3% до 7,4% (5,1% в 2006 г.), при том, что доля россиян с общим средним образованием сократилась с 63% в 2000 году до 60% в 2006 году.

12 К похожим рассуждениям приходят и другие специалисты (см. работу Явлинский Г. Периферийный капитализм. – М., 2004.).




Похожие:

Доклад на IX международную Конференцию «Модернизация экономики и глобализация» Аникин В. А iconДоклад на IX международную Конференцию «Модернизация экономики и глобализация»
Какова динамика структуры занятости в России и сдвиги в составе основных социально-профессиональных групп российского общества? Позволяют...
Доклад на IX международную Конференцию «Модернизация экономики и глобализация» Аникин В. А iconОпубликовано: Балабанова Е. С. Властные отношения в системе управления человеческими ресурсами в организации // Модернизация экономики и глобализация : в 3 кн.
Балабанова Е. С. Властные отношения в системе управления человеческими ресурсами в организации // Модернизация экономики и глобализация...
Доклад на IX международную Конференцию «Модернизация экономики и глобализация» Аникин В. А iconПроводит 15 декабря 2011 года IX международную научно-техническую конференцию
Международную научно-техническую конференцию «Проблемы и перспективы развития отечественной светотехники, электротехники и энергетики»...
Доклад на IX международную Конференцию «Модернизация экономики и глобализация» Аникин В. А iconПроблема движения к более цивилизованного бизнесу: роль нового поколения деловых людей
Модернизация экономики и глобализация. М.: Гу-вшэ, 2008 сдано в Оргкомитет конференции
Доклад на IX международную Конференцию «Модернизация экономики и глобализация» Аникин В. А iconОпубликовано
Балабанова Е. С. Властные отношения в системе управления человеческими ресурсами в организации // Модернизация экономики и глобализация...
Доклад на IX международную Конференцию «Модернизация экономики и глобализация» Аникин В. А iconРекторам вузов Руководителям и преподавателям учебных заведений
Томский государственный университет систем управления и радиоэлектроники проводит международную научно-методическую конференцию «Технические...
Доклад на IX международную Конференцию «Модернизация экономики и глобализация» Аникин В. А iconРекторам вузов Руководителям и преподавателям учебных заведений
Томский государственный университет систем управления и радиоэлектроники проводит международную научно-методическую конференцию «Технические...
Доклад на IX международную Конференцию «Модернизация экономики и глобализация» Аникин В. А iconМеждународную научно-практическую конференцию

Доклад на IX международную Конференцию «Модернизация экономики и глобализация» Аникин В. А iconДоклад на семинаре «Модернизация России: успехи, препятствия, перспективы» 26 марта 2009 г
Демографическая модернизация в контексте общей модернизации России А. Вишневский Доклад на семинаре «Модернизация России: успехи,...
Доклад на IX международную Конференцию «Модернизация экономики и глобализация» Аникин В. А iconИп-2012 – лучшая практика и творчество вузовских преподавателей и школьных учителей Осуществляется прием конкурсных работ на II международную Интернет-конференцию-конкурс «Инновационные информационно-педагогические технологии в образовании»
Осуществляется прием конкурсных работ на II международную Интернет-конференцию-конкурс «Инновационные информационно-педагогические...
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©rushkolnik.ru 2000-2015
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы